Звезданутые в саду (СИ)
Тиана мысленно выругалась. Как же это всё не вовремя! Ей бежать нужно! Герман и Кусто где-то страдают! А она будет отбивать какую-то никому не нужную планету! Глупость какая-то!
— План операции прост и обычен. Десант вместе с поддерживающими средствами высаживается на планету. В это время силы флота зачищают космическое пространство. Как только задача будет выполнена, в систему прибудут строители для установки боевых станций охраны. Впрочем, это уже нас не касается. Наша задача — зачистить планету. Действовать будем по стандартной схеме. Сначала обработка основных гнёзд переработчиков из космоса, затем высадка и добивание тех железяк, которым удалось избежать ударов. По сведениям наблюдателей, на планете разумные противники отсутствуют, только автоматика, вам будет выдано летальное оружие. Однако напомню — наблюдатели могут и ошибаться. Вы должны действовать осторожно. Если разумные техники всё-таки обнаружатся, применять летальное запрещено. Нарушители могут быть подвергнуты нейрокоррекции, напоминаю. Кто не хочет лишиться части воспоминаний, или, того хуже, полностью — соблюдайте правила!
На этом инструктаж был закончен, и их распустили на отдых. Ещё сутки они будут в гипере — это время на отдых. До этого десант усиленно тренировался в капсулах — отрабатывал высадку на планету и уничтожение проходческой автоматики технофанатиков, но последние сутки перед боем — это традиционный выходной. «Личному составу рекомендуется читать, просматривать постановки, и заниматься высокодуховным общением» — это цитата из распоряжения командира.
«Вот и пойду им заниматься. Общением, в смысле», — вздохнула Тиана и направилась на склад — к Ирту. Со стариком они после возвращения не виделись, и не потому, что у десантницы совсем не было времени. Просто Тиана немного опасалась. Тогда, перед увольнительной, старик не стал спрашивать её, зачем ей понадобился скафандр, но ведь ему наверняка интересно. Что, если он всё-таки поинтересуется? Несколько дней девушка боялась и не знала, что делать, но сейчас решила со стариком всё-таки встретиться. Некрасиво получится — будто бы она получила, что хотела, и теперь ей старый десантник совсем неинтересен.
— Ого! Давненько я тебя не видел! — старик, вроде бы искренне обрадовался и совсем не был обижен на её долгое отсутствие.
— Целыми днями готовились к высадке! Совсем нас загоняли, — улыбнулась Тиана, и протянула списанный скафандр владельцу. Тот покачал головой.
— Оставь, мало ли, ещё понадобится. Пригодился хоть?
— Очень пригодился, — кивнула Тиана. Она не ждала от старика подвоха, поэтому делать непонимающее лицо и объяснять, что скафандр нужен был только для забавы, не стала. Всё равно эта отговорка была бы шита белыми нитками, и уж точно не обманула бы собеседника. Девушка вдруг подумала, как было бы здорово поделиться с Ирсом своими переживаниями. Хотелось просто дружеского внимания со стороны — оставаться один на один с проблемами слишком утомительно. Конечно, ничего говорить она не стала. Если сейчас ликс на них не обращает внимания, то услышав о нарушениях, обязательно доложит.
— Что думаешь по поводу операции? — спросил старик.
Тиана пожала плечами. Что можно думать, если она участвует в таком впервые?
— Ты же знаешь, Ирс, у меня амнезия после прошлого столкновения с технофанатиками, — выдала она официальную версию. — Для меня это будет впервые. Немного волнуюсь, и надеюсь, что всё пройдёт благополучно.
— Ну и напрасно. Надеяться не нужно, это только мешать будет, — старик вдруг нахмурился, лицо его стало строгим. — Лучше всего ни на что не надеяться и не ждать. Что смотришь, думаешь, из ума выжил старый? — Ирс ухмыльнулся, глядя на её удивление. — Любая операция, любой бой может пойти не по плану. Это выбивает из колеи, даже если симбионт работает хорошо. Из-за этого солдат начинает делать ошибки и умирает. Лучше всего вообще не думать о будущем. Представь, что его нет. Вообще. Всё, что у тебя есть — это тот момент, в котором ты находишься. Будущего нет, прошлого нет, завтра тебя интересует только с точки зрения как до него дожить.
Тиана глубоко задумалась. Игнорировать собственные проблемы, то, что ей нужно срочно найти Кусто и Германа — трудно. Она не сомневалась, что Ирс пха Лим говорит правильные и полезные вещи, вот только как этот совет использовать?
Хорошо, что старик быстро сменил тему. Видно, заметил, что советы впрок не идут. Так что оставшееся время они просто болтали ни о чём и обо всём сразу, так что напряжение перед боем немного отпустило.
Утром их ликс вышел из гипера. Как только это случилось, прозвучала сирена — пора занимать места в спускаемых капсулах.
— Ненавижу десант на планету! — пробурчал Дин, позволяя стенке капсулы обтечь и зафиксировать тело. — Абордаж во стократ лучше! Это ужасное чувство бессилия!
— Отрегулируй симбионта на подавление кортизола и адреналина, а норадреналина добавь! — фыркнула Далил. — Что за недостойный десантника страх!
— Я не боюсь смерти! — угрюмо добавил Дин. — Я боюсь бесполезности и беспомощности. Кому будет лучше, если я сгорю в слоях атмосферы из-за какой-нибудь глупости? Ещё и повлиять никак не могу! Болтаемся в этом семечке, как будто бесплатное дополнение. Почему нельзя добавить органов управления? И экран обзора? Хотя бы видеть, куда мы летим!
«Семечком» десантники называют спускаемую капсулу из-за сходства с семенами растений, которые распространяются под действием ветра. Тиана даже на земле такое видела у растения под названием Тополь. Конечно, киннарское семечко намного совершеннее обычного растения. Во-первых, оно состоит из жаропрочных материалов, которым никак не вредит падение из космоса на планету. Во-вторых, это растение обладает ещё и зачатками ментальной чувствительности. Если совсем просто — интуитивно чувствует опасность, из-за чего довольно успешно может уклоняться от выстрелов, как с поверхности, так и из космоса.
— Мне наше семечко представляется довольно надёжным, — сказала Тиана. — Конечно, я бы тоже предпочла управлять падением самостоятельно, но оно ведь чувствует опасность!
— О да, — хмыкнул Дин. — Видел я, как оно чувствует. И сгоревшие семечки тоже видел.
— Это вовсе не значит, что ты справился бы лучше, — ответила Далил. — Не обращай внимания, Тиана. Это у него просто фобия. После того, как на И-355 весь рой попал под выхлоп вулкана. Оказалось, что там очень нестабильная планета, и такие выбросы — это не редкость, но командование тогда об этом не знало. Восемьдесят процентов десанта тогда попало под удар, температура в эпицентре шлейфа была почти как на звезде. Конечно, они не могли уклониться и сгорели почти все. Дин в том десанте участвовал, а потом ему ещё пришлось жить несколько дней, периодически натыкаясь на останки семян с запёкшимися внутри солдатами. Да его и самого обожгло. С тех пор он боится высадок на планету.
Дин промолчал — видно, действительно чувствовал, что не может побороть фобию.
— А почему тебе не сделали психокоррекцию? — спросила Тиана.
— Потому что это мои воспоминания, — буркнул Дин. — И я хочу их сохранить.
— Он просто никому не сказал, что получил моральную травму, — добавила Далил. — Предпочитает терпеть.
— И что в этом такого? Я же не какой-нибудь конструктор технофанатиков, чтобы можно было одну деталь выкинуть, а другую вставить. Мне все мои части дороги, даже память. Даже такая тяжёлая. Прости, Тиана, не принимай на свой счёт. — Это он вспомнил, что Тиана-то как раз появилась на их корабле после психокоррекции.
— Я не обижаюсь, — мотнула головой девушка. — Мне тоже психокоррекция не кажется хорошей идеей. А почему вы так открыто говорите?
— Ликс тут не слышит, — пояснила Далил. — Скафандры разговоры записывают только во время боя, сама же знаешь. Так что сейчас можно безопасно обсуждать всякие не совсем разрешённые вещи. Иногда этого здорово не хватает. Поэтому я, как раз, люблю десанты на планету.
— Это потому, что мы десантники, — самокритично добавил Дин. У него явно было паршивое настроение, он был готов критиковать всё, что услышит: