Сердце не обмануть

Широко открыв створы, Таня выглянула наружу.
— Алексей, что ты делаешь? — недоумевающе спросила девушка, увидев, как он карабкается вверх.
Алексей ничего не ответил, лишь перекинул ноги через подоконник, сел и посмотрел на Татьяну.
Нынче он более походил на мальчишку, нежели на взрослого мужчину.
Его русые волосы были взъерошены, а рубашка раскрыта у ворота. Он был так красив, что у Таты перехватило дыхание. Но она теперь была не столь наивна, как прежде.
Отойдя в дальний угол, она потуже затянула капот, ибо до сих пор вспоминала своё ночное приключение.
Алексей тем временем спрыгнул с подоконника, внимательно наблюдая за невестой.
— Алексей, к чему эти чудачества, ей Богу не понимаю? — наконец заговорила Татьяна. Её била нервная дрожь от одной мысли, что она осталась наедине с мужчиной. Она знала, рано или поздно это должно случиться, но отчего теперь? Она совершенно ничего не понимала.
— Я же сказал, что мы позже поговорим. Сейчас единственное время, когда нам никто не помешает, — спокойно ответил Алексей, наградив её нежным взглядом.
— Но приличия…, — начала было Татьяна, но не успела окончить фразу.
Алексей оказался возле неё, за секунду преодолевая расстояние, разделяющее их.
Он видел, что девушка напугана и это связано не только с тем, что он таким неожиданным образом оказался в её покоях. Страх, который испытывала Татьяна, связан с чём-то иным.
— Ты боишься меня? — спросил Езерский, нежно беря её за подбородок.
Татьяна утвердительно кивнула. Ей казалось, что она вот-вот лишиться чувств, столь велика была её паника.
— Кто напугал тебя, милая? — тихо спросил Алексей, намереваясь добраться до сути проблемы.
И Татьяна, уставшая от этого непосильного груза, решилась рассказать Алексею всё. С самого начала.
Татьяна присела на кушетку, начала свой рассказ. О том, что случилось с ней в беседке, о том, что её предала близкая подруга… Девушка стеснялась, оттого её рассказ получился кратким и немногословным.
Алексей внимательно слушал, не перебивая Татьяну, хотя и чувствовал, как внутри закипает ярость. Он был готов убить Игнатьева, но понимал, что месть не красит человека, а лишь показывает его слабость.
Наконец, закончив свой рассказ, Таня подняла на него полные слез глаза, боясь заметить презрение в глазах Алексея. Но ничего такого не случилось. Он молча обнял её, крепко прижав к себе. Теперь он видел полную картину случившегося, и упрекнуть Татьяну он имел полное право. Она была слишком легкомыслена, импульсивна… Но он любил её и не желал ещё больше оттолкнуть от себя.
Она стала такой же жертвой, как и Каролина. Но в отличие от Сольского, он был склонен верить своей невесте, которая, не таясь, решилась рассказать ему всё.
Он не переставал гладить её, давая возможность прийти в себя.
Таня подняла заплаканные глаза и с трудом улыбнулась.
— Ты ненавидишь меня после всего этого? — неуверенно спросила Тата, боясь услышать ответ.
Езерский покачал головой.
Татьяна почувствовала, как у неё с души свалился камень. Она верила, что Алексей на самом деле любит её, поэтому решилась довериться ему, дабы рассеять страхи, поселившиеся в её душе.
Езерский встал, до боли стистнув зубы. Татьяна была рядом, и он сходил с ума от вожделения. Но он не желал быть похожим на Игнатьева, оттого решив не пугать Татьяну ещё больше, намеревался покинуть её до того, как потеряет над собой контроль.
Вслед за ним поднялась со своего места и Тата.
— Не уходи, — тихо прошептала она, наконец откинув в сторону страх. Неизвестность убивала её больше всего, потому и решилась она на столь безрассудный поступок.
Алексей всё-таки попытался отговорить свою взбалмошную невесту, хотя до боли хотел быть с ней.
— Таня, я не думаю, что это будет правильно… — начал он чувствуя, как его решительность тает подобно весеннему снегу.
Татьяна обвила его шею руками, стараясь быть как можно ближе.
