До мазохизма... (СИ)

— Да? — ответил.
И такое мерзкое ощущение подкатило, как будто кто-то невидимый схватил за горло и душит — то самое предчувствие…
— Салам, Рус, — голос у него звучит невнятно. Опять пьян?
— Салам, — говорю уверенно и спокойно, хотя внутри такая буря развернулась.
— Знаешь… — протяжно промычал. — Приехал, а тебя след простыл и никто о тебе ничего не слышал… не видел… Как так? Ты где, дружище? — с сарказмом сказал.
«Всё ясно без дополнительных уточнений… он всё-таки решил сам заняться поисками жены» — я не успел…
15.1
Ева-Мария
— Почему со мной никто не разговаривает, кроме вас? — взглянула на маму Руслана, и пока мы на летней кухне одни — решила спросить обо всём интересующем.
Что происходит? Словно я не существую, пустое место… И ладно если бы только мужчины игнорировали… Жёны Мансура и Умара так же демонстративно не замечают, а стоит появиться среди них — резко замолкают, даже их дети смотрят на меня, как на экспонат кунсткамеры, диковинное животное или инопланетянку…
«Я настолько всем противна?» — в чём причина такого отношения? Да, возможно, оскорбила своим неподобающим видом, когда выбежала из дома в одном лёгком сарафане, с распущенными волосами… Но неужели нельзя понять? Я же не знаю, как нужно, а как ни в коем случае. Это они привыкли жить удалённо от города, где помимо религиозных канонов ещё соблюдают законы «гор».
Единственная, кто помогает — это Амина, а ведь эта женщина когда-то сама столкнулась с чуждой для неё культурой.
— Не переживай, — она дотянулась до моей руки и мягко сжала пальцы, — со временем освоишься, это несложно, поверь мне, весь свой опыт передам. Ну, а вечером проведём обряд «развязывания языка», ужин тоже ты подашь, уважишь мужчин — им будет приятно.
— Развязывание языка? Что это значит? — без преувеличения, такое ощущение, будто попала в другой мир, параллельную реальность.
Амина улыбнулась и продолжила объяснять:
— Согласно традициям молодая сноха не может говорить с родственниками мужского пола без особого обычая. На второй день после свадьбы невестка должна подать воды свёкру и братьям мужа, пожелать им здоровья, взамен ей дают подарки. Только потом она может с ними общаться. Раньше правила были ещё строже: новоиспечённая жена не могла начинать разговор первой, зато, если к ней обращаются — обязана отвечать, а так же терпеть все претензии, молча выслушивать нападки, не вступать в спор и не ругаться.
— Но ведь я… — «не жена» — добавила мысленно.
— Жена! — перебила Амина, ей явно не понравилось, что я хотела возразить по этому пункту. — Если сын назвал тебя женой — значит, жена, вникать в подробности не хочу. В жизни всякое случается и если двое нашли друг друга, неважно при каких обстоятельствах, то так тому и быть, а пожениться недолго. Вот вернётся и поженитесь.
— Вы думаете, я ушла от мужа из-за Руслана? — причём сбежала с ним, а не самостоятельно это сделала — в её словах услышала именно такой подтекст.
— Хоть бы и так, не моё дело. Главное — сын любит, наконец, счастлив, и теперь будет жить дома, остальное меня не волнует. Да я благодарить должна тебя за то, что ты вернула его в семью, — она поднялась из-за стола, подошла к раковине, чтоб помыть овощи.
— Руслан рассказал вам правду: муж измывался надо мной три года, я потеряла ребёнка — это стало последней каплей, поэтому сбежала… он отправился на поиски… Дальше вы знаете, — а вот это уже неудобно обсуждать, насколько быстро между нами завязались отношения. Наверняка меня считают легкомысленной…
— Мой сын никогда тебя не обидит, не сомневайся, — Амина поставила на стол миску с овощами, потом протянула нож и разделочную доску. — Давай-ка, быстренько порежь. Нужно поторопиться с ужином.
Я рада помочь и быть полезной.
Вопросов по-прежнему много. Но если с мужчинами всё относительно ясно, то…
— А почему Салима и Маржан делают вид, что меня нет? — женщины не рады моему появлению — это чувствуется и проявляется буквально во всём. И, как минимум, странно: на их мужей не претендую, а они ведут себя так, будто уже покусилась на чужое.
