Колесо Судьбы (СИ)
Тут же вопрос решался кардинально: белили все лицо ровным слоем. Теперь на белом блюде лежали два глазика и алые точки губ (нос и брови тоже забели, так что их и не видно). Страшная и беспощадная мода.
Поехали мы в паланкине. Девушкам благородных семейств не положено ходить по самостоятельно. резиденция Тоношено располагалась в городе. Дома, находившиеся в императорском саду, принадлежали императору. То есть, наша семья жила на территории клана Фудзивара и домом не владела. Это было обязательное условие для всех служащих во дворце. Тоношено-сан же был личностью самостоятельной, входил в совет сёгунов, и его клан имел отдельный дом. Свой собственный и с огромной территорией.
– Отец Тоношено – глава совета потомственных самураев Ямато, – Кейджи прыгнул в паланкин. Поздоровался, шокировав мою мать и без предисловий начал сливать информацию. Меня заперли дома, поэтому роль информатора выпала ему. – Сам Ичиро–сан – служит руководителем в расследовательном управлении. Отличный мужик. Большое поместье у него. Его сестра – жена моего деда.
– То есть, я тебе стану двоюродной бабушкой, – усмехнулась совсем невесело.
– Ты мне будешь, как сестра! Про Тоношено старшего ходят странные слухи: вроде он, как Хидэёси Сога, собирается уйти в монахи. И совершенно не выносит почитателей Ками. Отец его не любит, слишком правильный. Его место в Сёгунате займет старший сын. Держись, отец жениха заставит выучить все молитвы.
– Что-то мне еще необходимо знать? – засмеялась, припомнив бесконечные эпосы о Будде.
– Его жена – Накадзима Мииоко умерла сразу же после вторых родов. Род Накадзима – лучшие войны в армии. Брат Мииоко сейчас на границе. Говорят, он одним взмахом катаны четверых перерубает!
– Какие прекрасные родственные связи.
– Ты будешь великолепной женой, – улыбнулся Кейджи и выскочил из паланкина. Носильщики крякнули.
Мама замельтещила веером, сбивая краску со щек.
***
В Ямато принято было заключать брачные договоры. Обычно договор содержал имена супругов, размер приданного невесты, предсказания астролога и дату свадьбы.
Я пошла дальше.
Мы с матерью внесли пункты:
– о совместном имуществе,
– о запрете на любовниц/любовников/наложниц/наложников/рабов/рабынь;
– о запрете насилия в семье;
– о правах и обязанностях супругов;
– и т. д.
Отец прочитал договор, выросший в содержании раза в четыре, искренне не понял, почему я против беременности ранее 18 лет и родов чаще, чем один раз в пятилетку.
Дошел до пункта о разделе совместно нажитого имущества, округлил глаза, пожалел моего будущего мужа, засомневался, что такой вообще будет, ужаснулся, что я останусь старой девой и умру в одиночестве…
Но мама накинулась на него с таким рвением, что отец все написанные пункты утвердил и подписал. Даже к астрологу съездил, подкупил его, чтобы тот указал удачными года рождения детей в соответствии с договором.
Не то чтобы я всерьез собиралась замуж за Ичиро. Договор должен был отсрочить свадьбу на несколько лет. Но надо было создать видимость предсвадебного ажиотажа.
Сама я пока не думала о романтических отношениях.
В физиологическом плане меня привлекал Ватару. Но играть в Лолиту и соблазнять тридцатипятилетнего мужчину пока не хотелось. Я не любила наставника, просто Ватару брил бороду, и уже этим выгодно отличался от остальных мужчин моего окружения. Плюс он был умным и не вытирал слюни рукавом кимоно. Мечта, короче, а не мужик.
Тоношено Ичиро носил бородку клинышком. Аккуратным треугольником она свисала до кадыка, сливаясь с тонкими усиками. Сам князь был длинным, худым дядькой. И не скажешь, что ему тридцать лет. Выглядел на все пятьдесят. Сухой и по-змеиному текучий.
Замуж не захотелось еще сильнее.
– Пусть благословит ваш путь Будда, Кён Хотомото. Мы рады принять вас в нашем доме, – Тоношено поклонился моему отцу. Он довольно улыбнулся, заметив мои нервно искусанные губы, и повел всех в просторный зал с несколькими котацу, накрытыми разнообразными деликатесами. Кроме нас за столом присутствовали дети жениха, его отец и брат с женой.
