Ника, Эрн и осколки кружев (СИ)

Моника не сразу поняла, что происходит, лишь увидела, как наёмник достаёт из-за пазухи ту самую сеть, которую показывал ей накануне, аккуратно цепляет её за углы и меняет походку. Дыхание Кайдо выровнялось, ноги встали в нужную позицию, а сам мужчина начал растворятся в воздухе, хотя Ника ещё видела его смазанный силуэт. Так вот как выглядит теневой шаг в действии! Следующее, что успела заметить девушка, это фигуру незнакомца, вынырнувшую из-за угла и направившуюся к ней. Сглотнув, Моника попыталась повторить поступь наставника, но сбилась с шага.
— Что же вы так спешите, инорина? — спросил незнакомец, приблизившись и оглядевшись вокруг. — В таком районе опасно гулять по ночам в одиночестве.
— А кто вам сказал, что я одна, инор? — Ника надеялась, что Кайдо не позволит мужчине причинить ей вред. — Или что не смогу за себя постоять?
— Спутника вашего поблизости не видно, а вы даже не маг, — презрительно скривился перевёртыш.
— Я бизар и член Лиги Трилистника, — заявила Ника, убеждаясь, что стоящий перед ней мужчина именно перевёртыш: такое же холеное лицо, как у представителя департамента, дорогие одежда и украшения, даже волосы уложены магом-парикмахером — уж в этом Моника разбиралась.
— Все бизары обладают хоть каким-то резервом, кроме тех, кто не рождён от перевёртыша напрямую, а явился в мир из-за магического сбоя — те даже хуже, чем пустышки, лишняя трата ресурсов, — незнакомец расхохотался, когда заметил, как Ника пытается открепить фибулу от рубашки, чтобы приколоть её к плащу, — прав был Кайдо, надо было сразу застёжку на видное место крепить. — Ваша безделица меня не трогает, можете не стараться. В Саранте никто не считается с этой вашей Лигой.
— Вас послал Тилио Партано? — спросила Ника, оставив в покое фибулу и встав ровно. Не дело это, показывать слабость перед одним из падальщиков, а иначе назвать этот тип людей Моника не могла.
— Кто меня послал, тебя не касается, — вся напускная вежливость слетела с перевёртыша, он замахнулся и попытался ударить Нику, но она инстинктивно отшатнулась. — Ты пойдёшь со мной!
— Это вряд ли, — прозвучал голос Кайдо совсем рядом в тот самый момент, когда перевёртыш сложил пальцы в одну из боевых фигур — «парализующий взрыв». Похоже, на перевёртышей и магов у них в услужении запрет на магию не действует. Что и говорить, равенство и справедливость здесь всего лишь слова. — И, кстати, зря в Саранте перестали считаться с Лигой, — наёмник до сих пор не был виден, но зато стали видны стеклянные бусины, вплетённые в сеть, когда та накрыла перевёртыша. — Похоже, давно никто из наших здесь шороха не наводил. Ничего, скоро мы это исправим.
Лезвие кинжала блеснуло в свете луны, и Моника порадовалась, что не видит в темноте, как растекается кровь по брусчатке и как закатываются глаза убитого перевёртыша. Девушка не стала спрашивать у Кайдо, так ли необходимо было это убийство, она просто сделала вид, будто ничего этого не было, будто она не стала свидетелем окончания жизни ещё одного человека. Отвернуться Ника не решилась, смотрела, как наставник сматывает сеть, на которую не попало ни капли крови, и как он вытирает кинжал об одежду оставшегося неизвестным мужчины.
— Молодец, отвлекла болтовнёй, не стала лицо кривить и даже в обморок не упала — хороший признак, хороший выбор ученика, — крякнул Кайдо, ухватил девушку за локоть и повлёк за собой. — Когда-нибудь ты станешь мастером, Моника Гордиан. А теперь бежим.
Ника не стала спорить, молча последовала за наставником, который бежал так, словно за ним мунды гонятся. Девушке не хватало дыхания, она едва поспевала за наёмником, который был и тренированнее и быстрее её. Только бы не пришлось до самого утра бегать по этим переулкам — подумала она, когда Кайдо в очередной раз куда-то свернул. К счастью, мужчина будто услышал её мысли, резко дёрнул её на себя и рывком распахнул ближайшую дверь, уронив их обоих на пол. Дверь медленно закрылась, не скрипнув, а наёмник выпустил наконец Монику и откатился в сторону, жадно хватая воздух.
