Леди, берегитесь!

Тея больше не могла выносить неизвестность: надо срочно найти либо Дари, либо Дариена и выяснить, произошло ли здесь что-нибудь в ее отсутствие.
– Какая трагедия! – Вдруг услышала Тея и, обернувшись, увидела леди Суиннеймер.
– Что-то случилось?
– Ваше бедное платье, леди Тея! Оно ведь совершенно испорчено, я уверена.
Она чуть не сказала: «А это…» – чем могла бы посеять подозрения, хотя сухопарая сплетница Суиннеймер была достаточно проницательной и без дополнительного горючего.
– С ним не так все плохо, надеюсь, хотя и досадно. Прошу меня простить, нужно срочно найти брата.
– Лорда Дариуса? – проворковала леди Суиннеймер. – Больше никаких проблем, надеюсь?
Тея ослепительно улыбнулась.
– Все как раз наоборот.
В надежде, что старая дама подавится ее улыбкой, она быстро пошла прочь, но тут же резко остановилась. Неужели кто-то потрясенно произнес: «Кейв»?
Оглянувшись, Тея увидела лишь натянутые дежурные улыбки. Она сходит с ума! Надо найти кого-нибудь из тех, кто заслуживает доверия, чтобы поговорить откровенно.
Девушка двинулась дальше, теперь отчетливо ощущая напряжение, повисшее в воздухе. Вот какая-то дама отвела взгляд в сторону, и возможно, с притворной улыбкой. С вызовом взглянув на лорда Шепстоуна, она заметила, что молодой человек залился краской. Она шла не останавливаясь, чтобы не дать пищи для разговоров, пусть ей и хотелось сейчас провалиться в дырку в полу. Ей еще никогда в жизни не было так неуютно среди представителей высшего общества.
Оглядев танцующих, Тея не увидела никого из родственников и быстро прошла через анфиладу примыкавших к залу комнат, где тоже было полно народу. Все ей улыбались, но кое-кто странно на нее поглядывал. Или ей кажется? Она кивала знакомым, но никто не вызывал в ней желания поговорить по душам.
И тут она заметила кузину Мэдди, которая в типичной для себя манере флиртовала сразу с треми офицерами в парадных мундирах. Белокурая и полная жизни, она постоянно кого-нибудь завлекала, и у нее была слабость к военной форме. Мало того, что кузина всегда знала, где и что происходит, она была кладезем всяких секретов.
Словно случайно, Тея присоединилась к их компании и спустя несколько минут, поболтав, обратилась к офицерам:
– Джентльмены, если это не разобьет вам сердца, я ненадолго заберу у вас Мэдди. Еще увидимся, господа, не скучайте.
Офицеры безропотно приняли отставку, но кузину обмануть было трудно.
– Что стряслось? – спросила Мэдди, как только они остались одни.
– Да вот хотела спросить почти то же самое: ничего не произошло, пока меня не было?
– Тебя не было? – Тут она заметила, что Тея переоделась. – Зачем ты поменяла платье?
– Афхейм уронил на меня свеклу. Ты не знаешь, где Дари?
– Нет, но совсем недавно видела его среди танцующих. Что все-таки случилось?
Тея не знала, что сказать. Мэдди явно не слышала ничего шокирующего, а она еще была не готова обсуждать свои последние приключения.
– Мне показалось, на меня как-то странно смотрят.
– Ничего удивительного: у тебя корсет торчит.
Тея опустила взгляд и поспешно прикрыла рукой этот ужас. Так вот в чем дело! Незаметно подтянув платье вверх, она сказала:
– Надо пойти переодеться.
– Глупости! Ты в нем порочна и соблазнительна.
– Но я не хочу выглядеть такой!
– Каждая женщина об этом мечтает, и это платье как раз идеально подходит для соблазнения. Не думала, что в красном ты будешь так хороша. Это от мадам Луизы?
– Нет, от миссис Фортескью.
– Надо будет заглянуть к ней, хотя моя фигура не создана для такого обтягивающего фасона. Увы, надо как-то справляться с моим изобилием.
– У тебя прекрасно это получается.
Это можно было расценить как предостережение, но Мэдди лишь усмехнулась.
– Именно, ведь так? Но тебе грех жаловаться: мужчины к тебе просто липнут.
– Гарантией тому мое положение в обществе и богатое приданое.
– У меня тоже есть и то и другое, но я предпочитаю привлекать только тех мужчин, которые не могут устоять перед моим очарованием. О, перестань так смотреть на меня, Великая Недотрога.
 
– Прекрати так меня называть!
– А ты прекрати так на меня смотреть.
Они с Мэдди относились друг к другу как сестры. Отец кузины, адмирал, очень редко бывал дома, поэтому все его семейство проводило много времени в Лонг-Чарте, поместье герцога Йовила в Сомерсете. Как это бывает между сестрами, они порой ссорились, но чаще всего это происходило из-за излишне смелого поведения Мэдди с молодыми людьми, в основном офицерами. Тея пыталась ее приструнить, кузина сопротивлялась.
– Ты слышала, Кейв здесь? – вдруг спросила Мэдди.
Рассчитывая, что покрасневшее лицо можно будет выдать за проявление тревоги, Тея ахнула:
– О нет! Правда?
Глаза Мэдди засверкали.
– Восхитительно тревожно! Как считаешь? Новый мерзкий виконт. Мама уверена, что всех нас убьют или того хуже. Как ты думаешь, что хуже: быть изнасилованной или убитой?
– Мэдди! – возмутилась Тея, оглядываясь по сторонам убедиться, что их никто не слышит. – Как он выглядит?
– Я еще не видела его, но уже за ним охочусь.
– Как ты можешь за ним охотиться, если не знаешь, как он выглядит?
– Он темный и похож на демона – так его описала Алесия. Ей на него указали, и теперь ее колотит дрожь. Марчемптон знаком с ним, – сказала она, упомянув одного из компании офицеров, с которыми кокетничала. – Он очень похож на иностранца, потому что его мать – итальянка. Таких тут очень немного, тем более с рогами, хвостом и в облаке запаха серы.
– Мэдди…
Кузина расхохоталась.
– Ладно. Алесия иногда бывает такой смешной! Калли, кстати, Кейва обожает.
Калли – это лейтенант Клаудиус Дебенхейм, брат Мэдди.
– Слепое поклонение герою. Говорит, что Кейв ужасал даже самых бесстрашных, а временами просто впадал в безумие.
– И это вызывает обожание?
Сомнений не оставалось: Тее пришлось распрощаться с надеждой, что та встреча была всего-навсего шуткой.
– Они даже называли его бешеным псом, – не скрывая удовольствия, сообщила Мэдди. – А вслед кричали: «Канем Кейв!» – что значило: «Берегись пса!»
– О боже!
– Он давал выход безумию только в сражениях с французами. Тея, когда ты стала такой неженкой?
Девушка взяла себя в руки.
– Этим вечером все кажется немного чрезмерным. – Теперь ей хоть стало кое-что понятно. – Мне нужно найти Дари.
– О нем есть кому позаботиться, – усмехнулась Мэдди.
Тея фыркнула. Если она изводила кузину насмешками из-за фривольного поведения с офицерами, то Мэдди называла ее курицей-несушкой из-за того, что она чересчур опекает брата. Тея и сама понимала, что за то время, пока они с матерью выхаживали Дари, стала слишком навязчивой, как, впрочем, и мать.
– У меня есть причина срочно поговорить с ним.
Мэдди прищурилась.
– Ты что-то скрываешь. Расскажи.
Тея произнесла то, что моментально разожгло ее любопытство:
– Нет!
Мэдди схватила ее за руку.
– А ну-ка говори! Что случилось?
– Не могу. По крайней мере, сейчас. Это скорее всего пустяки, но мне нужно найти Дари, просто чтобы убедиться в этом.
– Ну хорошо. Только я пойду с тобой. – Мэдди взяла ее под руку. – И гляди в оба, чтобы не пропустить темного демона. Я хочу познакомиться с этим страшным и ужасным Кейвом.
Мысль, что ей придется познакомить Мэдди с этим человеком, не вдохновляла.
Не успели они подойти к дверям в бальный зал, как навстречу им буквально вылетел светловолосый офицер в алом парадном мундире с золотыми аксельбантами и во всеуслышание заявил:
– Дари вне подозрений! Канем Кейв утверждает, что собственными глазами видел, как под ним убили коня в самой гуще битвы. Больше нет никаких вопросов.
Люди вокруг зашушукались.
– Просто замечательно! – воскликнула Мэдди.
– Чудесно! – искренне поддержала ее Тея, однако сердце вдруг оказалось где-то возле горла, перекрыв доступ воздуха.