Блуждающие огни (СИ)
Дрон ходил по маршруту, и избежать его внимания, если он хоть немного довернёт, не будет никакой возможности, мы держали путь как раз туда, куда несло и его и где вдалеке, прямо на горизонте, виднелись огненные сполохи далёкого боя. Там кипела и горело всё, даже вода, а значит мы движемся в правильном направлении. Дрон летел по маршруту, а мы летели за ним.
Будь у нас времени побольше, я бы не рисковал, но мы и так выбивались из графика на целых семнадцать минут, и я принял решение прорываться как говориться «в наглую». Тем более, что войск противника, кроме этого самого дрона, поблизости видно не было. Да и не видел он нас похоже, по крайней мере внимания он на нас не обращал, продолжая облетать свой маршрут и постепенно удаляясь.
На что я рассчитывал? Сам не знаю, почему-то была уверенность, что всё получится, что мы уже почти спасены, и наши мучения скоро прекратятся, а они только начинались. Да и закрутилось как-то всё само, без моего контроля и желания.
— Капрал, вижу дрон противника, атакую! — я и слова сказать не успел, пока я раздумывал, какое же принять решение, грохнуло бортовое орудие штурмового комплекса Киры, и высоко в небе вместо летающего робота, расцвёл огненный цветок.
— Етить колотить! Полный ход! Нас обнаружили! — прокричал я пилоту, который через свой имплантат был подключен к автопилоту — Гони! Приготовится к бою!
— Принял! — пилот был немногословен, он мгновенно перевёл автопилот под свой контроль, и медицинский транспорт рывком увеличил скорость — в этом режиме он долго не протянет! Полчаса-час, это предел!
— Нам больше не надо! Через час мы или прорвёмся, или все сдохнем! — успокоил я пилота
— Кира — контроль неба и за тылом присматривай, Заг — фронт и левый фланг, я — фронт и правый фланг!
Целых двадцать минут ничего не происходило, а потом… А потом нас резко взяли в оборот!
— Воздух! Атака дронов с тыла! — я резко обернулся на голос Киры, и моя система наведения тут же обнаружила шесть целей. Это были уже не разведчики, это были тяжёлые ударные беспелотники, которые как в кинохронике войны, падали на нас сзади-сверху выстраивались колонной для атаки. Я тут же открыл по ним огонь, только немного опередив Киру.
— Четыре средних робота по фронту! — беда не приходит одна, и крик Зага это только подтвердил. Нас зажали между молотом и наковальней.
Антиабордажный робот на носу транспорта ожил, обнаружив своих «коллег» и открыл огонь, а в нас полетели первые сгустки пламени.
— Маневрируй! — не отрываясь от стрельбы, скомандовал я пилоту. Мы шли между холмов, несясь прямо над водой.
— Под воду что ли нырять⁈ Это тебе не космос, куда тут маневрировать⁈ — пробурчал пилот, но наша летающая платформа, тут же задёргалась как припадочная, резко меняя направление движения, на мгновения тормозя и тут же ускоряясь.
— На связи командир пятьдесят первой разведывательной роты штурмовиков Найдёнов! Выполняем задание по эвакуации выживших с первого плацдарма! Прошу поддержки, прошу поддержки! Атакован превосходящими силами противника, шесть дронов и четыре робота, тяжёлого оружия не имею! Всем, кто меня слышит, прошу помощи! — забив на приказ не выводить на связь до прибытия в зону эвакуации, я немедленно включил передающее устройство своего скафандра на полную мощность.
— Слышу тебя Найдёнов, подсвети цели если ведёшь их визуально, у меня в приборах их нет, включена активная защита от наведения! Я возьму на себя дроны! — на моё удивление мне немедленно ответили.
— Подсветка на дроны! — отдал я команду Кире, и система наведения тут же начала передачу информации в канал связи.
Истребитель Содружества класса атмосфера-космос появился словно из неоткуда, с первого захода распылив на атомы трёх замыкающих летающих роботов. И о чудо! Дроны сразу же потеряли к нам интерес. В воздухе завертелась круговерть воздушного боя. Истребитель, управляемый человеком, против трёх дронов-роботов. Пришедший нам на помощь пилот был явно не новичком и уверенно уворачиваться от атак, не забывая атаковать и сам. Красиво черт возьми, любо-дорого понаблюдать за работой профессионала, вот только нам некогда, надеюсь наш спаситель выйдет победителем из этой схватки.
Подбили нас штурмовые роботы. Как бы мы не старались с Загом и Кирой, распределив между собой цели, а подавить на ходу огнём боевые машины нам было не по силам. Основной удар принял на себя наш антиабордажник, от удара нескольких тяжёлых плазмомётов, его аж в воздух подкинуло, ну а наша платформа на полном ходу зарылась носом в воду и донный ил.
