До мазохизма... (СИ)
«Слишком долго думаешь…» — сказал сам себе.
И наконец, собравшись с силами, решил попробовать искусственную вентиляцию лёгких, тем более, перед тем как потерять сознание, она судорожно хватала воздух ртом, как будто задыхается… Значит, должно помочь, хуже точно не будет.
Но для начала опять похлопал по лицу — и ничего, реакции не последовало… А когда заметил, как кожные покровы резко бледнеют, испытал небывалый страх за любимую девушку. Такое противное ощущение накатило, словно кто-то невидимый держит меня за горло, сжимая ледяными пальцами…
«Нет, нет, нет…».
— Маша!
Склонившись над ней, плотно прижался губами к её приоткрытым губам и выдохнул мощный поток из своих лёгких, дополнительно нажимая на щёки и придерживая аккуратно затылок. И убедившись, что грудная клетка поднимается, а я всё делаю правильно, продолжил интенсивно вдыхать…
— Очнись, девочка моя… — разорвал рубашку вместе с майкой одним ловким движением, обнажая её грудь — мне важно видеть, приносят ли мои действия результат. Хотя, не скрою на несколько секунд «завис», разглядывая округлые полные холмики, красивой формы, с маленькими розовыми сосками на вершинах — манящие, соблазнительные, так и хочется прикоснуться…
«Что же ты творишь…» — дав себе мысленный подзатыльник — не отвлекаться, приступил к непрямому массажу сердца, совмещая с искусственным дыханием. Только всё равно не могу отделаться от мыслей, будто целую, и пусть так, но имею возможность узнать вкус чувственных губ…
Она закашлялась после очередной порции воздуха и ритмичных надавливаний на грудь. Потом непонимающе посмотрела.
— Машенька… как же ты меня напугала… — выдохнув облегчённо, прижался лбом к её лбу. А взглянув на неё вновь, всё-таки не удержался от искушения, поцеловав щёчки, на которых моментально выступил румянец — что радует.
— А что случилось..? — пока она находится в растерянности, не пытается оттолкнуть.
— Ты потеряла сознание, — поясняю. И мысленно твержу, что нужно заканчивать соблазняться и лучше самому убрать руки, но не в состоянии оторваться от нежной бархатной кожи.
— Припоминаю… — она оглядела себя, и, заметив обнажённую грудь, испуганно дёрнулась. — Ты… ты…
— Это не то чем кажется… — мои слова, конечно, вряд ли успокоят, несмотря на серьёзное оправдание — хотел помочь. Надеюсь, поймёт, когда выслушает.
— Не трогай меня! — Маша прикрылась рваными краями рубашки, резко отстранилась, отсела к двери и с опаской взглянула, сжавшись в маленький комочек.
— Тише-тише, не трогаю, — сам сел на противоположный край заднего сидения.
— Что ты делал со мной? — голос дрожит, когда спрашивает, а для меня это как ножом по сердцу — видеть её страх. Снова становлюсь на один шаг дальше, ведь такими темпами не скоро к себе подпустит.
— У тебя больное сердце? Астма? Что? — вместо ответа, решил выяснить причины внезапного обморока. Не слышал, чтобы у неё были какие-то проблемы со здоровьем.
Она отрицательно помотала головой, пожимая плечами.
И тут меня неожиданно осенило… всё-таки официальный муж имелся…
— Ты беременна? — а ведь это может быть правдой. Такие мысли раньше не посещали.
— Нет, — Маша поникла от моего вопроса, опустив голову.
— Уверена? — себе тоже задаю вопрос: готов ли я воспитывать чужого ребёнка, если беременность подтвердится? Ответ созрел мгновенно: «мне не нужны дети от другого мужчины, тем более Константина».
— Да, уверена, я не могу больше… — она отвернулась к окну.
— В смысле? — не сразу сообразил, к чему клонит.
— Бесплодна…
— Подожди, ты же была… — не стал произносить слова «беременна», очевидно — это болезненная тема, как для любой женщины, потерявшей ребёнка.
— После выкидыша не могу иметь детей — осложнения возникли… Врачи так сказали, — кажется, Маша беззвучно плачет, судя по вздрагивающим хрупким плечикам.
И слёзы — моя вина.
«Какой же болван… сковырнул незаживающую рану…» — очередная ошибка.
— Прости, не знал, — обнять бы её и пожалеть, пообещать, что всё будет хорошо, и если захочет, то обязательно станет матерью, но это не в моих силах… А ещё она просила не трогать её…
— Хоть чего-то ты не знаешь, — вздохнула судорожно, в этом жесте тоже ощущается не проходящая боль.
— А это точно? — с надеждой и одновременно грустью интересуюсь.
— Тебе, не всё ли равно? — обернулась на меня, вытерев с лица текущую солёную влагу.
«Нет, не всё равно, ведь мечтаю о совместных детях» — и снова себя спрашиваю: готов ли я к тому, что никогда не увижу своё продолжение? Здесь сомнений не возникло: главное — любимая женщина рядом, остальное — не имеет значения.
«На всё воля Аллаха».
— Если есть шанс, нужно его использовать… — пусть лишь скажет, покажу её высококлассным специалистам.
— Шанс есть: забеременеть с помощью ЭКО, только никаких гарантий, я могу не выносить… Первый год доктора предостерегали даже думать об этом, сейчас мой организм с точки зрения женского здоровья ослаблен. Что будет дальше — жизнь покажет.
— Надо пробовать, не сдаваться, — подсаживаюсь чуть ближе.
— Руслан, да о чём ты? Мне странно обсуждать такие вещи с тобой, это никого не касается.
«А вот тут ты не права, моя девочка: касается, ещё как касается…».
8.1
Ева-Мария
— Держи… — Руслан снял с себя футболку, протянув мне. — Надень пока эту, чистой одежды всё равно больше нет, либо переоденься в новое, если хочешь…
— Спасибо, — я взяла предложенную вещь, не забывая придерживать рваные края рубашки, прикрывая грудь.
«А ведь он успел не только разглядеть, но и потрогать…» — думать об этом неприятно.
— Я не пытался тебя изнасиловать, если ты вдруг так решила, — конечно, заметил мою реакцию, и будто прочитал мысли. — Делал искусственное дыхание и непрямой массаж сердца. Прости, что напугал… опять… — с этими словами вышел из машины, оставляя в одиночестве.
Честно, не знаю, почему потеряла сознание и как назвать произошедшее…
Такой мощный поток эмоций обрушился, с чем не смогла справиться — подобное со мной впервые. Я буквально ощущала сумасшедшую энергетику Руслана, которая окружила огненным смерчем, захватывая в свою власть — в центр разрушительной силы. Это что-то из области мистики, запредельного, фантастического и нереального…
Разве это возможно? Не предполагала, что так бывает, и, уж тем более, не рассчитывала испытать. Он странно влияет на меня, рядом с ним чувства обостряются настолько, что теряю себя и больше не принадлежу, не в состоянии контролировать… Как будто против воли кто-то свыше настроил на одну волну с этим мужчиной.
Что со мной?
«Нервное перенапряжение, стресс, запоздалая реакция организма на случившиеся события…» — других вариантов не вижу. Я всё-таки не железная, когда-нибудь должно было «прорвать», а всё копившееся долгое время выплеснуться наружу…
Да, именно так. И не надо придумывать то, чего нет.
Переодевшись в футболку Руслана, почувствовала не только тепло его могучего тела, но и насыщенный, мускусный запах вперемешку с терпким, древесным ароматом парфюма…
— М-м-м… — прикрыла глаза от удовольствия.
Глупо отрицать, что мне нравится, как он пахнет, а та защита, которую даёт — это что-то невероятное… Хотя наравне с этим стыжусь своих ощущений. Так не должно быть. Не готова я к переменам, но именно это происходит: жизнь стремительно и неизбежно несётся навстречу чему-то неизведанному…
И вроде надеюсь на лучшее, веру не потеряла, а сомнения, основанные на страхах оказаться снова в аду, не покидают, вливая в мысли очередную порцию яда, отравляя и терзая…
«Где бы набраться сил?» — не знаю.
Всё, в чём нуждаюсь — душевное спокойствие, стабильность, никуда не бежать, не прятаться, и главное — не бояться. Тогда, возможно, смогу открыться новым отношениям. А будет ли им мой спаситель? Сейчас сказать сложно. Очевидно, он рассчитывает на это… Но пока не стану забивать голову и ещё больше накручивать себя.