— Ты понимаешь, что обратного пути не будет, ты навсегда будешь принадлежать мне, ты это понимаешь? — вновь спросил Алексей, давая ей последнюю возможность отказаться.
 
Но Татьяна лишь покачала головой.
— Я и так принадлежу тебе, а неизвестность пугает меня больше, чем это, — тихо промолвила она, запуская пальцы в его непокорные волосы.
Алексей понял, что отступать она не собирается, поэтому, подняв её на руки, понёс к кровати. Поставив её на ноги, он не смог отказать себе в удовольствии коснуться её распущенных волос, вдохнуть дурманящее голову благоухание сирени.
Таня, затаив дыхание, наблюдала за ним, боясь пошевелиться.
Езерский потянулся к поясу её капота, отмечая, как вздрогнула Татьяна. Он мягко привлек её к себе, сгорая от желания, которое постепенно охватывало всё тело.
Тата закрыла глаза, робко подставляя губы для поцелуя. Едва губы Езерского коснулись её губ, как она почувствовала, как закружилась голова. Ещё никогда она не чувствовала сладостного томления, охватившего всё тело.
Ладони Таты опустились на плечи Алексея, плавно спускались вниз по его предплечьям, ощущая твёрдые мускулы под своими пальцами.
Оторвавшись от её губ, Алексей вновь посмотрел на Татьяну.
Её глаза были окутаны дымкой желания, но она, вероятно, не имела понятия о том, чём это всё закончится.
Не в силах больше сдерживать своё желание, Езерский резко подхватил девушку на руки, заставив неожиданно ойкнуть, и легко опустил её на широкую постель.
Точеное тело на шелковых простынях, русые волосы разметавшиеся на подушках…Она была так прекрасна!
Алексей старался быть нежным, с трудом сдерживая себя.
Татьяна потерялась в тех ощущениях, которые она испытывала ныне. Ласки и поцелуи Алексея лишили её способности мыслить.
Лишь почувствовав острую боль, пронзившую её, она вернулась в реальность. Алексей нежно шептал её имя, целуя каждую слезинку на её лице.
— Прости, прости, родная, больше я никогда не причиню тебе боль, — его голос, исполненный тревоги, успокоил Татьяну, так что она немного пришла в себя и тихонько прошептала:
— Я люблю тебя, люблю и поэтому доверяю.
И Алексей действительно её не обманул. Больше не было боли, были только два человека, и они искренне любили друг друга.
* * *
Александр лениво повернул голову и посмотрел на женщину лежащую рядом.
Мария сонно улыбнулась, показав ряд белоснежных зубов.
Игнатьев полностью проснулся и теперь мог ясно соображать. Но хотя о чём тут думать? Он никогда не лишал себя женского общества, ибо не видел в этом смысла.
Даже на Кавказе, проживая в очередном лагере, он находил себе любовницу.
А madame Колокольцева была не против временной интрижки.
Он узнал, ибо никогда не привык сдаваться, что у Езерского когда-то была невеста, ныне лежавшая с ним в одной постели.
Уже неплохое начало! Теперь он обладал тем, чем когда-то обладал Алексей.
Но он жаждал большего. Он сходил с ума, лишь видя Татьяну. Но она не замечала ничего, что могло бы опозорить Езерского в её глазах.
Мария услышала, как он выругался сквозь зубы, и спросила:
— Вы вспомнили что-то дурное, mon ami? — она намерено подвинула плечом, так что тонкая материя обнажила округлую грудь.
— Вы очень догадливы, моя дорогая, — подтвердил Александр, склоняясь к ней. Приглушенный рык сорвался с его губ, когда он коснулся её груди.
Совсем другая была в его мыслях, но Игнатьев понимал, что ныне она не досягаема.
Мария не стала ходить вокруг да около, а, обведя его шею руками, получила то, что так страстно желала. Лишь затем, когда они оба лежали уставшие от совместной страсти, она сказала:
— Вам нравиться эта девчонка, а она вас не замечает. Так неужели вы не можете найти способ изменить сие положение? Вы ведь славитесь покорителем женских сердец.
— Есть одна причина, — хмуро заметил Александр.
— Езерский? — спросила Мария.
Игнатьев кивнул.