Сердце не обмануть

— Grand-mere, я не совсем вас поняла… О чём вы говорите? — нахмурившись спросила Тата.
— Девочка моя, ты запуталась в собственных чувствах, — мягко произнесла Юлия Николаевна, отметив смятение внучки, — разберись в себе и тогда поймёшь, что никакая моя мудрость тебе не нужна! Ты сама со всем справишься.
Таня старалась понять, о чём ей говорила бабушка, хотя ей было трудно это представить.
— Я постараюсь это сделать, grand-mere, — слабо улыбнувшись, промолвила Тата, — а что это за письмо?
Девушка указала в сторону сложенного вдвое послания.
— Я расскажу тебе, душа моя, но позже, — уклончиво ответила madame Захарова, — ты лучше скажи мне, где твой супруг? В последний раз, когда я его видела, мне показалось, что ему нездоровится.
— Он, наверное, в своих покоях, — ощутив смутную тревогу, промолвила Тата, — я пойду проверю.
Встав на ноги, девушка второпях покинула комнату.
Юлия Николаевна не сомневалась, в том, что близка к истине. Если бы Татьяна была равнодушна к супругу, то не стала бы так тревожиться.
  
Глава 23
 
Таня робко постучала в спальню мужа. Простояв там несколько минут и не получив ответа, она осторожно приоткрыла дверь, несмело входя.
Супруга она увидела сразу. Александр сидел в глубоком кресле, но, как Тата успела заметить, крепко спал, откинув назад темноволосую голову.
Приблизившись, она коснулась его лба, который, как и раньше, был горячим.
Александр громко закашлял, и Таня поняла, что нужно срочно послать за эскулапом. И пусть это, возможно, всего лишь простая простуда, графиня не хотела рисковать.
Выйдя из покоев мужа, девушка столкнулась с Владимиром.
Молодой человек внимательно посмотрел на сестру, которая выглядела так, будто за ней гналась стая голодных волков.
— Что стряслось, сестренка? — удивленно спросил Захаров, надеясь, что Таня не устроила очередной конфликт с супругом.
— Володя, нужно послать за доктором! — отрывисто промолвила Татьяна.
— Тата, объясни толком, в чём дело? — поинтересовался Владимир.
— Александр… У него жар, — на одном дыхании выдала девушка, умоляюще посмотрев на брата, — Володя, ведь это я виновата!
— Таня, я скажу тебе, в чём ты виновата! — недовольно воскликнул Захаров. — Зачем ты приняла Езерского? Ты когда-то думаешь, к чему могут привести твои поступки, дорогая сестрица? Это хорошо, что я оказался рядом и предупредил твоего мужа о том, что случиться, если он вдруг посмеет обидеть тебя. А если бы меня не было рядом?
— Володя, я уже поняла мою ошибку, — виновато сказала Таня, опустив в пол глаза, — больше такого не повторится.
— Я надеюсь, ma chere, — ласково коснувшись щеки сестры, промолвил Владимир, — я пошлю за Карлом Борисовичем.
Таня вернулась к себе, но не могла спокойно заниматься привычными делами. Доктор приехал только к вечеру, виновато объяснив, что сегодня он навестил много больных.
Осмотрев Игнатьева, Карл Борисович сказал, что у графа простуда. Но он также сказал, что виной лихорадки является воспалившаяся рана на плече.
Оставив пузырек с прозрачной микстурой, доктор велел вновь послать за ним в том случае, если жар не будет спадать в течение нескольких дней.
Таня подолгу сидела подле супруга, обтирая его лоб холодной тряпкой, смазанной уксусом. Она чувствовала вину за то, что в очередной раз своим легкомыслием причинила вред другому человеку.
Как оказалось, болезнь Александра прошла без последствий. Довольно быстро оправившись, Игнатьев какое-то время предпочёл притворяться, просто для того, чтобы наблюдать за тем, как жена заботиться о нём. Ведь он не сомневался в том, что стоит ему встать на ноги, как вновь огромная пропасть возникнет меж ними. Ночь, проведенная в охотничьем домике, была чудесной, но граф понимал, что подобное может и не повториться, учитывая каким переменчивым нравом обладает Татьяна.
Поэтому он решил не торопить события и позволить жене привыкнуть. Но позвать её в город и предложить заняться подготовкой к балу он непременно собирался.
 
