Путь Ками (СИ)
При этом, Сэнсэя не было и на карте, а вот Антонову с сестрицей я там видел: судя по всему, обе находились в игровых клубах, в капсулах, а значит, достучаться до них можно было бы сейчас только в виртуальности. Однако вход туда мне был заказан вплоть до закрытия Собора. Не только мне – всем ками, зарегистрировавшимся в «Будокане» – но от этого легче не становилось.
Так или иначе, сообщить Сэнсэю о взломе виделось мне задачей неотложной.
Так-то, архив – самый бесполезный для злоумышленников раздел меню. Вон, вторжение в него, оказывается, даже под здешние ограничения на PvP не подпадает! Оно и понятно: до игровой истории персонажа обычно никому нет никакого дела – важно, что тот представляет собой здесь и сейчас. Но в моем архиве, среди прочего, хранились сведения о Муракумо-но Цуруги. О том, что меч побывал у меня и, главное – о том, к кому перешел. В результате, под ударом оказывалась Вика! В чьих бы интересах ни действовал коварный Яшка – только своих собственных или того же клана Ивасаки (почему нет? Только потому, что пацаненок наплел мне про свое оттуда бегство? Так он и не такое рассказывал!) – как только снимется запрет на бои, за Муракумо-но Цуруги к сестрице придут, никаких сомнений в этом не было.
И все из-за меня! Из-за моей идиотской невнимательности!
Лучше бы мне в Пустоту провалиться – вместе со всем этим проклятым архивом, да там его и похоронить!
Увы, упущенного было не вернуть, оставалось лишь поставить обо всем в известность Сэнсэя. Предупрежден – значит вооружен!
Но ни Владимира Александровича, ни Вики, ни Маши, как я уже сказал, на связи не было.
Уже поздно вечером – в Москве давно была ночь – в очередной раз услышав по номеру Сэнсэя унылое «абонент не доступен» и бесконечные длинные гудки по Викиному, я набрал отцу – немало того, должно быть, переполошив этим звонком – то ли поздним, то ли ранним.
– Что случилось, Артур? – хриплым со сна голосом испуганно выдохнул он в трубку.
– Ничего, все в порядке, – поспешно заверил его я. – Извини, что так поздно, но дело срочное – честное слово! Вика дома? – карта свидетельствовала, что сестрицы в квартире нет, но объяснять, как и откуда я это узнал, было, пожалуй, совсем не ко времени.
– Снова в клуб уехала, – переведя дух, проворчал отец. – Ох, не доведут ее эти ночные игрульки до добра! Мы в ее возрасте…
– Ясно, – нетерпеливо перебил я собеседника. – Тогда просьба: как появится или выйдет на связь, передай ей, пожалуйста, что у меня взломали архив. И пусть немедленно сообщит об этом Сэнсэю.
– Сэнсэю? – недоуменно переспросил отец. – Этому, с каратэ который? Как его… Владимиру Александровичу? А он к нашей Вике каким боком?
– Просто передай, хорошо? Это очень важно! Вот прям очень-очень!
– Ну, ладно… Что, говоришь, взломали? Какой архив?
– Просто архив. Мой личный. Вика поймет.
– Хотелось бы тоже понимать… Ты сам-то сейчас где, что на меня это вешаешь?
– В Токио.
– Ого! – присвистнул отец. – Красиво жить не запретишь! Снова турнир?
– Ну, в каком-то смысле…
На этом, собственно, наш разговор и завершился.
Не успокоившись на сделанном, всю ночь я упорно продолжал набирать то Сэнсэя, то Вику, то Машу – почти разрядив батарею мобильника, но так ни до кого из них и не дозвонившись. Последнюю попытку (столь же безуспешную) предпринял уже утром, перед тем, как сдать телефон стюарду у входа на трибуну – гаджеты там отбирали у всех, зачем – не очень понятно, но не спорить же было!
Оставалось надеяться, что, если информация через отца до Владимира Александровича все же не дойдет, а оправленные сообщения, паче чаяния, останутся непрочитанными, узнав от меня обо всем уже здесь, на Соборе, Сэнсэй как-то сумеет разрулить ситуацию прямо из Токио. Всего-то и нужно, что дождаться его на секторе…
Но время шло, трибуны заполнялись, а кресло рядом со мной так и оставалось пустым. Да что там кресло – Владимира Александровича по-прежнему не было даже на карте!
«На автомате» проверив местонахождение Вики с Машей – Антонова все еще торчала в клубе, а вот сестрица, судя по всему, наконец-то двигалась домой: может, и сообщение мое сподобилась прочесть? – я свернул меню, и аккурат в этот момент внизу, на арене, возникло движение. С противоположных сторон в центр площадки вышли двое ками. Никакой информации считать с них я не смог, толком рассмотреть со своей верхотуры лиц – тоже.
Остановившись, пара ками поочередно поклонилась каждому из восьми секторов зала. Затем вышедшие развернулись лицом друг к другу – словно бойцы перед поединком – и обменялись приветствиями уже между собой, причем один, как я заметил, склонился несколько ниже своего визави. Он-то первым и заговорил. По-японски, разумеется, но моя верная нашивка-толмач была наготове:
– Амэ-но Нубоко, Небесное Драгоценное Копье, Последний Ключ, введено в игру!
– Кто открыл ему путь? – задал вопрос второй ками.
– Ками Скалистого Мыса, глава клана Ивасаки, – ответил первый.
– Кто завладел Амэ-но Нубоко?
– Игрок Стрелок, ученик непися Кииоши.
– Кто помог ему?
– Ками Сгоревшей Библиотеки, ученик ками Рисового Поля.
На миг мне вздумалось, что сейчас весь «Будокан» дружно воззрится на меня – неудержимо захотелось сжаться в точку, а лучше – сразу провалиться куда-нибудь под трибуны. Но нет, никому в зале не было до меня ровным счетом никакого дела – все взгляды были устремлены вниз, на арену, где продолжался неспешный, убаюкивающе-монотонный диалог.
– Как игрок распорядился полученным?
– Перерубил златую цепь.
– Врата открываются?
– Врата открываются. Поэтому все мы сегодня здесь.
– Поэтому все мы сегодня здесь, – эхом повторил второй ками.
В этот момент к ним присоединился третий участник – судя по одежде и фигуре – женщина. Оба ками склонились перед ней в глубоком поклоне, в ответ та лишь коротко кивнула.
– Амэ-но Нубоко введено в игру! – доложил новоприбывшей тот, что ранее задавал вопросы. – Путь ему открыл ками Скалистого Мыса. Последним Ключом завладел игрок Стрелок, ученик непися Кииоши. В этом ему помог ками Сгоревшей Библиотеки, ученик ками Рисового Поля. Златая цепь перерублена, и Врата открываются! Грядет Перезагрузка.
– Что ждет игру? – спросила женщина.
– Игра закончится.
– Что станет с Небом?
– Небо рухнет.
– Что произойдет с миром между Небом и игрой?
– Мир поглотит Пустота.
– Конец неотвратим?
– Конец неотвратим.
– Конец – отец нового начала. Но, чтобы появились новое Небо, новая игра и новый мир между Небом и игрой, им нужна мать. Кто способен породить их для нас?
– Аматэрасу Омиками, – последовал ответ.
– Придет ли она?
– Придет – если призвать.
– Прозвучит ли призыв?
– Собору решать.
– Собору решать, – кивнула женщина.
А табличка моего меню была тут как тут:
Открыто голосование
Всего голосов на Соборе – 40.000
Голосов у вас – 0,1
Поставлен вопрос об объявлении квеста категории Эпик+ «Поиск Аматэрасу»
Поддержать объявление квеста?
Да / Нет
Одна десятая часть голоса? Не густо… Но и этой малостью хотелось бы распорядиться с толком!
Никаких инструкций о том, как следует голосовать, Сэнсэй мне не давал – как видно, потому, что планировал прибыть на Собор лично. Но что-то у него там пошло не так… Придется мне решать самому.
Так-то новый мир, каким бы он ни был, наверное, все же лучше, чем поглощение всего и вся Пустотой? Или не лучше? Ну, точно же не хуже! Все-таки мир… Наверное, стоит дать ему шанс. А раз для этого нужна эта Аматэрасу…
Пусть будет «Да»!
Голосование завершено
За объявление квеста категории Эпик+ «Поиск Аматэрасу»: 38.008,56
Против: 1.980,04
Отсутствуют на Соборе: 10