Блуждающие огни (СИ)
Яркой вспышкой плазменный заряд прорывается наружу, и от сильного удара часть стальной стены уносит вперёд, прямо в мастер-сержанта, который идёт замыкающим.
Действуя как будто на автомате, я срываю нашу «открывалку» с двери, и за пару мгновений до её сработки, швыряю заряд прямо через головы штрафников, в объятый пламенем проём, а затем даю команду своим дронам идти в атаку. Стрелять я не могу, передо мною штурмовики моей группы.
Появление антиабордажного робота колонистов в оплавленном отверстии, как раз совпало с взрывом брошенного мной заряда, и это спасло многим из нас жизнь. «Открывалка» каким-то непонятным мне образом, очень удачно приземлилась как раз на оружейный комплекс робота, тут же добавив огня и дыма в тесном отсеке. Да я просто Шакил О’Нил!
От радостных мыслей меня отвлекло шипение двери, которая резво рванула в сторону, открывая проход полный вражеских солдат. Имплантат и системы скафандра взвыли тревожными сообщениями, пытаясь предупредить меня об опасности. Уничтожить нашу штурмовую группу артиллеристы решили наверняка, атаковав с двух сторон.
Мой силовой щит загудел от попаданий, а я, вопреки практике действия штурмовых групп, которая предписывала мне держать удар, стрелять и ждать подмоги, рванул в сторону, пытаясь укрыться за переборкой.
Я успел, щит сдох, едва я убрался с линии огня. Не мешкая, я сорвал с пояса две гранаты и швырнул их дверной проём, при этом сделал это рикошетом от стены, как когда-то показывал мне дядя Андрей. В коридоре знатно рвануло, в ту же минуту Заг, тоже лишившийся щита, рухнул на палубу, и я, воспользовавшись моментом краткого затишья, рискнул высунуться и затащить его к себе в укрытие.
Теперь я и Заг были в относительной безопасности, от боя, что шёл в тылу, нас прикрывал массивный двигатель корабля, от контратакующих защитников батареи — крепкая переборка.
— Заг! Ты живой там⁈ — Я треснул бронированной перчаткой по забралу шлема штрафника. С первого взгляда особых повреждений на скафандре моего сослуживца не было видно. Кое-где на опалённом корпусе штурмового комплекса виднеется пена гермогеля, значить пробития были, и тем не менее ничего критического, с чем бы не справилась аптечка я не видел.
— Где я⁈ — в моём шлеме послышался потерянный голос Зага.
— В Караганде! — логично ответил я штрафнику, вспоминая самый знаменитый город Средней Азии — ты в состоянии воевать? Учти, если ты сейчас не очухаешься, нас попросту добьют! Хватит шлангом прикидываться, мне нужна твоя помощь! Как ты?
— Я в порядке — наконец-то ответил Заг, ненадолго зависнув и смотря в одну точку, наверняка проверял системы комплекса и общался с имплантатом — осколками посекло и контузило, но я могу двигаться.
— Вот и хорошо! — я искренне обрадовался, что мой недавний враг не откинул копыта. Как жизнь то меняется! Еще час назад я желал ему мучительной смерти! — нам нужно заблокировать дверь, и сделать это можно только уничтожив всех уродов, что за ней спрятались. Это придётся сделать нам с тобой, все остальные сейчас заняты более важными делами.
— Это какими⁈ — недовольно вскинулся Заг — мы вдвоём не справимся!
— Они пытаются сейчас не сдохнуть и прикрывают наши жопы, что бы их не нашпиговали огурцами размерами с десантный бот! — я внимательно изучал данные поступающие на имплантат от других бойцов нашей группы, у нас большие потери и в тылу дело обстоит довольно хреново — так что никто, кроме нас! Десант мы или нет⁈
— Я не встану щитовым! — заныл Заг, которому видимо тоже удалось увидеть общую картину боя.
— Не ссы! Никто не встанет, нас всего двое, в лобовую мы не выгребем — успокоил я Зага, план действий уже созрел у меня в голове.