 
— Не обращай внимания… так, пустые разговоры… — махнула рукой.
— О чём вы? — не понравилась мне её реакция.
— Уверена, что хочешь знать?
— Да, — я напряглась.
— Салима давно предлагает в жёны Руслану свою двоюродную сестру, и своим появлением ты испортила её планы, ну а Маржан… — Амина вздохнула, недовольно цокая языком. — Глупая ведомая девчонка просто за компанию со старшей невесткой игнорирует тебя… тоже мне, самые умные нашлись…
— Вот как… — тогда понятно. Я поникла. Крайне неприятно думать, что моего мужчину хотят женить на другой женщине, а меня считают недостойной неподходящей кандидатурой.
«Но это решать не им!».
— И если что, старшая теперь ты, — произнесла она, а заметив моё настроение, добавила: — Маша, да не бери в голову, я ничего никому не рассказывала о гениальной идее Салимы, зная заранее мнение сына. Стараюсь не беспокоить мужа по ерунде… кстати, об этом…
Амина поймала мой заинтересованный взгляд и, убедившись, что внимательно слушаю, продолжила:
— К главе семейства у нас непринято обращаться напрямую, это правило для всех, даже после «развязывания языка» — это позволяет тебе лишь говорить с ним, когда он сам спросит о чем-либо, но не более. И если что-то потребуется, то скажи, а я сама поговорю с ним. Так заведено, для поддержания авторитета — его решения комментариям и обсуждению не подлежат. Опять же, через меня он может давать указания остальным членам семьи.
— Ясно, — сколько всего запомнить нужно…
«Быстрей бы вернулся Руслан» — мысли о нём теперь не покидают. Как он? Сегодня ещё не звонил… А дёргать всякий раз его маму, просить телефон, только потому, что мне срочно приспичило его услышать, неудобно. Поэтому приходится терпеливо ждать.
— По имени мы тоже не зовём Али, — она улыбнулась. — У него есть домашнее прозвище, и если он захочет, то сам попросит тебя обращаться к нему именно так, что будет означать — принял окончательно.
«Иными словами: сейчас я для него никто» — хотя чему удивляюсь, по факту — так и есть. Кто я? — любовница старшего сына. Сомнительный статус…
— Прозвище? — речь о чём-то хорошем, судя по нежной интонации её голоса.
— Ласковое обращение. Пока не озвучиваю, муж будет недоволен моей излишней болтливостью. И мы с тобой уже не успеваем… Поторопись, Маша.
— Конечно…
Я принялась нарезать овощи, зелень и прочее…
За работой не сразу обратила внимание, когда появился Мансур. Он стоял, привалившись плечом к стене дома, и смотрел как-то странно, пытливо что ли, въедливо, пристально изучая… этот взгляд мне совсем не понравился…
15.2
Руслан
…Мне удалось усыпить бдительность Константина, убедить его в том, что я усиленно занимаюсь поисками, и поэтому не нахожусь в том городе, где Маша успела наследить больше всего, ведь по факту там уже ловить нечего, она не вернётся туда — о чём ему так и сказал «какой смысл терять время».
Не забыл упомянуть о своих ребятах, которых чуть ранее тоже отправил в разные места: по ложному следу, разумеется, для поддержания «легенды» и видимости работы. Как тут усомниться, когда процесс «кипит» на полную мощность, и можно всегда позвонить любому из моей команды, услышав то же самое.
И главное — пока мне доверяют, этим нужно пользоваться.
«Надеюсь, он дождётся и не станет предпринимать никаких действий» — это волнует больше всего. Своим вмешательством может испортить все планы. Тогда сложно будет предугадать развитие событий. Но сейчас рано говорить об этом…
Более того, пока я ехал на встречу с «муженьком», по пути пересёкся с человеком, специально присланным Кириллом. Передал ему нательный крестик и получил первые новости: найден подходящий неопознанный труп девушки, примерно недельной «свежести» — внешние параметры один в один.
Дело пошло, набирая обороты…
…Я нашёл Константина в том самом кафе, где работала Маша. Манит его сюда…