Заслышав шаги, граф поспешно сомкнул глаза.
Шурша пышными юбками, Таня вошла в спальню Александра, желая убедиться, что всё в порядке. Присев на стоящий рядом с кроватью стул, она долго наблюдала за спящим супругом.
В какой-то миг она поняла, что сильно утомилась событиями прошедших дней. Прикрыв глаза, Тата не заметила, как сама задремала. Александр воспользовался этим моментом, чтобы незаметно надеть кольцо на хрупкий пальчик супруги.
Таня почувствовала, как её рук коснулось что-то холодное.
Распахнув глаза, она увидела, что безымянный палец украшает необычайной красоты кольцо с бледно-голубым сапфиром. Удивленно моргнув, девушка глянула на мужа.
Александр смотрел на неё с хорошо знакомой Тате мальчишеской улыбкой, заставляя её улыбнуться в ответ.
Такого графиня никак не ожидала. Она даже не вспомнила о том, что при встрече с Алексеем на ней не было венчального кольца.
— Тебе нравится? — спросил Игнатьев, сев на постели. Он любовался Татьяной поняв, что даже этого ему достаточно для счастья.
Тата не знала, что ответить. По правде сказать ей было все равно, какое кольцо ныне было надето на её палец.
Но видя, что муж ожидает от неё ответа наконец промолвила:
— Оно прекрасно!
— Ты знаешь о бале, который устраивается каждый год в особняке Игнатьевых? — спросил Александр, ожидавший от супруги немного иной реакции на его подарок.
— Нет, я не знаю, — ответила Тата, продолжая разглядывать украшение.
— Я бы хотел, чтобы ты была там, со мной, — произнёс Александр, беря её ладонь в свою.
— Я буду, — уверенно сказала Таня, понимая, что это её долг, который она как примерная жена обещала исполнять. И она не собиралась нарушать своё слово.
  
Глава 24
 
Вернувшись в Петербург, Алексей первым делом пожелал оказаться в своём кабинете и как следует напиться. До сих пор в ушах звучал до боли любимый голос, выгоняющий его прочь. Татьяна ясно дала понять, что ничего общего у них не осталось. Он даже успел заметить оговорку, которую она так быстро попыталась исправить!
Саша! Надо же! Новоиспеченная madame Игнатьева быстро вжилась в свою роль.
Воплотить планы в реальность Алексею помешал дворецкий, который доложил о приходе курьера его величества.
Молодой человек в голубой форме жандарма вошёл в кабинет.
— Алексей Станиславович, у меня для вас приказ его величества, — доложил адъютант, передавая Езерскому запечатанное послание.
— Вам нужен ответ? — вздёрнув правую бровь, поинтересовался Алексей.
Офицер отрицательно покачал головой. Поклонившись, он поспешил покинуть кабинет. Уже второй раз он посещает этот неприветливый особняк. В первый раз он разминулся с Езерским, который отправился в деревню по какому-то срочному делу. Но теперь поручение было выполнено, и молодой человек вздохнул спокойно.
Читая послание, Алексей не переставал удивляться. Он ожидал указания о том, что он должен немедленно отправится в Сибирь или, в крайнем случае, на Кавказ. Но пять лет в Польше! Езерский не мог понять, почему государь принял именно такое решение?
Ход его мыслей был прерван тихим стуком в дверь.
Бросив негромкое «войдите», он вновь погрузился в изучение приказа.
Галина Николаевна вошла в кабинет, радуясь тому, что внук наконец вернулся.
— Милый, где ты был? — поинтересовалась взволнованная женщина. — Надеюсь ты не наделал глупостей?
— Ну что вы, бабушка! — не скрыв иронии, промолвил Алексей, — просто я очередной раз убедился в том, что нельзя доверять красивым женщинам.
— Ты виделся с Татьяной Владимировной? — не скрывая тревоги, произнесла madame Езерская, — но тогда ты должен знать…
— Единственное, в чём я точно теперь уверен так это в том, что она предала меня!
— Так она тебе ничего не сказала?
— О чём вы, бабушка?
— Государь помиловал тебя, Алёша, — с трудом сдерживая слёзы, начала Галина Николаевна, — только… В обмен на твою жизнь он повелел mademoiselle Захаровой выйти замуж за твоего соперника!