Баня! Там не только отдыхают и моются, там и дела мужики обсуждают, делятся опытом, дают друг-другу советы. Сколько раз я слушал, как дядя Андрей и батя травили байки о своей опасной работе, расслабленные, исходящие паром и попивающие холодное пиво после бани? Баня — это их слабость, которая развязывала им языки! Сколько раз покойный Савельич рассказывал о своей службе в разведке? Про Сталинград, про Берлин? Тысячи! И среди этих разговоров они частенько разбирали случаи захвата и освобождения заложников, штурмы зданий, занятых террористами и другие боевые операции. Старые бойцы рассказывали о своём боевом опыте, нередко демонстрируя шрамы от ранений, к которым привели ошибки. Я помню, как мы с братом сидели тогда в уголке, прикинувшись ветошью, и грели уши, стараясь лишний раз не шевелится, чтобы не привлечь к себе внимание взрослых, ибо эти разговоры предназначались явно не для наших ушей. Я помню всё очень хорошо, моя память теперь идеальна! Эти разговоры, как лекции о тактике ведения штурма, сейчас всплывали у меня в голове.
Только сейчас до меня дошло, что, полагаясь на высокие технологии и броню, войска Содружества далеко отстали по тактике штурмовых действий от землян! На нашей планете, что бы выжить, вояки проявляли просто чудеса изобретательности! Будь сейчас на нашем месте войсковой спецназ ГРУ, к которым когда-то принадлежал отец, или сотрудники группы «А», в которой служил дядя Андрей, они бы действовали по-другому. Раньше, когда за моей спиной стояли командиры, выбора у меня не было, но сейчас начальства надо мной нет, лейтенант далеко, а мастер-сержант не подаёт признаков жизни, и я волен сам решить, как мне попробовать не умереть!
Тактика штрафников Содружества напоминает действия земных страйкболистов или полицейских СОБРов, и это было бы оправданно, действуй мы против плохо вооружённых преступников или террористов. Тут же регулярные войска, вооруженные и защищённые ничуть не хуже нас! В ходе прямого боя в помещении, подойти компактной группой, ещё и со щитом — просто невозможно без больших потерь. Щитовой наверняка уходит в минус, а также стоящие за ним бойцы, да и всего одна грамотно брошенная граната или выстрел из тяжёлого орудия, может запросто выведет из строя половину участников такого скопления. Если не считаться с потерями, и закидывать врагов «мясом», можно конечно и так справиться, только где сейчас людей взять? Мы пойдём другим путём!
— Слушай меня Заг, времени у нас нет! — начал я, напряженно сверля взглядом дверной проём — артиллеристов много, только они в обычной полевой форме, это не пехотное подразделение и они почти не имеют брони. Твой имплантат должен был тебе это показать. У тебя остались дроны, у нас полно гранат. Действовать будем так. Закидываем в коридор по две гранаты, потом вдвоём, не входя в помещение, быстро выглядываем из-за перекрытия и стреляем во всё, что движется. Ты на коленях снизу, я над тобой стоя. Пару секунд, не больше, и снова в укрытие. Потом отправляем твой дрон и производим контроль. Если будут выжившие, повторяем всё снова! Понял⁈
— Понял, давай попробуем — согласился Заг, с трудом вставая на колени — я готов!
— Начали! — командую я, вставая и отстёгивая гранаты — Гранатами огонь!
Четыре черных цилиндра полетели в коридор, и едва прогремел взрыв, мы тут же выглянули в дверной проём и открыли огонь. Система целиуказания штурмового комплекса легко определила в дыму и клубах пыли вражеских бойцов, после чего открыла огонь из всех стволов.
— Назад! — заветные две секунды истекли, и я поспешил отпрянуть за укрытие. Заг тоже не заставил себя просить дважды, смело повторив мой манёвр — дрон выпускай!
— Трое живы и движутся! Они отступают! — доложил мне Заг через секунду — одного я дроном добью!
— Отставить! — поспешил остановить я сослуживца — дрон нам ещё понадобится! Повторяем, гранатами огонь!
Второго раза оказалась достаточно, чтобы уничтожить всех противников в коридоре. Когда дрон сообщил нам об уничтожении всех целей, я тут же ринулся в залитый кровью и посеченный осколками коридор. Нужно добраться до следующей двери и заблокировать её!
— Заг за мной, контроль! — я бежал по трупам, а мой штурмовой комплекс в автоматическом режиме выпускал заряд за зарядом в мертвые тела, разнося их в клочья. Сейчас медицина такая, что и труп можно оживить, конечно если у него голова целая, так что и мёртвых приходится добивать.