Я удивилась, узнав в дочери жениха Судзумию, свою подругу по учебе. Но теперь стало понятно, как на меня вышел женишок. Осознание, что его дочь всего на год младше меня, развеселило. В теории, я старше этого Тоношено, но ощущала себя маленькой девочкой, сражающейся с древней мумией.
Отец вручил подарки хозяину дома: прекрасную вазу, расписанную голубыми цветами и несколько вышитых вручную одеял. Выбросить жалко было, а тут пригодились.
– Моя дочь польщена вашим предложением. Для нас огромная честь стать частью клана Тоношено, Ичиро-сан, – отец замялся, доставая свиток с договором. Накатала я, а стыдно было ему, – Мы вручаем вам договор нашей невесты. Готовы обсудить все разногласия и ускорить радостное событие.
– Благодарю, – просиял жених, приняв свиток. – Я со всем согласен. Приступим же к трапезе…
– Кхм, вам бы почитать... Моя дочь добавила пару пунктов к традиционному содержанию, – предостерег мой папочка, но Тоношено Ичиро сделал усмиряющей жест рукой, и служанки запорхали вокруг столов. Мы преступили к еде.
Больше всего меня огромная свинья по середине стола впечатлила. Как ее палочками, то есть и не заляпаться? А вот все ели! Руками, пачкая рукава в жиру и подливе! Какой там у Тоношено род? Богатый-богатый, благородный-благородный, воспитанный-воспитанный?
Мне мамка настойчиво рекомендовала есть, дабы показать себя с лучшей стороны. В Ямато хороший аппетит гарантировал хорошее здоровье. А здоровая невеста равна здоровым детям. Я не стала себя сдерживать и урвала поросячью ляжку. Как можно грациознее ее схомячила, омыла руки в тазике с водой и демонстративно поковыряла ногтем в зубе. Я тоже воспитанная-воспитанная, вон все кимоно в пятнах. На вопросы жениха старалась отвечать развернуто, но сухо. Мне надо было заинтересовать жениха, но не отпугнуть. До императора должен дойти слушок о грядущей свадьбе.
Я поела, развлеклась, успокоила отца: визит однозначно удался.
***
Примечание:
Род Тоношено – неспокойное поле;
Ичиру – первый сын;
Тоношено Ичиру – беспокойное новое поле.
Герб – тигр.
8. Дворец в огне
Ждали мы ответа больше двух недель. Пораженные нашей наглостью, старшие клана Тоношено не знали, как поприличнее послать неудавшуюся невесту. А жених, видимо, заинтересовался. Так как, спустя несколько недель посланник передал приглашение на «пересмотр брачного договора, дабы исправить некоторые пункты».
Я была готова к обсуждению, потому что надраконила по максимуму. Торговаться буду долго и со вкусом.
Предвкушая занимательный визит, я выбирала ткань для кимоно. Каждый кусок материи хотелось рассматривать и гладить часами: вышитые вручную цветы и птицы завораживали детализацией и яркостью. Продавец хвался товаром, мама безжалостно сбивала цену.
Сошлись на довольно приличной скидке. Мне было плевать на цвет и фасон будущей одежды. Я взвешивала свои возможности. Если жених согласиться с пунктами договора и свадьба, все-таки, состоится, грозит ли мне это пожизненным заключением в женской половине дома, или же я смогу договориться с потенциальным мужем?
Всю ночь провалялась без сна. Мозг самостоятельно нарисовал картину, где я уже многодетная мать, бешенная и злая от неисчислимого количества отпрысков. Еще страшнее становилось от мысли, что это только часть выживших. В Ямато многие все дети умирали в младенчестве от неизвестных болезней, которые тут называли карой богов. Особенно любила карать богиня Маара – местный аналог ведьмы.
Запах гари и крики людей вывели меня на улицу. Мимо пробегали слуги и носились паланкины.
– Что случилось? – поймала пробегающую мимо служанку.
– Во дворце пожар! – закричала она. Тут то я поняла, что кругом клубится дым и в сумерках видны всполохи огня.