Сердце не обмануть
— Я рад вас видеть, — начал Алексей, чувствуя, как слова застревают в горле.
— Я тоже, — раскрыв уста, Татьяна поняла, что хочет, чтобы он её поцеловал. Конечно, это было неправильно, и шло вразрез с тем, что решила для себя Таня, но она не могла понять, что с ней происходит.
Алексей нежно обнял её за плечи, будто понимая то, что она не решилась высказать словами. Он целовал её нежно, будто хрупкую вещь, которую боится сломать или нанести малейший вред. Таня ответила искренне непринужденно, давая без слов понять, что отныне этот брак для неё не противен. Алексей целовал Татьяну, поражаясь тому, как искренне она отвечала. Она обняла его за плечи, будто боялась, что он её отпустит. Такая перемена пришлась ему по душе, но и столь же интересна была и причина. Он на секунду оторвался от девичьих губ, и взглянул на невесту. Татьяна подняла глаза, чувствуя что ей чего-то не хватает. Заглянув в голубые очи, которые светились радостью, Алексей понял, что ему неважно, что стало причиной сих перемен, он готов отдать всё, чтобы Татьяна была счастлива.
Глава 8
Едва увидев Татьяну на ярмарке, Езерский понял, что она та, кого он искал. Стоило заглянуть в её голубые глаза, как пришло осознание, что он навек потерял своё сердце. И даже если бы она не была сестрой Захарова, Алексей всё равно сделал бы предложение. Он видел в глазах Игнатьева злобный блеск, который говорил о том, что граф не остановится ни перед чем, чтобы отомстить ему. И Татьяна была самым идеальным способом задеть его за живое. Решив, что Тата будет под защитой, если все узнают, что она его невеста, Алексей надеялся на понимание с её стороны. Однако всё вышло не так, как он хотел. Тогда девушка набросилась на него с упреками, посчитав последним мерзавцем, покупающим себе жену. Но теперь она прижалась к нему, ища у него защиты, и стараясь не отпускать от себя. Поцеловав её в макушку, нежно прошептал:
— Moja droga,kochanie (пл. Моя дорогая, любимая), — ласково промолвил Алексей, стараясь успокоить девушку.
Татьяна не разобрала ни слова из того, что ей сказал Алексей, но понимала, ей необычайно хорошо рядом с ним. Ранее она думала лишь о том, чтобы надеть новое платье, покрасоваться перед соседями и кокетливо улыбаться очередному кавалеру. Но теперь она осознала, что не в этом счастье. Счастье это когда на душе покой, а человек, стоящий рядом с тобой, улыбается тебе. И от его улыбки всё тело охватывает приятная истома.
Езерский отстранился от неё, и, улыбаясь, сжал её маленькую ладошку.
— Вы устали с дороги, вам надобно отдохнуть. Бабушка пригласила гостей в честь вашего приезда, и боюсь, что не скоро она позволит вам как следует прийти в себя. Ваша горничная наверняка уже раскладывает вещи.
— А вы, вы будете там? — рассеянно спросила Тата. Когда он отпустил её от себя, она почувствовала себя покинутой.
— Разумеется, Moja droga, — проговорил Езерский, не спуская с неё взгляда.
Тата не могла перестать смотреть на него и слушать слова на непонятном языке.
Алексей не злился на неё, и это давало надежду на то, что ещё не по исправить свои ошибки.
Направляясь к двери, девушка обернулась.
— Спасибо, — тихо промолвила она.
— За что, мой ангел? — удивлено спросил Алексей.
Он не ожидал, что невеста будет его за что-то благодарить. Нет, он не считал, что Татьяна плохо воспитана,
— За всё, — просто ответила она, скрываясь за дверью.
Молодая горничная проводила Татьяну в её покои.
Комната, отделанная в нежных тонах, с первого взгляда понравилась девушке. Она, широко раскрыв глаза, разглядывала богатое убранство, не веря, что ей предстояло жить здесь.
Марфа уже раскладывала вещи, но, заприметив хозяйку, выпрямилась.
— Барышня, — начала она, но, осмотрев счастливую Татьяну с ног до головы, улыбнулась, — вы прямо сияете!
— Я счастлива, Марфа, — улыбнувшись, Таня закружилась по комнате.
— Я сразу увидела, что Алексей Станиславович вас любит.
Марфа умела отличать неискренность, потому и почуяла неладное, когда увидела как граф Игнатьев целовал её хозяйку. Славу Богу, Татьяна Владимировна поняла это, и теперь будет счастлива.
