Хозяйка таверны "У Мило" (СИ)

— Готовить умеешь?
— Нет.
— Значит, научим.
Венеанир радостно соскочил на пол:
— Я готов! Хоть прямо сейчас!
— Сейчас не получится, — я посмотрела на чёртика, хлопнувшегося в обморок, едва понял, что беру на работу клыкастого помощником. — Нам сперва Савáна в чувство привести нужно.
  
Глава 39. Помощник
 
Вот так наш с Савáном дуэт превратился в трио после приёма на работу Венечки в качестве помощника. Пока составляли договор о трудоустройстве, я поглядывала на учётную доску в зале, чтобы понять, уйду в минус или нет. Напоила ведь вампирчика свиной кровью, когда исправляла последствия его отчаяния. Выдохнуть смогла, только увидев, как отметка, соответствующая Венечке, исчезла, стоило ему только поставить свою подпись. В конце концов, его же за язык не тянул, когда сказал, что готов работать за еду. Пока всё равно лучше деньги экономить, а дополнительное соглашение всегда составить успеем. У меня в своё время таких накопилась целая пачка к моему трудовому договору, когда в охране работала. То повышение зарплаты, то командировка на другой объект с дополнительными условиями и оплатой, то изменение премиальной части.
  
От обычного ужина в тот вечер Венечка отказался, объяснив, что пока окончательно не восстановится после чеснока, человеческая пища может только навредить. Я всё равно, как ни пыталась, так и не уловила, каким образом вампиры, обитающие в различных мирах, способны не только человеческой кровью питаться, но ещё и размножаться, рождая себе подобных без обращения. Нет, техническая сторона процесса мне была вполне проста и понятна, а вот физиологическая... Сердце не стучит, следовательно, кровь не качается и куда следует не перегоняется. Тело вроде как бы мертво, следовательно, зародиться или выработаться в нём что-то нужное не может. Но поди ж ты... В общем, сломав логику и взорвав собственный мозг, решила плюнуть, окончательно закрыв тему одним простым словом «магия». Кстати, удобно очень: если творится что-то непонятное и при этом совершенно необъяснимое, ссылайся на магию. И нервы целы, и вероятность приближается к девяносто пяти процентам, что не промахнёшься.
Венечка оказался вполне обучаем: схватывал всё на лету, а памятью так и вовсе обладал феноменальной. Вампир же. Я ещё подумала про злопамятность и извинилась на всякий случай, что, во-первых, изначально повела с ним по-хамски, чтобы сразу понял, насколько ему в таверне не рады, а, во-вторых, за интерпретацию имени. Ну, вот язык у меня не поворачивался именовать его полностью. Не вязалось оно как-то с щупленьким и немного забитым юношей. Но вампирчик лишь махнул рукой, что подобной чертой, в отличие от своих соплеменников, не обладает. После такого заявления мы с Савáном не только выдохнули, но и оторвали «Дамоклов меч» нашего общего с ним страха и выкинули нафиг.
Единственное, что держало в напряжении первую неделю пребывания Венечки в таверне, так это так называемая «притирка». В большей степени наше общение сводилось время от времени к невербальному: один показывал рога, второй — клыки, а я — кулак обоим. Молодые, что с них взять, ещё и предубеждений полны. Савáн ждал, что вампирчик сорвётся и решит кого-нибудь порешить, тот — подставы от чёртика в силу натуры, а в итоге срывалась я и гоняла обоих мокрым полотенцем, показывая на живом примере, что бояться здесь стоит только меня. Чаще страдал слуга, чем помощник, потому что обладал фантастической скоростью и способностью мастерски уворачиваться от различных препятствий. Впрочем, пару раз туфлёй всё-таки смогла попасть шустрику промеж лопаток, к огромной радости Савáна. Окончательное примирение произошло после того, как выставила на стол графин со святой водой и пообещала устроить экстремальный и запоминающийся банный день обоим. До конца дней своих не забудут, благо не так уж и много их после этого останется. Мне достаточно только шепнуть Густаву свою просьбу, и он через знакомого инквизитора хоть цистерну опасной для нежити и нечисти водички достать сможет. Про серебряные заговорённые кресты и вовсе молчу — Святая Инквизиция большинства миров попросту облезет от зависти. В общем, мальчики пыхтели и сопели, но руки друг другу пожали. Таверна держала нейтралитет, моя собственная тень знатно обалдевала от происходящего, но угрожающие формы не принимала.
Ставить к плите Венечку я так и не решилась, в связи с тем, что многие блюда содержат чеснок, а снова играть в «вампирского реаниматолога» не горела желанием. Достаточно одного раза, больше на такие ролевые игры в жизни не подпишусь. Зато нашлось очень удачное применение скорости: в нарезке и шинковке помощнику не было равных. Всего-то четыре разрубленные случайно на ровные части доски, и Венечка приноровился не только верно рассчитывать свою силу, но и выдавать в конечном счёте куски нужно толщины и формы. Так что мой новоявленный помощник здорово экономил время на подготовке продуктов, поэтому мне оставалось только подсказывать, что, куда и когда ссыпать, а потом уже самой у плиты контролировать процесс до полной готовности. У нас с Савáном появилось больше возможностей, чтобы обслужить всех желающих достаточно быстро. В общем, прибавляющиеся периодически лишние столы уже не пугали, а расценивались, как источник незапланированного дохода и ещё один маленький шажочек к свободе.
Ещё Венечка помогал разводить по комнатам «наотдыхавшихся» и «накушавшихся» постояльцев. На самом деле, эти посетители не намеревались снимать комнаты для ночлега, но раз не смогли убраться на своих двоих до закрытия за пределы таверны — сами виноваты. Дрыхнущих тел в зале не потерплю. Так что выносливость вампирчика и тут сыграла на руку: порой выносил сразу по два тела, даже не запыхавшись. Ему кого в пару массивного поставить — порядок воцарился бы в таверне идеальный. Жаль, что ни один уважающий себя орк на роль монументального, изредка шелестящего ветками, дерева, не согласится. Позорно. Их дело — война, а не покрывание плесенью в «едальне» на побегушках.
А ведь верно говорят: бойтесь своих желаний. Пришлось убедиться в этом в очередной раз, когда посреди ночи проснулась от леденящего душу плача вперемешку с воем.
  
Глава 40. Грасс
 
Первой мыслью было натянуть подушку на голову и снова кинуться в объятия Морфея, второй, когда попытка не удалась, придушить ту самую собачку Баскервилей, что потревожила мой сон, а банши, если таковая завелась на болотах, переныть, рассказывая, как дико устала, проводя целые дни и вечера на ногах, обслуживая посетителей, да стоя у плиты. В принципе, можно было бы сгустить краски, рассказав, насколько не повезло с единственным мужем, но окончательного самоуничтожения нежити пока не желала. Впрочем, чем больше времени проходило с момента пробуждения, тем меньше нежетилюбия во мне оставалось. Да и несчистилюбия — тоже. Плевать, если местный магический «Гринпис» мне претензию выставит. Пусть сами вначале попробуют отдохнуть в таких условиях после тяжёлого трудового дня. Плач тем временем не только не унимался, но даже усиливался. С мыслью «урою обоих», я вывалилась в коридор, заплетая косу на ходу, и натолкнулась на Савáна и Венечку.
— А вам чего не спится?
— Я книгу читал, когда услышал звуки со стороны болота, — пояснил вампирчик.
— Меня просто разбудили вопли, — широко зевнул Савáн, потирая кулачками заспанные глаза.
— Ну раз всё равно никому покоя нет, значит, пойдём все вместе и упокоим того, кто нам этой ночью осмелился лишить полноценного отдыха. Чтобы другим впредь неповадно было!
— Госпожа Милó, а вы действительно хотите это сделать? — осторожно поинтересовался Венечка.
— А что, есть сомнения? Я уже сейчас готова прикопать негодяев вот этими вот руками! — я продемонстрировала свои пухлые кулаки, подтверждая твёрдость намерений.
— В этом у меня как раз-таки ни малейших сомнений нет, но я имел ввиду прогулку в сторону болот прямо сейчас. Ночь же.
Ответить я не успела, так как Савáн дёрнул Венечку за рукав, показывая, что нужно двигаться на выход: