Обреченные души и сангрия (ЛП)

— Что? — прохрипела я.
— Трубку с кислородом в твоем носу, — она отодвинула мою руку и взяла пластиковый стаканчик воды с гибкой трубочкой в нем. Она прижала трубочку к моим губам, и я жадно втянула пару глотков прохладной жидкости.
Она отставила стаканчик и опустилась на край моей кровати.
— Ты помнишь, что случилось?
В голове не было картинок, но жуткий шум наполнил уши — крики, сирены, Джастин звал меня по имени снова и снова. Дрожа, я отогнала воспоминание и сосредоточилась на знакомом лице передо мной. Элизабетта, лучший целитель «Вороны и молота».
Я моргнула, глаза все еще были сухими.
— Меня пронзили ножом?
— Да. Тебе перечислить вкратце, или ты из тех пациентов, которые хотят слышать все кровавые детали?
— Кровавые детали. Как иначе мне хвалиться этим?
— Такая же, как твои друзья, — она покачала головой. — Тебе вонзили нож в левую сторону груди. Рана вызвала пневмоторакс — легкое пострадало. Клинок задел твое сердце, и это привело к состоянию, зовущемуся тампонадой сердца, когда кровь наполняет мешочек вокруг сердца, давит на твои мышцы сердца. Это вызвало остановку сердца.
Мое пострадавшее сердце неприятно сжалось.
— К счастью, медики вовремя прибыли и смогли спасти тебя, исполнив пункцию перикарда — они ввели иглу в твою грудь, чтобы откачать кровь…
— Я передумала. Я не хочу кровавые детали.
Элизабетта слабо улыбнулась, но это быстро пропало.
— Это было близко, Тори. Твои друзья спят в зале ожидания и даже не знают, как близко они были к тому, чтобы потерять тебя.
Зал ожидания? Я огляделась и поняла, что была не в одной из измененных комнат в доме Элизабетты. Это была настоящая палата больницы — бежевые стены с панелями и приборами, рукомойником и шкафчиком, жуткое мягкое кресло в углу. Трубки тянулись от капельницы с двумя мешочками, пропадали под моим одеялом в районе моего левого запястья.
— Я буду в порядке? — спросила я.
— В полном, но через пару дней. Мы уже убрали трубку из твоей груди и исцелили раны. Твой рентген хорошо выглядит, но вред сердцу — серьезное дело, даже когда помогает исцеление Арканой, — она встала. — Давай тебя осмотрим.
Я поддалась, не было сил делать что-то, кроме ответов на ее вопросы, пока она ощупывала меня. Когда она закончила, она передала мне стаканчик с водой еще раз.
— Все хорошо, — она убрала стаканчик на стол рядом со мной. — Я скажу твоим друзьям, что ты проснулась.
— Я могу с ними увидеться?
— Да… если сможешь продержаться и не уснешь так долго.
— Конечно, смогу.
С понимающей улыбкой она пошла к двери. Она закрылась, и я смотрела на дверь, решительно игнорируя ужасную усталость, давящую на меня. Я хотела увидеть их. Парней. Моих магов и моего брата. Они были тут. Я знала это. Они ждали меня, как мы всегда ждали, когда кто-то из нас был ранен.
Они были тут, и я дождусь их, не усну.
Я повторяла это себе, но комната угасала, и я провалилась в утомленный сон.
* * *
Я провела две ночи в больнице, но как только меня отсоединили от капельницы, Элизабетта забрала меня в свой дом. Она устроила меня в комнате для исцеления — там было намного уютнее, чем в больнице, но кровать была такой же. Она разрешила только короткие визиты друзей. Может, это было умно, ведь мне было сложно не спать.
Но я увидела Аарона и Кая, которые суетились надо мной и старались не показывать, как перепугались из-за того, что я чуть не умерла. Джастин все это видел своими глазами, но тоже плохо держался.
И Эзра. Он мало говорил, но сжимал мою ладонь, и его пальцы были ледяными, пока он подавлял эмоции.
Усталость от исцеления была сильной, и время стало размытым. Когда я проснулась в бледном свете солнца, проникающего сквозь шторы на большом окне, я не могла вспомнить, какой был день. В горле пересохло, и оно болело. Я повернула голову в поисках стаканчика воды, который всегда был рядом.
Эзра сидел на стуле у моей кровати, прислонив голову к стене, лицо расслабилось во сне.
Забыв о воде, я смотрела на него. Просто смотрела. Впитывала вид. Успокаивалась этим. Щетина на его челюсти стала сильнее, уже почти стала бородой, и его футболка с длинными рукавами была мятой.
 
Через минуту я вытащила руку из-под одеяла. Мои пальцы задели его рукав. Он вздрогнул, поднял резко голову, и глаза открылись. Он тут же посмотрел на меня.
— Эй, — прохрипела я. — Воды?
Он сел прямо, схватил стаканчик со стола и передал мне. Я осушила его, вздохнула с облегчением и отдала ему стаканчик. Он отставил стаканчик и повернулся ко мне, с тревогой рассматривал мое лицо.
— Мне теперь можно принимать посетителей дольше пяти минут? — спросила я. — Какой сейчас день?
— Пятница.
Я сморщила нос.
— Очень смешно.
Он приподнял брови.
— Я серьезен. Честно. Пятница.
— Но на меня напали во вторник.
Он кивнул.
— Ты спала. Исцеление всегда берет многое у человека.
— Но… больше трех дней?
— Тебя ранили в грудь, — он убрал кудрявую прядь с моего лица. — Я думал, что мы тебя потеряем.
— Пф. Одна рана не может меня убить.
Он улыбнулся, но невесело.
— Тот кинжал был немаленьким, по словам Джастина.
— Где он?
— Работает. Как и Аарон и Кай, но они вернутся ночью, чтобы проверить тебя.
Было сложно, но я села.
— Есть новости?
Он разглядывал меня миг с серьезным видом.
— Аарон сообщил, что Син переписывалась с твоим братом.
Я моргнула.
— А?
— Мы не знаем, когда они обменялись номерами. Может, пересеклись, навещая тебя.
Я закатила глаза.
— Я про настоящие новости, а не сплетни.
Он сверкнул улыбкой, а потом стал задумчивым.
— В гильдии идут приготовления. Все, кто может помочь, создают артефакты, собирают оружие и снаряжение, и Аарон работал серьезно с боевыми мификами.
— Что насчет Дариуса? Другие гильдии решили, что делать с Двором?
— МагиПол начали расследование, но другие боевые гильдии пока ничего не делали. Храм на кладбище разрушен, и у нас нет серьезных улик. Дариус пытается найти Высший двор, чтобы мы могли чем-нибудь подкрепить свои заявления.
— Так не все ему верят?
— Они думают, что он спешит с выводами или насчет существования культа, или о том, насколько все плохо. Никто не хочет верить, что в городе есть демонические маги, — он покачал головой. — Он делает все, что может. Как только с моей маленькой проблемой будет покончено, ему не придется так осторожничать.
Его маленькая проблема. Он сказал это так беспечно, словно говорил о походе к дантисту.
— Подвал музея подходит, — добавил он. — Мы обсудили, безопасно ли его использовать, если на тебя напали. Джастин думает, что член культа выследил его машину, а не шел за вами двоими к музею. Мы не нашли следов культа в районе, и Робин с Амалией ночью работали над кругом для ритуала.
Страх и надежда смешались, и меня мутило. Карта Смерти появилась перед глазами, но сменилась Повешенным, свисающим на лодыжке с безжизненным спокойствием на лице.
Эмоции не успели успокоиться, я отбросила одеяла в сторону.
— Хорошо. Я приму душ.
— Тебе нужно отдыхать.
— Прошли дни, Эзра, — я свесила ноги с кровати, прижалась голыми ступнями к холодной плитке пола. Кроме небольшого дискомфорта в торсе, я ощущала только скованность и усталость. — Мне нужно помыться.
Он фыркнул.
— Тогда выжди минутку, я наберу тебе ванну. Ты не можешь упасть и разбить череп в ванне.
Он пропал в смежной ванне, и звук воды появился за открытой дверью. Он вернулся через минуту, успел подбежать, пока я шагала по комнате.
— Я в порядке, — заявила я, отмахнувшись. — Просто немного дрожат колени.
 
Он обвил руками мою талию, и я позволила себе прильнуть к его твердому теплу. Он провел меня в ванную, убедился, что я стояла на ногах, а потом вышел и закрыл дверь. Я использовала туалет, помыла руки, а потом проковыляла к ванне, чтобы проверить температуру. Я не могла уже ждать, пока ванна наберется полностью, так что сняла сорочку из больницы и забралась.