— Отдохнуть вам надо, барышня, — заметила горничная, видя, как Татьяна кружится по комнате.
Помогая барышне раздеться, Марфа дивилась тому, как та переменилась. Глаза светились, улыбка озарила её уста. Она походила на ангела, который сошёл на землю.
Татьяна заснула, как только голова коснулась подушки, утомившись после длительного путешествия. Давно она не чувствовала себя так покойно, как малое дитя. Засыпая, она видела перед собой счастливое лицо Алексея и тоже улыбнулась во сне.
* * *— Который час нынче, Марфа? — Проснувшись, Тата увидела, как Марфа готовит её наряд. Платье было очень скромным, но в тоже время элегантным.
— Вечер уже. Барыня велела помочь вам собраться, нынче гости будут.
— Откуда это платье? Я не помню, чтобы видела его, — Тата нахмурилась. Она чувствовала себя свежо после отдыха, оттого её душевное состояние было самым прекрасным.
— Галина Николаевна велела сказать, что модистка доставила платья, которые были сшиты заранее, по описанию Алексея Станиславовича. Их легко можно подогнать по размеру.
Татьяна улыбнулась.
Она не переставала дивиться тому, каким чутким и внимательным оказался Алексей. Своими поступками сумел покорить сердце Татьяны, ведь теперь она понимала, что её глупое увлечение графом Игнатьевым ничто по сравнению с тем, что она чувствует к Езерскому. Наверное, такой должна быть любовь. Любовь, которая всё переносит. Любовь, которая даёт чувство покоя, а не стыда и беспокойства.
— Барышня, позвольте помочь вам, — голос Марфы вывел из задумчивости.
Кивнув в знак согласия, девушка позволила горничной одеть себя в чудесное платье, которое на удивление оказалось ей впору. Глядя на себя в зеркало, она более не чувствовала тщеславия, которое было прежде. Теперь хотелось быть красивой не для всех, а лишь для одного человека.
Пышные юбки, тонкая талия: платье прекрасно подчеркнуло все достоинства Татьяны и в то же время наряд был элегантным и скромным.
Причёска, тоже довольно скромная, подчеркнула юность и бледность лица. Волнистые локоны были заколоты сзади с помощью гребней, золотистой волной спадая за спину.
На этот раз, Тата решила захватить шаль, чтобы прикрыть скромное декольте. Её до сих пор мутило, стоило вспомнить дерзкий взгляд Игнатьева.
Татьяна была готова спуститься вниз. С помощью лакея она нашла гостиную, в которой была утром, и, немного помедлив, ступила на порог. Алексей, вставший ей навстречу, был одет в коричневый сюртук и такие же брюки, белоснежный шейный платок был повязан на его шее. Татьяна смущено отвела взгляд, понимая, что Езерский заметил, как внимательно она рассматривала его. Он ничуть не смутился, лишь улыбнулся девушке, и, подойдя ближе, взял её под руку.
— Татьяна Владимировна, позвольте представить вам моих друзей, — он указал в сторону молодой пары, сидевшей на диване, — это мой друг князь Вячеслав Ярославович Воронецкий и его супруга Наталья Александровна.
Встав им навстречу, Вячеслав поклонился Татьяне.
Присев возле Натали, Тата улыбнулась.
— Рада с вами познакомиться, — протянула руку Наталья.
Татьяна сердечно пожала руку, чувствуя, как от женщины исходит доброта и тепло.
— Мне тоже очень приятно, –
Тата расслабилась, чувствуя, что здесь никто не причинит ей вреда.
Каролина тоже подошла к их дружной компании и с трудом улыбнулась. Она считала ошибкой решение Алексея сделать предложение mademoiselle Захаровой.
Девушка считала Татьяну довольно ветреной барышней. Она кокетничала с любым, кто посмотрит в её сторону. Принять предложение Алексея её побудила корысть.
Каролина даже не вышла её встречать по приезде, из-за этого поссорившись с братом.
Натали тем временем начала разговор о всяких пустяках. Каролина, решив напомнить Татьяне их прошлую встречу, предложила сыграть какой-нибудь романс. Татьяна, не почувствовав подвоха, с радостью согласилась. На этот раз романс выбрала Каролина, а затем ехидно улыбнулась. Алексей вновь занял место перед пианино, расставляя перед собой ноты. Тата, опершись на инструмент, запела низким голосом: