Вербера. Ветер Перемен
В покоях пусто. Спокойнее от этого не становится, но я осматриваюсь с самым беззаботным видом, на который способна, демонстрируя слегка смущённое любопытство. Кровать у лорда, кстати, не так уж и велика, всего-то полтора моих роста как вдоль, так и поперёк. Зато никаких излишеств в виде золотых вензелей или ангелочков не наблюдается. Строго и аккуратно. Поставив ведро в центр комнаты и кое-как пристроив к нему швабру, осматриваюсь. Заглядываю в каждую из трёх дверей – оценить объём работы, и убедиться, что не прячется там какой-нибудь соглядатай, чуть-чуть кручусь перед зеркалом, вздыхаю при виде огромной ванны – это ж всё надо мыть! И невольно застываю перед портретом лорда в его кабинете.
На портрете Кристиан Рравеш в полный рост, и он слишком… живой. Матово светится смуглая кожа, переливается чёрная как смоль коса, змеится по губам неприятная усмешка… пожалуй, я понимаю, почему сиятельный лорд предпочёл сие творение великого мастера спрятать, не вывесил в гостиной, как нынче модно. Портрет говорит о лорде слишком многое, показывает и тёмную магию, и непростой характер…
А бросив взгляд на глаза, я и вовсе вздрагиваю – ощущение, что портрет на меня смотрит. Оценивающе, и я бы даже сказала, что оскорбительно.
Дальше ощущение взгляда преследовало меня везде. И когда я вытирала пыль в кабинете, не коснувшись и пальцем словно нарочно оставленных на виду бумаг, и когда, подоткнув юбку, добросовестно тёрла пол в спальне, и даже когда всё так же с закатанной юбкой драила ванну… Здесь взгляд ощущался сильнее всего, я даже оглянулась пару раз. Нет, ничего и никого…
* * *Лорд Кристиан Рравеш, Божьей милостью первый паладин Его Величества Киррона.
Девчонка сразу показалась странной. Нет, вела она себя как образцовая горничная, вот только не работают девушки с такой внешностью и с такими выразительными глазами обычными горничными за пару-тройку монет в неделю. Нет, они живут совсем другим. В роскоши и страсти, по крайней мере, лет до тридцати-тридцати пяти, а затем выходят замуж за обнищавшего дворянина и изо всех сил демонстрируют респектабельность, тратя заработанный в распутной молодости капитал… и активно порицая своих последовательниц.
Но он и думать о ней забыл, как только скрылась с глаз, и уж конечно не стал бы лично проверять и присматриваться – дел хватает и без того, чтобы следить за каждой смазливой горничной, но…
Она не плакала. Огромная псина прокусила ей руку, кажется, до самой кости, а девчонка не проронила ни одной слезинки, и даже не вскрикнула, в отличие от громко и истерично вопящей спутницы. Лорд Рравеш ещё не встречал ни одной девушки, любого происхождения, которая в подобной ситуации не обливалась бы слезами. Это было уже совсем странно, и оттого увлекательно. Несомненно, девчонка – засланный агент, и с задачей запасть если не в душу, то хотя бы в мысли лорда она справилась отлично. Ну что ж, теперь ход за ним, и он его уже начал: показать доверие, потом участие… Выявление шпионов – это как рыбалка. Приманить, подкормить, дать то, что нужно…. А потом подсечь!
Это было совсем не обязательно, он и так узнает, если девчонка тронет что лишнее в покоях, но почему-то Кристиан Рравеш решил присмотреть за горничной лично. То ли потому что она слишком долго глазела на его портрет, то ли просто от скуки – чем ещё заняться паладину в ожидании аудиенции Его Величества?
Девчонка снова вела себя как образцовая горничная, и даже лучше. Она не то что не тронула бумаги, она даже и не попыталась прочитать, что написано хотя бы на верхнем листе, и Кристиан уже собирался разорвать связь с зеркалами и портретом, через которые подсматривал, но тут она закатала юбку, и почему-то избалованный женским вниманием лорд остановился. В конце концов, король ведь пока не позвал… а созерцать красивые женские ножки куда приятнее, чем обмениваться неприязненными взглядами с Главным Инквизитором.
