Блуждающие огни (СИ)
— Найдёнов, мать твою! Хватит хлебалом хлопать! Огонь! — отвлёк меня от созерцания открывшейся картины капрал. Я вздрогнул и сосредоточился на информации от имплантата, который подсвечивал мне цели, выбранные командиром группы для атаки. Побитый, но ещё живой защитный робот! Повинуясь моей команде, штурмовой комплекс снял оружие с предохранителя и открыл огонь…
Моя очередь встать во главе штурмовой группы настала через час штурма. До командного центра, цели нашего визита на этот корабль, оставалось ещё треть пути. То, что мне его не пройти, я уже понимал. В средним, по моим подсчётам, нашей роте понадобится восемь щитовиков, для преодоления этого расстояния. Хреновая арифметика, а у меня от страха трясутся колени, хотя этого и не видно окружающим из-за скафандра. Только что, прямо передо мной свалился ветеран, лишившись конечностей и с оплавленной дырой в животе. Его шит продавили практически мгновенно, стоило ему только ворваться в очередной коридор, после чего он стал неподвижным обрубком кровоточащего мяса. Ветеран продержался едва ли пару секунд, которых, впрочем, нам хватило, чтобы, прикрываясь орущим от боли товарищем, подавить огонь защитных систем, и вот теперь на его месте стою я. Сейчас ветераном занимается эвакуационный робот, который должен оттащить его тело к медикам, благо что парень давно потерял сознание, и не чувствует, как безжалостная машина кантует его побитый штурмовой комплекс как какой-то безжизненный, и не очень ценный груз.
Этот час я, наверное, не забуду никогда в жизни. Жив и цел я только по недоразумению, а в роте уже четыре трупа! Дважды мой силовой щит отказывал от перегрузок, на броне две оплавленные борозды, и при этом одна из них на шлеме. Еще бы немного, и я бы хапнул космического вакуума! У стоящих рядом бойцов картина та же самая, досталось всем.
— Найдёнов! Херли ты застыл урод⁈ — в спину меня толкнул капрал — вперёд твою мать, перед смертью не надышишься!
Я двинулся к следующему шлюзу в переборке. На этом корабле в каждой секции шлюз установлен, обеспечивая герметичность корабля в случае пробоин и повреждения обшивки. Сейчас люк распахнётся, и я выйду под огонь противника. Пару секций назад, сапёрно-инженерной группе удалось подключится к системе жизнеобеспечения корабля и взять под контроль управление шлюзами, прорезать или взрывать себе проход, мне не придётся.
— Щитовой, готов⁈ — это голос взводного, который плетётся где-то позади, руководя боем.
— Секунду! — отвечаю я, активируя щит, активную защиту и выпуская разведывательно-ударных дронов. Блок с ними, как и блок активной защиты я нашёл на свалке у оружейников, и как оказалось, эти штуки для штрафников довольно редкие. Два миникоптера, способных передавать информацию на имплантат владельца и оснащенные небольшим зарядом взрывчатки, застыли перед входом в шлюз.
На схеме корабля, что я сейчас видел перед собой, в следующем помещении обозначены две турели, над каждым шлюзом по одной. Одна турель будет у меня над головой, а вторая в противоположном конце тоннеля. Это то, что известно, а ещё там может быть неизвестное количество роботов и штрафников сороковой роты. Судя по подсчётам моего имплантата, до этого момента нам удалось выбить только чуть больше половины защитников.
— Готов! — оттягивать неизбежное больше нельзя, капрал мне разве что только в затылок не дышит. Извращенец! Хотя его понять можно, всем хочется, что бы этот ад как можно скорее закончился.
Шлюз открылся, мой щит загудел от перегрузок, оба дрона рванули вперёд, а бортовое оружие скафандра открыло огонь. Над головой бахнул взрыв, и одной проблемой мгновенно стало меньше, а я лишился одного из разведчиков. Имплантат в доли секунды определил, с чем мне предстоит иметь дело. Кроме турелей в помещении пять бойцов и средний робот, и сейчас они все как один лупят по мне!
Щит продержался не долго, как и у ветерана, хватило его всего на две секунды. Оповещение о перегрузке пришло одновременно с отключением силового поля и меня тут же окутало облако наноботов активной обороны. Умные, одноразовые минироботы вставали на пути выстрелов, прикрывая меня от огня. Казалось бы, только что невероятно густое облако таяло чудовищно быстро! Наноботы погибали, делая свою работу. Ещё немного и я останусь беззащитен!
— Чисто! — знакомый голос капрала прозвучал неожиданно. Шум боя стих, и я ошарашено посмотрел по сторонам. Я цел⁈
— Молодец Найдёнов! Движемся к следующему шлюзу! Быстрее парни! Найдёнов, как перезагрузится щит и будешь готов, доклад! — похвалил меня взводный.
— Хорошая штука, надо и мне такую поискать — капрал стоял рядом, разглядывая небольшой туман вокруг меня, это всё, что осталось от активной обороны. Хватит на выстрел или два, не больше — ладно, потопали дальше, надо с этим заканчивать!
Второй шлюз, и теперь у меня кроме щита и остатков наноботов больше ничего нет. Мои разведчики погибли, уничтожив свои цели, а впереди очередной зал. Рядом орёт штрафник из сороковки, всех его товарищей уже эвакуировали, этого же залитого кровью парня, медецинский робот посчитал достойным эвакуироваться самостоятельно. А и правда, зачем ресурс машин тратить, если ноги целы? Подумаешь нет рук и больно! Ходить можешь, вот и учись сам до медкапсулы добираться, это тоже учения! Его крик действует на нервы, капли крови облепили всё вокруг, и я стою как посреди кровавого душа, который вдруг замер на месте. Картина, не внушающая оптимизма и отнимающая надежду!
— Готов! — обреченно говорю я и бросаюсь вперёд. Опять как дежавю всё повторяется снова. Мой щит перегружен и выходит из строя, бортовая система не прекращая ведёт огонь, и я получаю первый удар в броню. Удар в спину! Нанаботам удалось ослабить негативный эффект, только вот их было слишком мало, чтобы полностью заблокировать атаку. Я падаю вперёд и это спасает меня от лавины огня защитников корабля, который принимает на себя капрал. Скафандр вздрагивает от попаданий, я слышу шипение гермогеля и чувствую сильную боль в левом плече. Вокруг меня сверкают вспышки выстрелов, это бойцы моего взвода вступили в бой. Бортового оружия у меня больше нет, я ранен и автоматические турели не считают меня теперь противником, чего не скажешь о бойцах сороковки. Они спрятались за самодельной баррикадой. Тут все их оставшиеся бойцы и все роботы! На нашу абордажную команду устроили засаду! Перед шлюзом растёт груда искалеченных тел.
— Сапёрная группа, заряд! Быстрее!!! — я до сих пор в сознании и слышу напряженный голос лейтенанта.
Что это за заряд такой? В учебных боях запрещено применять любое тяжёлое оружие! Они что, самодвижущуюся мину решили сюда запустить или из систем поддержки отработать⁈ Мне хана…
Через посеченный выстрелами шлюз, прямо по телам штрафников в помещение влетает робот. Обычный, ремонтный робот колониальной постройки, правда весь увешанный парализующими гранатами. Турели молчат, не видя опасности, а бойцы сороковки не успевают отреагировать, робот пролетает больше половины пути до баррикады, прежде чем его успевают подстрелить. Зря они по гранатам стреляли…
Взрыв! И я теряю сознание…
Глава 10
В спину значит… Хорошая попытка, зачетная, и она почти удалась. В той неразберихе учебного боя, никто и внимания на это не обратил. Стрелял Заг в сторону противника, а то что я ему на пути попался, так это случайно. И ничего что система распознавания «свой-чужой» не позволяет вести огонь по своим товарищам, она же не совершенна. Дернулся Найдёнов понимаешь, сам под выстрел выскочил!
Что вот делать теперь? Официальный рапорт написать? Подтвердить мои слова будет легко, достаточно просто подключится к имплантату Зага или к его скафандру, и готово. Он наверняка вручную систему «свой-чужой» отключал. Чего я этим добьюсь? Заг и так штрафник. Ну добавят ему срока за небрежное обращение с оружием (месяц или два, не больше, если учесть то, что тут вообще не ценятся жизни штрафников), переведут в другую роту, и на этом всё! Были уже прецеденты, о каждом таком деле есть общедоступная информация. А также есть информация о том, что все такие правдоискатели долго не прожили. Все они случайным образом померли, от переживаний, наверное.