Блуждающие огни (СИ)

— Семнадцать минут, двадцать девять секунд назад, по корабельному времени, к шлюзу номер двадцать пять пристыковался неизвестный корабль. В базе данных информация по типу корабля противника отсутствует. Через одну минут и тридцать семь секунд, неизвестный корабль атаковал и взломал шлюзовую систему. Противник продвигается к цитадели Ковчега. В отражении атаки задействованы активные и пассивные антиабордажные системы, в настоящий момент в отражении нападения задействовано четыре отделения антиобордажных роботов! Приняты меры по приведению резервов в боевую готовность! Боевые отделения антиабордажных роботов с пятого по двадцатое, согласно протокола безопасности занимают оборону на подходе к ключевым системам и помещениям корабля! Ситуация критическая! Угроза захвата корабля неизвестным противником! Угроза провала миссии! Прошу разрешение, на вывод из криосна штурмовых подразделений! Прошу разрешения начать эвакуацию экипажа!
Во время доклада, я с трудом удержался на ногах, с непривычки не в состоянии осознать свои новые возможности и делать несколько дел одновременно. Ковчег транслировал мне через имплантат запись боя, что шёл в коридорах древнего корабля, а мне ещё на голую жопу надо было комбез натянуть.
Странного вида механизмы стремительно преодолевали сопротивление устаревших систем безопасности корабля. Антиабордажные турели выходили из строя одна за другой, а роботы Ковчега застывали грудами разбитого и расплавленного металла, едва только появлялись в зоне видимости нападавших. Бой не шёл в одни ворота, ценой огромных потерь Ковчегу всё же удавалось наносить врагам ответные удары. На моих глазах, три антиабордажных внутрикабельных робота-многоножки неожиданно атаковали одного из нападавших, через вентиляционный канал. Три луча энергетического оружия ударили в захватчика, на мгновение останавливая его, а потом и сами роботы бросились в схватку. Стальной клубок покатился по палубе, как иглами ежа ощетинившись всполохами выстрелов, и через пару секунд остановился покорёженной и оплавленной грудой металла. Нихрена себе компот заварился!
— Отставить вывод из криосна и эвакуацию! — я поспешил остановить искусственный интеллект Ковчега и направился к арке портала. Не хватало ещё, что бы он начал выбрасывать в космос миллионы спасательных капсул! — открыть проход в центр управления! Ты с нападавшими связаться пытался?
— Попытки выхода на связь блокируются! Псиосвязь недоступна, связь через имплантаты недоступна!
— Нахрен псиосвязь! Голосом, через систему оповещения, связаться пытался⁈ — остановил я доклад Ковчега.
— Системы оповещения, согласно протоколу безопасности, заняты оповещением экипажа об угрозе безопасности!
А не такой уж этот искусственный интеллект и умный. Какого экипажа⁈ Если все люди кроме меня в криосне⁈ Меня он уже оповестил, а другие его не услышат, как бы он не старался. Идиот электронный! Тем временем я перешёл в центр управления.
Попади я сюда до медотсека, я бы в ступоре завис, но сейчас я точно знал, что мне надо делать. Не задерживаясь у портала и мгновения, я подбежал к противоперегрузочному ложементу капитана и тут же рухнул в него, позволяя системам управления подключится к моему имплантату.
— Проверка систем! Доступ разрешён!
— Принимаю управление боевыми системами на себя — я говорил в слух, хотя в этом не было необходимости, с кораблём я теперь связан напрямую — отключить экстренное оповещение, включить трансляцию обращения капитана!
У меня в голове, как в очках виртуальной реальности возникла как будто стратегическая компьютерная игра. Доклады оборонных систем в фоновом режиме потекли рекой, на схеме отражались передвижения роботов Ковчега и нападающих, а я мучительно думал, что же мне делать.
Нападавшие знали устройство Ковчега, это мне стало понятно сразу. Они идут к единственному месту, где смогут взять под контроль или уничтожить искусственный интеллект, причём ничего другое их не интересует. Абордажники умело ломают оборону, никуда не сворачивают и полностью игнорируют остальные жизненно важные системы корабля. Сейчас они уже захватили один из узлов управления системой жизнеобеспечения, прошли мимо технических тоннелей, ведущих в двигательный отсек, и один из проходов к криокапсулам. Никаких попыток проникнуть в них они не делают. Им нужна именно цитадель Ковчега.
