До мазохизма... (СИ)

На улице ловко вырвалась. Потом взглянула недовольно, и пыхтит, как взбесившийся котёнок. Забавная такая.
— Здесь рядом посёлок, заедем туда за сменной одеждой, — смотрю и не могу не улыбаться.
— Угу… — она подняла на меня взгляд и хотела что-то сказать, но прервал телефон.
«Давно Константин не звонил… Обычно он не беспокоит, зная, насколько я не люблю, когда отвлекают, а при наличии информации наберу сам…» — значит, дело срочное.
— Ты не избавился от телефона? Вычислить ведь можно местоположение!
— Т-ш-ш, помолчи… это твой муж…
Маша побледнела, а глаза забегали от страха.
— Всё будет хорошо, — подошёл вплотную, привлекая её к себе, и ответил на звонок…
6.1
Ева-Мария
— Да? — голос Руслана звучит уверенно.
И зачем-то он обхватил мой затылок, заставив смотреть в свои глаза. Этот жест расценила, как «верь мне». А когда прозвучал гневный голос мужа на том конце разговора, я вздрогнула, но рука на моей голове мягко сжалась, не позволяя отстраниться и успокаивая тем самым.
— Слушаю, — говорит Руслан, не отрывает взгляда от меня.
Я тоже прислушалась.
Несмотря на то, что телефон не на громкой связи, каждое слово Кости отчётливо доносилось до ушей. Он сказал: на него вышла полиция ввиду моего исчезновения… Конечно, ведь я внезапно пропала из того кафе, без объяснений и прощаний, а те, с кем работала — подняли шум, обратились в «органы». Ожидаемое развитие событий. Тем более, это было несложно, ведь в рюкзаке остались настоящие документы, по ним полицейские быстро нашли мужа, который поспешил заверить, что его жена находится дома, а паспорт якобы был утерян.
— Проверю информацию и отчитаюсь, — ответил невозмутимо Руслан, его рука переместилась сначала на моё плечо, потом он стал рассматривать мой нательный крестик, вытащив из-под майки.
— Теряешь хватку! Я не понимаю, почему ты до сих пор её не нашёл?! При этом Ева успела засветиться и даже сбежать снова! — заорал Костя, от этого крика у меня по спине холодок пробежал.
— Если она всё ещё там, то никуда не денется, — добавил Руслан, подмигнув мне.
И как будто почувствовал мой страх: обнял за талию, прижимая к своей широкой груди. Я расслабилась. Рядом с ним не страшно, а его насыщенный мужской запах действует успокаивающе, обволакивает, укутывает собой, обещая защиту.
— Сейчас скину все данные. Жду результат! И как можно быстрее! — дал последние указания муж.
— Сделаю, — Руслан отключился. Убрал телефон в карман, не выпуская меня из объятий.
«Такой большой, горячий, надёжный…» — хочу ещё немного так постоять.
— Ну вот, теперь тебя ищет тот парень… официант… — вздохнул он.
— Игорь? — этого не услышала из рассказа Кости.
— М-м, его так зовут? — в голосе прозвучала скрытая угроза, как мне показалось. Уж не намерен ли Руслан разобраться с Игорем?
— С чего ты взял, что он меня ищет?
— Ну а кто такой резвый побежал в полицию? Что у тебя было с ним? — внезапных претензий не ожидала. Как это назвать? Ревность?
— Странный вопрос… Ничего. Я вообще не готова к отношениям, — попыталась оттолкнуть и вырваться — не дал, лишь сильнее сжал в кольце своих рук.
— Хорошо… — Руслан обхватил мой подбородок, чтоб посмотрела на него и не отворачивалась. — Ответь: насколько дорог тебе крестик?
— Очень дорог. Никогда не снимаю его, как крестили — так и ношу. Это память о родителях, — не понимаю, почему спрашивает об этом.
— Придётся снять, — говорит он, а взглядом блуждает по лицу.
— Зачем? — удивилась такому повороту. Что он задумал?
— Для опознания трупа, он будет обгоревшим до неузнаваемости. Константин поверит, когда увидит, ведь тоже не допустит мысль, что ты добровольно рассталась с крестиком.
— Я не могу, — машинально прикоснулась к груди, нащупав единственную ценную вещь, которая у меня осталась. Это нить, связывающая с родителями. Как отказаться?