За это лорд был вознаграждён… или же наказан, как посмотреть – горничная добросовестно намывала ванну, а он не мог отвести взгляда от подола, колышущегося теперь куда выше уровня колен. И даже чуть не пропустил приглашение на аудиенцию, секретарю Его Величества пришлось повторить.
Что ж, если девчонка здесь с целью влезть к нему в постель и в душу, то первое он готов ей предоставить, второе же… второго, кажется, у него уже давно нет.
Глава 3
– Как тебя зовут?
Вздрогнув, оборачиваюсь. Вот это да! Для метаморфа пропустить приближение паладина – верная смерть и несмываемый позор. И то, что я в человеческой ипостаси, меня не оправдывает, как и то, что тут весь дом пропах магией этого лорда. Всё равно непростительная беспечность.
Злясь на себя, громыхнула кастрюлей об кастрюлю – в наказание за излишнее внимание лорда или же в назидание по этому же поводу, грымза отправила меня на кухню. А что? Уборка так уборка, не всё же в хозяйских покоях прохлаждаться…
Кристиан Рравеш развернул стул и уселся на него верхом, сложив руки на спинке. Видать, надолго…
– Лиза, господин, – сухо сообщила я. Почему-то первым желанием было выпалить совершенно неуместную правду – “Вербера”, пусть и сокращённую до менее приметного “Ирби”. Колдует, лордик, как пить дать колдует. – Чем могу служить?
– Я удивлён, что ты не плакала… Лиза. Когда тебя покусала та собака.
Это ж надо так произнести имя. Как будто бы он слаще слова в своей жизни не слыхал…
– Я никогда не плачу, лорд. – Чистая правда, между прочим. Этим и следовало бы ограничиться, но колдовство лорда толкает меня на излишнюю откровенность. – Плач – это зов на помощь. Тому, кто знает, что помощи не будет, незачем рыдать.
С досадой закусываю губу и с удвоенной силой тру кастрюлю. Из-под толстого слоя пригоревшего жира показывается блестящий кусок. Ну вот. Теперь придётся всё оттирать…
– Трудное детство? – тем временем интересуется лорд, внимательно изучая мою спину.
Я неопределённо пожимаю плечами – вообще-то, к детству у меня нет никаких претензий. Все мои претензии к конкретным людям, и хотела бы я сказать, что эти люди уже закончили или вот-вот закончат свой земной путь, но увы. Не все и не всегда, но я не отчаиваюсь. Придёт и их время…
– Невероятно красивая девушка, которая никогда не плачет, ещё и совершенно не болтлива… – задумчиво тянет Кристиан. – Но ведь идеальных женщин не бывает… Лиза. В чём подвох?
В том, что я – метаморф и твоя погибель, настырный ты лорд! А ещё от твоего, как тебе кажется, ненавязчивого и незаметного колдовства у меня голова болит и настроение портится!
Я всё же удерживаюсь, пусть и не до конца – в тоне явно сквозит недовольство:
– Полагаю, в скверном характере… лорд!
Паладина ни тон, ни сам ответ нисколько не смущают.
– В таком случае, у нас с тобой много общего, Лиза. – Голос лорда – мягчайший бархат. – Поужинай со мной.
На мгновение я испытываю соблазн поиграть в эту игру – потупиться, покраснеть, проблеять что-то про то, что мне ещё надо домыть все эти кастрюли, прополоть пару клумб и выполнить с десяток других поручений… и если я при этом буду убедительно хлопать ресницами и вовремя бросать завлекающие взгляды, то уважаемая госпожа экономка отправится делать всё озвученное самостоятельно, я же – прямиком в покои лорда. А оттуда – в подвалы Инквизиции, потому что первый паладин – это не маг-недоучка, которого можно годами водить за нос… Вот только как отказать и моментально отсюда не вылететь? А вдруг лорд из тех, кто отказа в принципе не приемлет? Как мне от него тогда отделаться? Я посмотрела на кастрюлю – не ею же мне обороняться против чёрного-то мага в его доме? Сковорода была бы сподручнее.
Увы, лорд ждёт и приказ свой забирать не торопится… Надо что-то ответить.
Тяжёлый вздох и “Простите, господин” – всё, что я смогла придумать.
– Не хочешь? – голос лорда всё тот же бархат, но мне мерещится в нём настолько искреннее удивление, что на лицо наползает неуместная ухмылка. Хорошо, что я к нему спиной. Повторяю: