Колесо Судьбы (СИ)

Первые смеси не горели, а слабо дымились и безумно воняли. Ватару поглумился над моими безумными идеями и предложил использовать новый порошок вместо благовония в храмах. Отпугивать призраков и духов.
Я взяла его за шкирятник и заставила молоть новую порцию.
Пропорции решили подбирать эмпирическим путем, поэтому мы подготовили около трех десятков пиал с разной концентрацией порошков.
Уголь растерли до состояния пыли, селитру просушили на солнце. Когда исчезли все видимые комочки, я осторожно распределила ингредиенты по пиалам. Ватару пестиком растирал смесь, высыпал на специальный плоский камень посередине поля. И поджигал.
Чаще всего нас ждал маленький дикий огонек, который быстро гас на ветру. Иногда – красивые вспышки, больше дымящие, чем взрывные.
Пропитавшись запахом гари и серы, мы догадались выпарить селитру из местного заменителя соли, полученный порошок утрамбовать в мелкие глиняные горшочки и использовать фитиль. Первое удачное испытание было таким удачным, что несчастный Ватару теперь ходил без бровей, бороды и усов. Фитиль погас в самый последний момент, и мудрец, решивший его запалить, не успел отбежать. Хорошо хоть горшочек был очень маленький, а Ватару успел закрыть глаза. Огонь опалил лицо, осколок поцарапал руки. Так и ослепнуть можно.
Кейджи был окрылен успехом, и поспешил продолжить опыты. Тем более, в ямах поспевала новая порция селитры.
Для промежуточных испытаний подготовили сосуды побольше и помощнее, а фитили подлиннее. Стоил порошок селитры дороже золота. И Кейджи чуть не убил меня при попытке вытянуть денег на покупку. В результате, мы с Ёко, стащили из кухни все запасы местной соли, размером, примерно, с ведро. И теперь ждали паники во дворце и поисков преступника.
Зато порошка хватило на приличную бомбу, показать которую было не стыдно самому императору.
Взрывной волной растрепало императорские одежды и снесло накидку с головы принцессы Рейко, увязавшейся на испытания. Испуганная громким хлопком, принцесса тут же прижалась к Хидэёси Кетсуо. Охранник смущенно приобнял девушку, помог вернуть накидку на место и замер.
Император вопросительно взглянул на сестру. Та отпрянула от охранника императора, быстрей, чем от огня.
Посмотрев на большие красивые взрывы, Фудзивара Даичи сначала привычно нахмурился, но потом оттаял и даже похвалил:
– Кейджи, я не знаю, как она тебя уговаривает на эти странные эксперименты… Хотя знаю, – он воодушевленно посмотрел на брата. – Это очень неожиданно. Должен признать, что это впечатляет!
– Только представь, какая это Сила! – Кейджи гордо улыбнулся. – Теперь мы будем непобедимы! А ты прислушаешься к советам моей наложницы?
– Хвались дальше, – благосклонно кивнул император.
Иэясу пораженно застыл с четками в левой руке.
Демонстрация арбалетов и новых доспехов прошла еще лучше. Широ мог закрытыми глазами попасть в пробегающую мышь. Выстрелы сыпались навалом. Внезапно сержант двинул арбалетом по деревянной перекладине, ломая плечи испытуемого оружия. Демонстративно отвинтил поломанные детали, и привинтил новые, приготовленные заранее. На все ушло меньше минуты. И продолжил стрелять.
Посмотрев на то, как Широ дырявит мишень, я усомнилась, а правильно ли сделала, открыв принцу секрет создания пороха? Не приведет ли это к превращению прекрасной империи Ямато в злобного монстра, желающего поработить весь мир? Почему медицина, образование и наука им не интересны, а бомбы и оружие так привлекают?
А Накадзима Широ все стрелял, и стрелял. Лучший воин Ямато, охраняющий не императора, а его брата. У Кейджи есть все шансы занять место брата. С моей помощью. Он очарователен, легко находит общий язык с людьми. Его любит народ.
Далее последовали восхищенные поздравления. Кейджи преподнес императору в подарок новый арбалет, которым тут же браться принялись пробивать новые доспехи. Раздражение императора улетучилось, явив мальчишку, дорвавшегося до желанной игрушки.
– Замечательно, – удивленно сказал Даичи и повинтил винты. Доспехи крепились на мелких заклепках, что позволяло легко заменить поврежденные детали, но уменьшало крепость самого доспеха. – Нам есть, чем ответить захватчикам! Передадите новое вооружение на границу. Как вовремя ты все это затеял, – Похвалил он Кейджи.
 
Увлеченно обсуждая перспективы битвы с новыми доспехами, братья принялись собирать и разбирать доспехи.
***
Когда в помещение учебных классов вошли император Даичи и Ватару, я расставляла свитки с учебными записями в хронологическом порядке.
Император коротко ответил на мое приветствие, занял центральный столик, развернул два свитка: исписанный и чистый. Ватару принес ему кисточку с тушью.
– Начнем с книгопечатанья, газет, рекламы и новостей, – известил император. – Вы кратко рассказываете, поясняете. Потом согласовываем. Газета и книги не нуждаются в утверждении Сёгуната, будут личной инициативой императорского клана. Затем меня интересуют банки и бумаги…облигации.
Удивительное дело, император внимательно меня выслушал. И даже дал несколько дельных советов. Может быть оттого, что советника с ним не было?
– Вашему народу необходима свобода слова. Может быть, разрешив им вносить свои предложения и объявления в состав нового издания, вы дадите им возможность высказать свое восхищение, – Ватару давно махнул на нас рукой. А я все не могла остановиться и отстаивала возможность торговцев и крестьян подавать в газету объявления бесплатно. Сначала объявления, потом статьи, потом полная свобода слова. Так и до демократии доберемся.
Фудзивара Даичи с таким же энтузиазмом хотел запретить упоминание простолюдинов в печатном издании совсем. Он больше не изображал статую с замашками нарциссизма. Погружаясь в работу, император становился нормальным мужиком.
– Никто из крестьян не воспользуется этим правом. Они даже читать не умеют. Смысл провоцировать князей? Если аристократия узнает, что простолюдины тоже читают… газету, они перестанут ее в руки брать.
– Сделаем несколько разных изданий?
– Ты сначала с первым разберись. Слишком много риса насыпала уже, а варить так и не собралась! – император, нахмурившись, пробежал глазами по спискам расходов.
– Может быть, хотя бы за деньги разрешите им вносить свои объявления? Торговцы смогут предложить свой труд князьям. Крестьяне предложат услуги торговцам. Им может это понравиться.
– Сомневаюсь. Твоя задумка просто будет осмеяна.
– Не было еще случая, чтобы голый что–нибудь потерял. Необязательно на каждом углу кричать о том, что простые люди будут учувствовать в создании печатного издания. Но ведь все деньги у купцов. Знать не станет платить ни за газету, ни за информацию в ней. А вот купцы и крестьяне – будут их покупать. Им интересна жизнь господ…
– Согласен на компромисс: объявления будут, но платные, – через несколько часов споров резюмировал повелитель Ямато. – Можете готовить проект. Начнем выпускать твою газету, – и улыбнулся мне. Без пренебрежения или недоверия. Без надменности или злости. С теплотой и уважением.
Я невольно ответила на улыбку. Поймала взгляд императора и утонула. Пропала в янтарных глазах повелителя Ямато. Азарт победителя, адреналин спора – все смешалось в моей голове, вскипятило кровь, хлынувшую в мозг.
Захотелось сорвать с императора дурацкое кимоно, поцеловать эти упрямые губы, разгладить усталую складку на лбу. Выбросить все чертежи, списки и наколдовать кучу золота, чтобы он, наконец, насытился. Щеки закололо от откровенных картин, вставших перед глазами.
Неожиданная волна страсти к этому мужчине буквально затопила, я зажмурилась и сжала руки в кулаки, вытряхивая невероятные ощущения из головы.
 
–Благодарю за доверие, великий правящий император, – вклинился Ватару в затянувшееся молчание.
Прокашлялась и поклонилась, чувствуя, как плавится пол под моими ногами.
Бросив на меня еще один взгляд, от которого жар стал еще сильнее, властелин Ямато удалился.