Он пишет мою книгу! (СИ)

И вообще. Так странно… Она ведь тоже могла закрыть мне доступ к аккаунту, но не сделала этого. Мы пишем, получается, по очереди мою книгу, а я вдруг сейчас осознаю, что меня больше не раздражает её вмешательство в мой роман. Увидев обновление, наоборот, поймала себя на мысли, что испытываю любопытство и интерес к тому, что она там написала.
Может я и правда "добрая" от синонима к слову "тряпка" и ворчания Маринки по этому поводу не лишены смысла?
Глава оказалась для меня совершенно неожиданной. Герой-подлец, который предал героиню в моей проде, оказался на поверку не предателем, а любящим парнем в главе, написанной воровкой.
Она повернула историю в другую сторону!
Герой, получается, тоже любит героиню!
Ох, как всё запутано в нашем романе… Как же теперь всё разрулить?
Но интересно, ничего не скажу.
Да и судя по комментариям, все в восторге.
Узнаю, кстати, уже далеко не всех комментирующих: реплики Беби Долл и Зинаиды Альбертовны потонули в потоке обсуждений. Ох, сколько уже читателей…. Откуда?
Глава воровки заканчивается тем, что герой упоминает свой номер телефона и телеграм.
Немного нелепо написано… зачем в тексте набор цифр – можно было вполне обойтись общими словами.
Стоп!
А что если она таким образом приглашает меня пообщаться в телеге, без свидетелей-читателей?!
Я тут же кинулась проверять своё предположение в телеграм.
Через мгновение на моё приветствие "Это Юля, которая Амелина Фрайди" пришёл ответ:
"А я Лёха, который совсем не Амелина, но имел наглость и радость погрузиться, так сказать, в неё".
И смущённо смеющийся смайлик.
Ой.
Так воровка… Парень?!
  
Глава 31
 
Степан
С Юлей мы сразу стали общаться в телеграм так, словно были давно знакомы.
Она тактично пошутила на тему того, что я влез в её аккаунт и там похозяйничал. Всё это время она считала, что это какая-то девица-воровка.
Мне показалось, что Юля недоговаривает, стараясь быть вежливой. Наверняка, она расстроилась. Во всяком случае – в первый момент.
Я извинился, признавшись, что изначально это была шутка и за псевдонимом нам с друганом примерещился мужичок с гармошкой, который пишет девчачьи сказки, мимоходом теребя свою гармошку.
Но после я разглядел или,точнее говоря, раз-читал в текстах автора-девушку и искренне постарался помочь, благо мои знания таргетолога и дизайнера очень этому способствовали.
Мы оба посмеялись над тем, как сильно ошиблись, представляя себе друг друга.
Мне было неловко обманывать её, называясь Лёхой. Зачем брякнул?
Но переписка завертелась и по имени мы не называли друг друга, так что я и забыл и забил на это недоразумение.
"Привет. Ты опять таргет крутишь? Книжки по статистике сегодня здорово взлетели. Не надо, ну ты что. Это ведь денежные затраты."
Всего несколько дней переписки, а я уже жду её сообщений.
"Кручу-верчу-обмануть хочу! – я смеюсь над Юлей, отправляя ей подмигивающий смайлик с улыбкой во весь рот, – Но и здорово же, что движ идёт. А насчёт денег не переживай. Это, реально, копейки. И это малая благодарность тебе за то, что я узнал про литературный сайт, попробовал сам писать и познакомился с тобой."
"Не могу я не переживать о деньгах. У меня с ними в последнее время одни переживания."
"Что-то серьёзное?"
"Мой бывший обманул на большую сумму денег мою маму, если кратко. А она, мало того, что кредит хапнула, так ещё и мои деньги, которые мне отец дал на покупку квартиры, этому гаду отдала."
"Ого, весело у тебя там. Я, надеюсь, ты записала эту историю и скоро она случится с какой-нибудь твоей героиней?"
Я шучу, стараясь подбодрить Юлю, но на письме никогда нельзя быть уверенным, как человек воспримет фразу. Какую интонацию дорисует его воображение.
Но Юля всегда понимает меня правильно.
"Вот только и радости, что сюжет появился для книги, – через смайлик разводит руками Юля. – Мне больше всего обидно знаешь за кого в этой ситуации?"
 
"За маму?"
"Нет. Как не странно, но за отца.
Я никому этого не говорила, сейчас только, как тебе стала писать, поняла.
Мама всегда его упрекала и упрекает в том, что он бросил нас, а он не такой. Он хороший! И финансово все годы после развода помогал, и сейчас на квартиру дал, хотя это не обязательно. Я взрослый человек, сама должна себя обеспечивать. А получается, что маме и раньше всё было не слава богу и сейчас опять ей не за что его благодарить. Ты представляешь, она ему позвонила и наорала, что это всё из-за него. Что если бы он не сунул ей свои деньги, то ничего бы не было: ни желания приумножить богатство, ни её кредита, который она взяла, желая тоже добавить финансов."
Юле, как я понимаю из её рассуждений, достался хороший батя. А мне и отец и отчим – так себе. Зато маман у меня мировая, а на фоне Юлиной вообще – космическая.
"И что теперь делать будешь? Я могу чем-то помочь?"
"Чем? Запульнуть вирусную антирекламу про моего бывшего? Мои друзья тоже предлагали помощь в том виде, как они это видят. Нет, спасибо. Я должна сама научиться решать свои проблемы."
"Но что ты можешь сделать? Я так понимаю, что никаких расписок не осталось?"
"Я долго думала, делать так или нет. Если бы у меня был хоть какой-то шанс избежать этого и вернуть деньги иначе – я бы ни за что не стала так поступать."
"Поделишься секретом?"
Мне реально любопытно, что может сделать девушка, которая пишет романтические истории, чтобы вор вернул ей деньги.
"Конечно, только не сейчас"
"Заинтриговала и молчишь, – я отправил Юле недовольный смайл, – но, надеюсь, то, что задумала, безопасно? "
"А ты, что, волнуешься за меня?" – подмигивает смайл Юли.
"Я за себя волнуюсь. Глядишь, мне в наследство Амелина Фрайди достанется" – мой смайл хохочет и показывает Юле язык.
"Ах ты, корыстная душа!" – хмурится Юлин передатчик эмоций. – Что ж парни такие пошли! Одна корысть на уме. И предательство…"
Клянусь, я без всяких смайлов почувствовал, что Юлино многоточие о чём-то другом: не о её бывшем парне-воре, не о моём приколе с аккаунтом, – о чём-то более личном.
А может быть это во мне на слово "предательство" срезонировала свежая боль.
Почему-то с Юлей мне не хочется притворяться беспечным и счастливым.
"Предательство и мне знакомо. Когда открываешь человеку душу, он её заполняет своим смехом, запахом, своей, казалось бы, любовью, а потом уходит без объяснения причин."
"И всё оказывается фикцией. Неправдой, – Юля подхватила мою исповедь, – и душа наполняется обломками и осколками недавнего счастья."
"Ты ведь сейчас не про своего бывшего-конокрада? Любила другого?" – не боясь быть бестактным, пишу Юле.
"Я и сейчас люблю. И да – это другой человек. Ты тоже страдаешь от предательства любимой?"
"Мы с тобой два раненых оленя, как я посмотрю, – после недолгой паузы встряхнул беседу рогатым смайлом, – товарищи по несчастью."
"Похоже на то. – Юля прислала лёгкую улыбку. – Мне с тобой так легко и хочется говорить обо всём на свете."
Я готов болтать с этой девушкой бесконечно. Мы так созвучны во всём, даже в своей боли.
Но мне на телефон пробивается с дозвоном Галя. А вот с ней говорить у меня нет никакого желания. Я сбрасываю и сбрасываю её звонки. Ещё раз наберёт – в чёрный список закину, хотя это не в моих правилах.
 
Мне гораздо важнее сообщения Юли, но Галя, отчаявшись дозвониться, тоже написала то, что я не могу проигнорировать:
"Я беременна! Нам надо встретиться!"
  
Глава 32
 
Сообщение Гали меня оглоушило.