 
— Снять резервы со всех постов борта противоположного атакуемому. Резервы направить в обход центрального коридора, атаковать шлюз номер двадцать пять! Ремонтному боту левого борта пристыковаться к кораблю захватчиков! Приказ: произвести демонтаж систем вооружения и двигателя! Центральный арсенал, доставить в центр управления штурмовой комплекс, оружие и боеприпасы!
Отдав необходимые распоряжения, и немного подумав, я принял управление системой оповещения и тут же её активировал.
— Неизвестным, атакующим Ковчег 209! Говорит капитан корабля Дмитрий Найдёнов! Предлагаю прекращение огня и переговоры! Повторяю, предлагаю прекращение огня и переговоры!
Записав сообщение, я дал распоряжение Ковчегу транслировать его в захваченные помещения, а сам поспешил облачится в скафандр доставленного транспортным роботом штурмового комплекса. Если напавшие не пойдут на переговоры, то этот бронированный костюмчик даст мне шанс на спасение. Призрачный конечно шанс, усчитывая то, как легко нападавшие уничтожают роботов Ковчега. Этот комплекс был хорош несколько тысяч лет тому назад, да и сейчас легко справиться с любым земным танком, и кроме того, в случае разгерметизации корабля, он позволит мне выжить в открытом космосе. Заняв место пилота, и подключившись к системам вооружения я вернулся к капитанскому месту и дистанционно к нему подключился.
— Капитану Ковчега 209! Говорит патрульный крейсер Содружества «Возмездие»! — ответ пришёл неожиданно. Беспристрастным и абсолютно спокойным голосом, так же по системе внутреннего оповещения корабля со мной кто-то вышел на связь — Приказываю прекратить сопротивление, отключить системы вооружения и предоставить полный доступ досмотровой партии! Напоминаю, что ваши действия квалифицируются по части 5 статьи 3497 и части 1 статьи 5001 кодекса Содружества об уголовных правонарушениях! Вооруженный мятеж и нападение на силы патрулирования при выполнении служебных обязанностей! Это третье и последнее предупреждение! В случае невыполнения законных требований патрульной службы, и оказания сопротивления, вы будете уничтожены!
— Етить колотить… — я поражённо замер в своём бронированном костюме — в смысле третье и последнее предупреждение⁈ Ковчег, с патрульного крейсера приходили сообщения до атаки⁈
— С неизвестного корабля переданы два сообщения, код связи не соответствует ни одному из известных кодов Содружества. Пресечена попытка взятия Ковчега под дистанционный контроль. Связь заблокирована! Корабль идентифицирован как враждебный!
— Отключить антиабордажные системы! Резерву и ремонтному боту левого борта вернутся на места постоянной дислокации! Открыть патрульной службе Содружества доступ ко всем системам и помещениям корабля! — мне было всё ясно. Устаревшие системы Ковчега не распознали космических ментов и корабль отказался выполнять требования патрульных! Это очень плохо! Что на земле, что в космосе, менты не любят, когда им перечат, да ещё и драться с ними лезут, уничтожая любимые, да к тому же ещё и казённые игрушки!
— Отклонено! — меня вдруг выбросило из системы управления кораблём и боем — Превышение полномочий! Ваш статус изменён на: «мятежник»! Доступ к системам и помещениям корабля заблокирован! На основании протокола безопасности, во время ведения боевых действий, лица со статусом «мятежник» подлежат немедленному уничтожению! Приговор будет приведён в исполнение немедленно!
— Облучение системами наведения! — скафандр боевого комплекса сообщил своему пилоту неудачнику, то есть мне, что находящиеся в центре управления турели антиабордажный системы пришли в движение, готовые атаковать меня.
— Ты что творишь, железный гомосек⁈ — я был в панике, но вбитые самим же Ковчегом навыки штурмовика похоже могли действовать отдельно от моего мозга. Оружие комплекса как будто само снялось с предохранителя, а бортовой компьютер просчитал варианты действий. Ещё до конца не соображая, что делаю, я первым открыл огонь по турели, что была ко мне ближе всего.