— Надо, Маша. Другого способа нет. И чем быстрее всё организовать, тем лучше. Будешь свободной, наконец. Ты же слышала разговор. Не хватало только, чтобы твой муж выехал в тот город и сам занялся поисками. Поэтому хочу воспользоваться этим моментом, сработать на опережение. Думал тянуть время, но сейчас уже ясно: действовать нужно быстро.
 
— Пожалуйста, нет… — на глаза выступили слёзы.
— Твои переживания мне понятны, но впереди тебя ждёт новая жизнь…
Как-то странно прозвучали слова «тебя ждёт новая жизнь»… Словно за этим кроется особый смысл или как будто Руслан уже знает, как сложится дальнейшая судьба. Может ли это что-то означать? А если он собрался решать за меня, как жить? И вся его помощь, забота, слова — не что иное, как маска притворства… Одного тирана хватило с лихвой — никогда не забуду, Костя тоже не сразу проявил свою натуру садиста и извращенца. Вдруг сейчас происходит нечто похожее, и клетка всё-таки захлопнется, как только окажусь в чужих краях…
— Отдай крестик, — он положил руку поверх моей, пытаясь расцепить пальцы.
— Сейчас? — я сильнее сжала крестик в ладони, и не смогла сдержать слёзы — они беззвучно потекли по щекам.
— Эта вещь тебе не пригодится в будущем, привыкай к отсутствию, — не менее подозрительно прозвучала фраза.
Не спрашивая больше ничего, Руслан расстегнул цепочку, лишил последнего… Помимо памяти о родителях, крестик был личным оберегом, верой и надеждой в лучшее. Теперь чувствую себя так, будто раздели прилюдно, выставив напоказ…
«Беззащитная и беспомощная…».
Я, молча, села в машину.
Какой толк спорить? И просить тоже бесполезно. Как ни печально это осознавать, но Руслан прав: нужны доказательства моей смерти, а крестик, с которым никогда не расставалась, подходит идеально, ведь мужу хорошо известно, насколько мне дорога эта вещь. Он неоднократно настаивал, чтоб сняла с себя дешёвую безделушку — как говорил, когда ходили на разные мероприятия, где по статусу положено носить бриллианты. Вместо этого подбирала одежду с закрытым декольте.
— Не плачь, — Руслан занял водительское кресло. Потом дотянулся до моей щеки, вытирая слёзы.
— Не трогай… — отвернулась к окну, отмахнувшись от него. Не хочу, чтобы прикасался, хотя каких-то несколько минут назад было приятно находиться в стальных надёжных объятиях.
— Маш, всё наладится, — от его слов легче не становится, ему до конца не понять то, что чувствую. Это моя жизнь стремительно и неизбежно несётся под откос… А впереди ждёт неизвестность.
— Угу… — киваю.
— Поедем без ночлега, будем делать перерывы только на приём пищи и туалет, — переводит тему, чему рада, уж лучше планы обсуждать. — Ты ведь неплохо водишь…
— Предлагаешь менять друг друга: пока один отдыхает или спит, другой — за рулём? — что ж, разумно.
— Да. Нужно выиграть время. Мы должны добраться за пару дней, потом я вернусь в тот город, организую твою «смерть» именно там, и сделаю так, чтобы о тебе все забыли… — звучит зловеще. Он Игоря имеет в виду? Лишь бы парень не пострадал из-за проявленного интереса и инициативы, да просто симпатии ко мне.
— Разве Костя не ждёт срочных новостей от тебя? Я думала, поедем обратно. Или нет?
— Нет, сначала твоя безопасность, не хочу волноваться и дёргаться. Мне спокойнее будет, если ты останешься у моих родителей, а я займусь остальным. Константину завтра позвоню, расскажу, как было, что ты, действительно, жила целый месяц и работала в кафе — это ведь правда, но опять подалась в бега, испугавшись. Перепроверять он не станет. Ну, и финалом всего будет предоставленный обезображенный труп.
«С моим крестиком…» — добавила мысленно, испытав щемящую боль в груди. Причём, с ним похоронят кого-то…
— Дело одной недели — не больше. И ты на свободе, — Руслан улыбнулся, бегло посмотрев на меня.
— Где же ты возьмёшь..? ну… труп… — как представлю, жутко становится.
— Не забивай голову, — он тут же обрезал на корню попытку выведать подробности.
— Как скажешь, — машинально ответила, как если бы разговаривала с мужем сейчас.