Его прекрасное чудовище (СИ)

— А гости?
— Позовем всех! 
— Никто не придет, — лорд направился к главному входу, Кимберли поспешила за ним. 
— Кто-нибудь все равно придет. Местные девушки наверняка будут только рады возможности побывать на настоящем балу у короля!
— О, да, — хохотнул мужчина. 
Ким не придала значения его смеху, мысленно она уже кружилась в танце с каким-нибудь очаровательным кавалером.
Оказавшись в покоях, девушка тут же потребовала перо и пергамент. Ей предстояло нарисовать эскиз бального платья, о котором она всегда мечтала. Раньше ей не было нужды шить бальные наряды, в свет Кимберли ни разу не успела выйти.
Спустя несколько часов, когда уже Ревердан сладко спал посреди их общей необъятной кровати, Ким все еще сидела на диване у потухшего камина. Она рисовала, отбрасывала листочки с неудачными эскизами, после чего заново бралась за дело, и вот, под утро, у нее получилось то, что было задумано. 
Когда-то, когда Кимберли думала, что однажды поедет на бал, она задумала платье такого фасона, которого не могло быть ни у кого. Правда, тогда она хотела, чтобы оно было из зеленого шелка, сейчас же оно виделось ей пошитым из черного бархата. Черный - цвет смерти, ну а для Кимберли теперь он являлся цветом жизни. Разве она отличается от живых хоть чем-то, не считая мелких недостатков вроде холодной кожи и зеленых радужек? Нет, ничем! Она точно так же способна чувствовать: радость, грусть, тоску и… любовь? Наверное, любовь она все же еще не испытывала, но что-то похожее на это прекрасное чувство точно в ней было.
Ким бросила взгляд на постель. Ревердан всегда спит голым? Надо бы заказать у Марджери для него халат или пижаму. 
За окном стояла глубокая ночь, до рассвета еще несколько часов. Притворяться спящей Кимберли понравилось, да и заняться больше было нечем, так что девушка разделась и мышкой юркнула в кровать, закуталась в одеяло и закрыла глаза. Ну и пусть она не уснет, но хотя бы вспомнит каково это - спать.
Ревердан спал на животе, правую руку подсунув под подушку, а левой, когда Ким улеглась, рывком притянул девушку к себе, одновременно шепнув заклинание. Баньши и пикнуть не успела, как провалилась в крепкий сон без сновидений. 
Лорд улыбнулся, зарываясь лицом в ее густые волосы. От них исходил головокружительный запах талого снега и мяты, и даже кожа девушки пахла как-то по-особенному, не так, как у всех. Завтра Кимберли наверняка будет возмущенно выяснять, зачем он ее заколдовал, ну а сегодня пусть поспит. Ревердан и сам знает, каково это - скучать по привычным вещам.
Ким открыла глаза после рассвета. Удивленно похлопала ими, испуганным взглядом скользнула по потолку, стенам. Поерзала, пытаясь выпутаться из крепкой хватки мужчины, и когда не удалось, хлопнула его по плечу.
— Ревердан, проснись!
— М? — Лорд еще крепче стиснул талию Ким, и девушка дернулась в сторону.
— Я заснула, Ревердан! Или… или потеряла сознание? Что-то не так!
Мужчина хмуро взглянул на Кимберли. Она казалась не на шутку встревоженной и, кажется, даже не догадывалась, что находилась под заклинанием.
— Я усыпил тебя магией, — осторожно сказал он, наблюдая за реакцией. — Мне казалось, ты будешь рада почувствовать наконец переход одного дня в другой, как раньше…
— Усыпил?! — Ким замерла в его руках. Ревердан чувствовал холод ее кожи, но теперь ему даже нравилось, что она именно такая. 
— Извини, больше не стану этого делать.
— Наоборот! Очень даже станешь.
Маг только усмехнулся. Хотел было пошутить, что если Ким хочет спать, то должна будет его слушаться во всем, но не успел - в дверь раздался настойчивый стук.
  
Глава 16
 
— Хозяин! — Когда дверь никто не открыл, Шиай принялся кричать. В голосе старика сквозило беспокойство, смешанное одновременно и со страхом, и с радостью. — Хозя-я-яин!
— Да чтоб его, — Ревердан одним движением скатился с кровати, направился к двери. Он мог бы открыть ее и издалека, но в постели лежала Ким. Сам же лорд не стал утруждать себя тем, чтобы надеть хотя бы брюки.
 
— Хозя… — Шиай так и замер с открытым ртом, когда дверь перед ним распахнулась.
— Чего тебе?
— Гирлянды!
— Что - гирлянды?
— Кто-то украсил замок!
— А если подумать? — Ревердан многозначительно посмотрел на слугу, и тот растерянно пожал плечами. — Иногда мне кажется, что не того я выбрал себе в советники.
— Нет, что вы! Вы не ошиблись, выбрав меня! Но… вы… вы ведь никогда…
— А теперь мне так захотелось. А, и еще - в конце недели будет бал. Подготовь пригласительные и разошли всем тем, кто меня хотя бы не презирает.
— Но…
Дверь захлопнулась перед стариком, и уже возвращаясь к кровати, Ревердан услышал бормотание доносящееся из коридора:
— Совсем головой поехал!
Кимберли так и сидела на постели, прикрывшись одеялом. Девушка улыбалась, но на ее лице явно отражался восторг, и она едва сдерживалась, чтобы не закричать от радости.
— Ты все-таки решился?
— Почему бы и нет, — лорд отыскал свои брюки, надел их, наклонился и выудил из-под кровати рубашку. Когда-нибудь он научится не разбрасывать вещи где попало, а складывать в шкаф. — Наверное, это будет даже весело. Да и на рыбалке я давно не был, а развлечения хоть какие-то нужны.
— Мне пора к Марджери, — Кимберли дотянулась до платья, висящего на спинке кресла. Оделась, собрала волосы в пучок. — Она обещала, что к сегодняшнему дню уже будут готовы брюки и кофта, а еще хочу заказать платье для бала. Тех денег, что ты мне дал, должно хватить.
— Постарайся никого не…
— Не сожрать?
Ревердан кивнул, сдерживая улыбку. Ким закатила глаза и поспешила на выход, а лорд направился к камину. Ему нравилось завтракать не в столовой, а у огня в собственной спальне, но с тех пор, как в его доме появилась Кимберли, Шиай наотрез отказывался передвигаться по замку без лишней необходимости. Время от времени он все же выходил из своей комнаты и тогда едва ли не бегом преодолевал расстояния. Боялся. И как ему объяснить, что в страхе нет смысла? Впрочем, может быть, и есть… Ревердан совсем мало знал Ким, и не уверен, что она не сделает что-то плохое по неосторожности. Даже отпуская Кимберли в город, он отправляет за ней крошечное подслушивающее заклинание, чтобы в случае чего успеть заглушить ее крик.
Темный лорд открыл портал на кухню, притянул к себе из шкафов свежий хлеб, испеченный Шиаем ночью, салатные листья, а из холодильного шкафа варено-копченое мясо и сыр. Слуга обычно готовил завтрак для него, но сегодня почему-то не стал. Ревердан, на правах хозяина, мог бы его оштрафовать или уволить, но они оба знали, что он этого не сделает. Их сотрудничество давно построено на доверии - Ревердан хорошо и вовремя платит, а Шиай исполняет свои обязанности настолько, насколько может. Такие проступки, как сегодня, случались нечасто.
— Ну хоть чаю мне завари! — возмутился лорд, жуя вот уже второй бутерброд всухомятку.
Слуга, конечно же, не услышал, и только потом Ревердан узнал почему.
Позавтракав, мужчина отправился на улицу, чтобы еще раз взглянуть на украшения, но стоило выйти за порог, как застыл в недоумении.
За забором столпились взрослые и дети. Не меньше полусотни зевак обсуждали то, каким красивым стал замок, и что “сам Снежный дедушка простил чернокнижника”. В последнем люди были уверены твердо. Ведь как? Снежный дедушка ежегодно украшал весь Гомер, но никогда замок Темного лорда.
Шиай и стражи, как могли, пытались убедить горожан разойтись по домам. Слуга топал ногами и угрожал карами небесными, стражи трясли в воздухе мечами, лязгали кандалы - Сивил и Варик пугали ими, но никогда бы не применили к людям.
— Что происходит? — вопрос заданный ровным спокойным голосом испугал непрошенных гостей больше, чем оружие в руках стражников.
Дети попрятались за материнские юбки, а вперед вышел одноглазый старик в драной шапке, закрывающей половину его лица.