Блуждающие огни (СИ)

— Слышь, мелкий, машину в аэропорт отправь, там вообще-то со мной девушка прилетела, и вещи мои остались — буркнул я.
— Серёга, слышал? — Андрей опять возился в телефоне.
— Сделаем! — с переднего пассажирского сидения послышался голос начальника службы безопасности — куда отвезти?
— В больницу, куда ещё⁈ — огрызнулся брательник — Серёга, не тупи!
Спокойно поговорить я смог только с врачом. Главный врач больницы, Бареев Георгий Игоревич, доктор медицинских наук и очень хороший специалист своего дела, молча выслушал меня, прочитал выписки из истории болезни, которые доставили в клинику вместе с моими вещами и тут же вышел из ВИП палаты. А через несколько минут меня уже везли на каталке делать МРТ и брать анализы. Я знал, что мне не поверят на слово и подвергнут сомнению диагноз английских врачей, и потому смиренно терпел.
Мама с сестрёнкой уже ждали меня в палате, когда меня вернули с процедур. Две миниатюрные красавицы, с обеспокоенными лицами бросились ко мне. Мама как всегда плакала навзрыд, а вот у сестры характер был по твёрже, слёз на её лице видно не было, её взгляд говорил о том, что она не согласна смериться с потерей старшего брата, и как все Найдёновы, готова биться за меня до конца. Эта малютка не так проста как кажется, мастер спорта по пулевой стрельбе как никак и директор машиностроительного завода!
— Как же так, сынок⁈ Ты почему раньше не сказал и не приехал⁈ — причитала у меня на груди мама.
— А что бы это изменило? Я свои дела в порядок приводил, как закончил, так и приехал — с трудом сдерживая эмоции проговорил я, гладя маму по голове — извини меня мама.
— Господи! Такой же упрямый как отец! — всхлипнула мама, не отрывая своего лица от моей груди — Ну поссорились, ну поругались, так ведь мы всё ровно родные люди! Отец тебя любит и всегда готов помочь! Ты же знаешь папу, для него нет нерешаемых проблем! Надо было сразу как о диагнозе узнал, первым же самолётом домой лететь! Ну ничего, не переживай, папа найдёт выход!
— Боюсь тут даже батя не справиться — усмехнулся я.
— А чего врал-то, что всё в порядке? Мы же с тобой на той неделе созванивались? — сестрёнка прищурившись смотрела на меня, как будто собираясь влепить пощёчину.
— Врать, это у нас семейное, в отца пошёл, наверное, — не смог я удержатся от подколки в сторону предка — а может просто заразное?
— Ты не передёргивай, балбес! — вспыхнула сестрёнка — у папы совсем другие обстоятельства были! Да и мама всё знала!
— Говорю же, семейное! — рассмеялся я, вспоминая как я узнал о самой большой лжи в моей жизни.
Я старший ребёнок в семье, и хорошо помню, как внезапно поменялась наша жизнь. Мы были вполне себе обычной семьёй, жившей в посёлке промысловых охотников. Отец был начальником охотхозяйства, ходил на охоту, пропадая в тайге месяцами, а мама заведовала зверофермой. С самого раннего детства батя таскал меня на охоту и рыбалку, мы вместе проводили время в мастерской, собирая и ремонтируя технику. Отец учил меня всему, что знал сам. Жизнь шла размеренной чередой, и не предвещала ни каких перемен.
И вдруг внезапно, в один из летних деньков, отец уехал в командировку в областной центр, и вместо простого охотника, домой вернулся увешанный орденами и медалями полковник КГБ в красивой форме. Оказалось, что батя служил в органах всю свою взрослую жизнь! Все его многочисленные шрамы, появление которых он раньше объяснял падениями и несчастными случаями на охоте, оказались боевыми ранениями, полученными на службе! И вот он на пенсии, а гриф секретности снят, теперь он может не скрываться от родственников! Сказать, что я был в шоке, значить ничего не сказать!