 
— Это что сейчас было? — спросила девушка, усаживаясь на жёстком полу и обхватывая руками колени.
— Погоди ты, дай отдышаться, — отмахнулся от неё Кайдо. И только теперь Ника поняла, что на стенах горят светильники, которые зажглись будто бы сами собой, при этом совершенно не походили на привычные магические светильники, как и на лампады с жидкой горнянкой.
— А нас не найдут здесь? — усомнилась девушка, покосившись на дверь, которая на первый взгляд не казалась такой уж надёжной и крепкой.
— Все тайные места Трилистник артефактами закрывает, — ответил Кайдо, встал с пола и поманил за собой Нику. — Внутрь прошла и всё, нет тебя ни для кого.
— Как интересно… — пробормотала Моника, шагнув за наставником в смежную комнату, которая оказалась довольно просторной гостиной с длинным столом и несколькими лавками посередине. Вдоль правой стены размещались полки с кухонной утварью, напротив — камин с самодельной плитой поверх очага. Напротив входа виднелась дверь в другую комнату.
— Лига была создана для борьбы с магами и перевёртышами, перешедшими черту. Не удивительно, что мы от них прятаться научились, — наёмник прошёл вдоль стола и лавок, открыл дверь и махнул девушке, чтобы она поторопилась.
— «Никакой магии — только упорство, сила и ловкость», — повторила Ника девиз Таккедо Стенели. Что бы там Кайдо ни думал, а она не станет безжалостным убийцей, не будет убивать с такой же хладнокровностью. Пусть она не успела запомнить лицо того перевёртыша, но его смерть она не забудет.
— Да, старый хрыч не забыл заветы Лиги, хоть и покинул нас много лет назад,— –Кайдо зевнул, встав посреди общей спальни с узкими кроватями, и сел на ближайшую к двери койку.
— Ты что спать собрался? — уточнила Моника у мужчины, который откинулся спиной на жёсткую постель и заложил руки за голову.
— А ты что предлагаешь? Третьи сутки на ногах, так и свалиться можно в не подходящий момент, — он покрутил головой, разминая шею и укладываясь удобнее. — Урок четвёртый: крепко спи, когда враги далеко, а когда близко — спи вполглаза.
— Да я вроде как перехотела уже, — пробормотала Ника, посмотрела на скудные постельные принадлежности — тонкий тюфяк и скатанную валиком подушку, затем заметила ещё одну дверь. — А там что?
— Оружейная комната, схрон в смысле, — мужчина смежил веки. — Спи давай, пока у бока кинжал не остр.
Девушка кивнула в пустоту, зная, что Кайдо этого даже не увидит, и вдруг замерла, вглядываясь в его черты. Шрам, уродующий мужчину, начал растворяться, пока не исчез окончательно — даже тонкой полоски не осталось. Странное изменение в его внешности обеспокоило Нику, которая, как ни странно, успела привязаться к угрюмому наставнику и к его уверенности в том, что всё пройдёт так, как он задумал. Эти мысли напомнили Монике о брате и женихе, которых она оставила сегодня, сделав то единственное, что подсказывало сердце. И сейчас её сердце разрывалось от боли и тоски.
Оказавшись в безопасном месте, девушка вдруг поняла, что ей так не хватало этой передышки, чтобы собрать воедино мысли и желания, обдумать случившееся за последнюю неделю и решить, что делать дальше. Она прошла в конец комнаты, легла на жёсткую постель, взяла в руки подушку, которая больше подходила для того, чтобы наставить синяков, чем для комфортного отдыха, и прижала её к себе.
В голове Ники проносились воспоминания её короткого путешествия по Рилантии: перемещение через портал, исчезновение Эрнарда, арест в местной жандармерии и побег, странностей в котором было ничуть не меньше, чем в предыдущих событиях. Замок она открыла взмахом руки и крепким словцом, а вот дальше… подпольный дуэльный клуб, поединок и шпага в плече, горящее на нежной коже клеймо, появление Динстона и Арнана.
Моника поняла, что подушка намокла от слёз, которые не спрашивая хозяйку полились из глаз. Безумный танец у шатров бродячих артистов, кинжал Кайдо и умирающий на её руках Арнан. Всхлипнув, девушка прижала подушку к лицу ещё сильнее, чтобы Кайдо не услышал, как она рыдает, словно маленькая девочка над ушибленной коленкой. Тот магический выброс она даже не заметила, просто подхватила потоки магии, витающие в воздухе, и направила на исцеление Арнана. А теперь оказывается, такой выброс должен был уничтожить Нику или свести с ума.