Путь Ками (СИ)

– Ты меня едва ли помнишь, – заметил игрок. – А вот твой брат наверняка узнает, – с этими словами он сдернул с головы капюшон накидки.
На плечо игрока упала тугая светло-русая коса – это оказалась девушка. Тут же открылось и имя: Шепилова Светлана. 
Та самая Шепилова Светлана, что пыталась добить нас с Викой из арбалета у ворот храма Ацута-дзингу (и наверняка добила бы, не подоспей вовремя Маша). Сестра Яшки-Яхико, втершегося ко мне в доверие перед Собором ками и взломавшего архив, а после сбившего мне аватар у Святилища. 
  
В общем, мягко говоря, не самая желанная персона за моим столом! 
– Что тебе тут нужно? – угрюмо спросил я.
– Просто хотела поблагодарить, – невозмутимо улыбнулась мне незваная гостья. – За Ивасаки. Ведь это же ты его убила? – повернулась она к Вике. 
Сестрица коротко кивнула. 
– Чем весьма обязала нас с братом, – продолжила Шепилова, снова обращаясь ко мне. – Охота на нас прекратилась – можно спокойно играть.
– Ну да, и у Ауцта-дзингу вы нас уже чуть не отблагодарили, – едко заметил я.
– Тогда мы еще не знали, что Ивасаки мертв, – развела руками Светлана, – и пытались любым способом заполучить меч Муракумо-но Цуруги. Это казалось нам единственной надеждой.
– А теперь меч вам больше не нужен? – спросила Вика.
– Теперь он для нас недоступен – тебе ли этого не знать. А вот за Яшму мы еще поборемся – имеем право… Берите умэсю, не стесняйтесь – это от души, – указала Шепилова жестом на заставленный поднос перед собой.
– Не трогай! – коротко бросил я Вике, уже потянувшейся было к бокалу. – Бойся данайцев, дары приносящих! 
– Данайцы – это кто? – недопоняла сестрица, но руку от подноса скоренько убрала.
– Это мы, очевидно, – отвлекшись на Светлану, я прозевал появление рядом Яшки – непростительная беспечность! Подхватив подушечку со свободного места через проход, паренек-ками небрежно бросил ее на пол между мной и своей сестрой, без приглашения подсел к нам пятым и взял один из бокалов с умэсю. – Прости за архив, – отсалютовал он мне тут же напитком. – И за ту атаку у Святилища. Светка правду говорит: тогда мы еще были не в курсе, что Ивасаки – все. И честно: мы очень благодарны. Так что это ни разу не троянский конь, – кивнул он на оставшиеся на подносе бокалы. – Да и всяко не может им быть: ограничения на причинение вреда здесь очень строгие. Замысли мы что-то нехорошее – только сами бы и пострадали. Так что угощайтесь смело.
– По сути, он прав, – прикинув что-то в уме, проговорила Наката. – Не знаю, что там между вами произошло раньше, но в этой Зоне навредить друг другу вы не способны при всем желании. 
– Ага! – с энтузиазмом подхватил Яшка. – Тут у них прям концлагерь какой-то: шаг вправо, шаг влево – пожалуйте на вылет! Просто до абсурда доходит! Вот, буквально минуты три назад было. Никого не трогаю, смотрю себе сквозь сокрытое и вижу: среди игроков замаскированная непись! И понимаю, что даже рассказать об этом никому не могу – ну, кроме Светки, она не в счет: выдам – причиню вред… Представляешь? – подмигнул он почему-то Миюки.
Та лишь равнодушно пожала плечами.
– Пустота с ними, с неписями – пить-то это можно, получается? – неуверенно показала глазами на умэсю Вика.
– Можно, – кивнула Наката, сама беря с подноса напиток.
– Я бы все же не… – начал было я, но Вика уже тоже схватила бокал. – А, делайте, что хотите! – оставалось только махнуть рукой. Изъянов в логике Миюки я не видел – судя по всему, никакой угрозы угощение в себе не таило. Если Яшка с сестрой и замышляли недоброе – а поверить, что они, и правда, всего лишь хотят отблагодарить нас за избавление от Ивасаки, было бы, пожалуй, верхом наивности – ставку Шепиловы явно делали не на то, чтобы отравить нас паленым умэсю.
Рассудив так, я тоже взял себе напиток. Последний, пятый бокал подняла Светлана.
– За победу пить, наверное, не станем – она здесь одна и на всех не делится, – обведя остальных глазами, проговорила Шепилова. – Поэтому предлагаю тост за удачу – она понадобится каждому, но у каждого будет своя!
– За удачу! – эхом повторил за сестрой Яшка. – И еще раз спасибо за Ивасаки! – кивнул он уже моей сестрице.
– Всегда пожалуйста! – с довольным видом откликнулась девочка.
Шепиловы и Вика со звоном сдвинули свои бокалы. Промедлив (Наката – лишь самую малость, я – подчеркнуто дольше), присоединились к ним и мы двое. 
– Уф-ф, бодрит! – провозгласил Яшка, сделав несколько жадных глотков. – А ты, я смотрю, лишь пригубила? – спросил он вдруг у Миюки – та и в самом деле отставила напиток, едва к нему притронувшись.
– Тебе не кажется, что это уже на грани? – сдвинула брови Наката – должно быть, сочтя вопрос паренька невежливым.
– Ты права, – не стал спорить Яшка. – Прости. 
– Лучше расскажи, чем вы двое так огорчили ками Скалистого Мыса, – предложила ему Миюки. – Даже я слышала о награде, назначенной за ваши головы Ивасаки.
– Да я уже рассказывал, вот ему, – кивнул на меня Яшка. – Ни словом не соврал по этой части! Ивасаки держал возле себя только игроков. Ну а я, так уж вышло, заделался ками. Как – это долгая история, о ней как-нибудь в другой раз, а то никакого умэсю не хватит… Не подумал я, короче, что наделал. А когда дошло, что в качестве ками босс меня не потерпит, было уже поздно. Вот мы и сбежали. Ну а Ивасаки обиделся, естественно – отсюда вся эта чертова история с наградой.
– А до этого, получается, вас в клане все устраивало? – уточнила Наката.
– А что там могло не устраивать? – будто бы даже с сожалением пожал плечами Яшка. – Клан большой, босс крутой – что еще надо для комфортной игры?
– А как же Перезагрузка? – подала голос Вика. – Вы же ее, как могли, приближали?
– А что Перезагрузка? – непонимающе развел руками паренек.
– Ну, конец света, все дела… – кажется, даже слегка растерялась от такого ответа моя сестрица.
– Можно подумать, этот мир заслуживает чего-то иного… – буркнула со своего места Светлана.
– В смысле? – не понял уже я.
– В прямом! – подняла на меня глаза Шепилова. – Мир, в котором один процент населения владеет более чем половиной богатства… В котором горстка избранных бесится с жиру, когда миллионы прозябают в нищете… – все повышая и повышая голос, принялась перечислять она. – В котором сколько бы ты ни вкалывал, никогда не получишь того, что другие имеют с рождения… Такому миру самое место в мусорной корзине! – будто захлебнувшись словами, закончила она.
– Хм… Ну, наш мир, конечно, не без недостатков, – несколько подавленный этим ее внезапным напором, проговорил я. – И все же…
– Мир – отстой! – бесцеремонно перебив меня, горячо поддержал сестру Яшка. – Так что Перезагрузка рулит!
– Так Ивасаки что, был идейным бойцом за социальную справедливость? – недоверчиво осведомилась Миюки.
– Ивасаки был козлом, – брезгливо скривившись, мотнула головой Светлана. – Новый мир он видел чем-то навроде сёгуната Токугава. Ну, чтобы любой самурай мог проверить заточку своего меча о шею первого встречного крестьянина – и все в таком роде.
– Про заточку – досужие байки, – слегка нахмурившись, заметила Миюки.
– Может и так, но Ивасаки ими грезил. Однако в клане к этому мало кто относился всерьез – ну, кроме нескольких таких же отмороженных японцев. Почти у каждого вынашивались в душе собственные виды на Перезагрузку. Тоже бред, в основном. Был там у нас один паренек, кореец, так он считал, что виной всем бедам – нефть. Все современные войны, говорил, из-за нее. И мечтал о мире без нефти. Что-то типа стимпанка. Дурачок, короче. Но забавный, – усмехнулась Шепилова каким-то своим воспоминаниям. – Другой кадр – швед, кажется – помешался на экологии, – продолжила она затем. – Призывал вернуться к природе, жить в лесах, питаться корешками – он еще и веганом был до кучи. Разные, в общем, лелеялись идейки…
  
– А вы с Яхико, значит, за торжество коммунизма? – уточнил я.
– Ну, на стимпанк я бы тоже согласился… – вполголоса бросил паренек, игриво покосившись на сестру.