Но и на этом странности не закончились. Страна развалилась, охотхозяйство и звероферма стали убыточными и закрылись, в Каменногорске, как до перестройки назывался наш город, рухнуло всё, люди остались без работы. Все были в растерянности, но не отец! Он быстро стал владельцем всех предприятий и многих земель в городе и районе, не понятно откуда найдя огромные деньги. Создав компанию по добыче и разведки нефти и газа, ему удалось получить контракт на разведку и добычу полезных ископаемых на, казалось бы, никому не нужном болоте, а через два года по трубопроводам потекла первая нефть! Вагоноремонтный завод преобразился в машиностроительный, выпуская вездеходы и аэролодки, и вскоре стал поставщиком техники для МЧС и армии. Усть-Уральск по сути превратился в личную вотчину семьи Найдёновых. Город быстро расцвел, став местом жительства новых нефтяников, инженеров и рабочих. Отца в городе считали спасителем и почти боготворили.
 
Я помню, как в девяностые годы в наш город приезжали на разборки бандиты всех мастей, пытаясь отжать бизнес отца. Это страшное время на всегда врезалось мне в память. Отец спал с пистолетом под подушкой и ходил в бронежилете. На него покушались шесть раз! Я помню, как нас с мамой постоянно опекали телохранители из бывших военных и спецназовцев, как взорвалась наша машина, в которую попали из гранатомёта! И это длилось несколько лет! Но потом от отца отстали, бандитские группировки быстро поняли, что соваться в Усть-Уральск, это значить подписать себе смертный приговор. Сколько сгинуло без вести этих приезжих в окрестной тайге, наверное, и отец уже не помнит.
Пытались надавить на отца и по-другому. Возбуждались уголовные дела, бесчисленные проверки приезжали в город. Проверяющие и полицейские с уверенными и надменными лицами врывались в кабинеты отцовских офисов, чтобы потом с извинениями и просьбой забыть про них, как можно быстрее ретироваться обратно. Тут помогали и невесть откуда имеющиеся у отца деньги, и его связи. Как оказалось, посадить отца в тюрьму, совсем не простая задача, бывших чекистов не бывает, а всесильная контора даже в те годы, готова была стеной стоять за своих сотрудников. И превратился простой охотник, в баснословно богатого олигарха!
Вся эта путаница в жизни, сильно подорвала мою веру в отца. Я верил ему всегда, а он мне лгал! Я был уже достаточно взрослым, чтобы осознать, что отец не тот, за кого себя выдавал все мои детские годы. Простой и добрый промысловик, оказался жестким бойцом, готовым шагать по трупам, для достижения своей цели. Мы часто сорились, и когда за отцовские деньги мне выпал шанс уехать учиться в Лондон, я не думал и минуты. С тех поря я был не частым гостем в Усть-Уральске, отказавшись развивать семейный бизнес и идя своей дорогой.
Дверь в палату отворилась без стука. Мощный мужик, неопределённого возраста, весь покрытый шрамами и одетый в дорогой охотничий костюм быстро вошёл в палату. Кирилл Найдёнов казалась вообще не старел, только седина на голове, указывала на то, что перед тобой проживший много лет мужчина. За спиной отца, показался мой брат Андрей, а третьим в палате появился дядя Андрей, друг бати, в честь которого назвали моего младшего брата. Ну понятно, с ним он и охотился в тайге. Дядя Андрей тоже на пенсии и тоже полковник, они знают друг друга и дружат уже очень давно. Отец как-то говорил, что дядя Андрей ему даже жизнь спас. Старая гвардия чекистов, оба те ещё вруны! Дядя Андрей тоже обычным военным прикидывался, когда приезжал к нам в гости, хотя сам возглавлял знаменитую группу «А» КГБ. Быстро же батя тут нарисовался, очевидно за ним летал вертолёт, ничем иным такую скорость его появления в больнице было не объяснить. Судя по взгляду отца, он уже всё знал и успел поговорить с врачами.
— Привет сынок! — отец сел на край кровати и протянул мне для рукопожатия руку — ты чего нас с мамой пугаешь?
— Здорово батя — я пожал крепкую руку, на мгновение замешкался, а потом обнял одного из самых родных мне людей. Ссоры и обиды сейчас не имели значение, папу я любил очень сильно — прости, так получилось.
— Хе! Получилось… Хреново получилось Митька! — батя отстранился от меня, держа за плечи, и посмотрел в мне в глаза — ничего сынок, мы что ни будь придумаем, не ссы!
— Вот сейчас только не ври! — меня снова кольнула обида — ничего ты сделать не сможешь, несмотря на все свои связи и деньги. Эта болезнь не лечиться.