Разбрасывая в стороны аварийные капсулы и людей, медицинский транспорт кувырком понёсся дальше, и вскоре воткнулся в основание холма, превратившись в груду обломков. И вот теперь нас осталось в живых только четверо. Только штрафники пережили без особых для себя последствий крушение, находясь в своей броне, да один из пилотов, каким-то чудом ещё оставался жив, несмотря на многочисленные переломы и раны. Варг, которого мы так долго пытались спасти, вместе со своей капсулой сейчас где-то на глубине, а трупы членов экипажа подбитого корабля плавают на поверхности негостеприимной реки.
— Что делать? — на вопрос Зага у меня не было ответа. К противнику подходило подкрепление, кроме пилота истребителя, что сейчас бился с дронами, нам так никто пока и не ответил и я растерянно озирался по сторонам, мучительно ища выход из сложившейся ситуации. Попали так попали! Но одно ясно, спасут нас или нет, сможем мы сами пробиться или погибнем тут, без боя сдаваться нельзя, и потому я уверенным голосом отдал команду своим бойцам — Меняем позиции, всем за холм, тут нас скоро прижмут, у меня уже щит просел на семьдесят процентов! Заг, на тебе пилот, Кира, захвати батареи, я вас прикрою!
Легко сказать, прикрою… Из четырёх атаковавших нас роботов конфедератов двое уничтожены нашим антиабордажным роботом, один хоть и подбит, но ведёт огонь с места, а четвёртый маневрируя продолжает приближаться. Он впереди, с фронта, только он пока стоит между нами и зоной эвакуации. Но это не главная проблема, с левого и правого фланга, зажимая нас в тески, приближаются новые цели, и это уже не роботы, а вражеские десантники! Не меньше взвода! Они далеко пока, и особо не спешат, и тем не менее будут тут уже довольно скоро, и тогда нам поможет только чудо.
Отдав приказ еле живому антиабордажнику сосредоточить огонь по целому роботу, я сам открыл огонь по повреждённому, направив к нему и все свои ударные дроны.
— Капрал Найдёнов! Как слышишь меня⁈ — сквозь грохот боя в моих ушах послышался знакомый голос майора.
— Слышу вас хорошо! — не отвлекаясь от стрельбы ответил я.
— Доложить обстановку! Что происходит? Почему стоите, судя по вашим датчикам, вы уже возле зоны эвакуации! Почему не двигаетесь? — потребовал объяснений майор.
— А сами не видите⁈ Мне сейчас не до разговоров если честно! — возмутился я, вздрагивая от удара в силовое поле скафандра. Минус восемьдесят процентов уже!
— Конфедераты и мы глушим всё что можно! Штаб имеет отрывочные данные, доложите об обстановке капрал! — впервые сорвался на крик майор.
— Докладываю! Нас подбили и зажали между двух холмов, как между булок огромного великана, а мы в самой середине, прямо в жопе! Координаты отправил! Прошу помощи.
— Так… Найдёнов, вы на краю нашего минного поля! Вам нужно прорваться вперёд на полкилометра, и вы будете в безопасности. Помочь вам можем только огнём автоматизированных систем, по вашему наведению и подсветки целей, резервов нет. Вам придётся выбираться самим. Последний эвакуационный транспорт стартует через сорок семь минут! Если не успеете, ждать он вас не будет! К флоту конфедератов подошли подкрепления, мы покидаем систему! Удачи капрал!
— Чёрт! Уроды! Твари! — майор отключился, а я бесновался в своём скафандре как зверь в клетке. Ярость захлестнула моё сознание. Как мы успеем под огнём за сорок семь минут до корабля добраться⁈ Да и до безопасной зоны, эти пятьсот метров надо ещё пройти. Минное поле Содружества пропустит своих, каждая мина имеет систему распознавания «свой-чужой», там спасение, там жизнь. Но как туда попасть⁈ Всем не выбраться, кто-то должен остаться и прикрыть, нужно управлять автономными батареями, подсвечивая им цели… Если этого не сделать, погибнут все, конфедераты на подходе. Кого оставить? Киру или Зага? Кого отправить на смерть? Кого из своих друзей я готов принести в жертву? Друзей… я именно тут впервые понял, что это слово значить, что такое настоящие друзья. Мелкий уголовник и мошенница… Интересно, кто тогда я? Ведь в народе говорят: «скажи мне кто твой друг, и я скажу кто ты»! Никого я не оставлю на этой планете, они будут жить!