Поход (СИ)

– А Иван что рассказывает, он же с ними переносился?
– Да что он видел? С судна, как в Таллин пришли – и к бабе. Дружили они… организмами. Тут же их раз – и сюда. А на фильтре – раз русский, значит на Карьер, уголёк добывать.
Вот и добрались. Погоди, на мины проверю. Два Клеймора у них было, мало ли, под третий попадать неохота.
– А где ты на мины так наблатыкался?
– На Родезийской границе. За выход, когда с курсантами идёшь, если десяток не снимешь – считай день прошёл зря. И то, снимаешь те, которые пройти мешают. Нормально, нет у них больше сапёров. Давай Дугину добро на начало работ.
  
– А твои где, что по флангам пошли?
– А хрен его знает. Это они меня должны видеть, а не я их. «Банда, дробь!» – это уже по рации. И в эфир приучил их без крайней нужды не вылезать, всё на жестах. Но это уже привычка, у меня в батальоне, там, в Африке, на шести языках разговаривали, хочешь-не хочешь, а жестами для всех одинаково. Так и пошло...
– А пулемёт где?
– Дальше, на строительной. Ну назвали так, стройматериалы там. Поедем туда – сам увидишь, большое удовольствие получишь, обещаю. У тебя водка есть?
– Есть, на квадре лежит. А зачем?
– Зубы болят, пошли.
Оставив Дугина радоваться на локалке, дождались, пока Гонта разместит своих бойцов, распределит их по постам, и вообще порешает кучу всяких дел, неизбежно возникающих при обустройстве на новом месте. Сандра была занята на кране – она решительно задвинула приехавшего крановщика и заняла место в кабине. Нору с приданными ей работягами отправил за Джимни и лодкой с мотором, Ивана держал при себе – мне нужен водитель, причём трезвый. Рот уже «прополоскал», и не раз. Не, за руль могу и сам, но не хочу. Пока я ещё командир группы. Наконец, появился Гонта, усаживаясь на свой квадроцикл.
– Ну что, поехали?
– Гриша, давай «шишигу» возьмём. Что на квадрике увезёшь? Я ж тебе говорю – БОЛЬШОЕ удовольствие получишь.
– Что, реально есть, что везти?
– Есть, не сомневайся. Даже с учётом того, что там наша машинка стоит, и локалку мы не трогаем.
– Ну вы монстры…
– Нет, Григорий Михайлович. Просто так получилось. Не надо лопуховатость противника приписывать себе в заслуги. Малость попиратствовали, нагнали ужаса и трофеев нахапали. Но не столько от нашего большого умения, сколько от их необученности. Они-то с кем цепляются? С неграми. И китайцы с севера. Разве можно это считать войной, которая школу даёт? А тут столкнулись с противником, который, надо же, боевой опыт имеет и думать умеет, а не только стрелять. И что? И – всё… Скисли.
Так что – пользуемся, пока они чего не надумают. Сам же знаешь, на войне несколько часов иногда ценнее, чем несколько десятков людей. Давай, зови водилу, на шестьдесят шестом поедем. Километров шестьдесят здесь в одну сторону, смотри, как по бензину. Жрёт же, как не в себя.
– Не учи учёного – там две бочки в кузове. Людей ещё надо брать?
– Не, Ивана возьмём, машину назад погонит. Сами справимся.
Устроились в кузове, под неспешную езду разговариваем про местные реалии.
– Повезло вам здесь сильно. Три локалки нашли, и ценные.
– Может, и повезло. А может… У меня тут своя теория образовалась.
– Ну-ка, излагай, и твою послушаю. Я за это время столько их слышал, всяких-разных.
– Вот смотри, Гриша, эти места несколько выпадают из теории, у нас принятой. Считается же как: селективные кластеры получают многонациональные государства, остальным – нате вам монокластер, и живите, как хотите. Вернее – как те, к кому примкнёте…
Немцев, допустим, за всякие Баварии с Пруссиями селективкой наградили. Далековато, правда, по времени, если по технике смотреть, которой локалки комплектуются – это пятидесятые годы. Ну, плюс-минус. Так что Германия – несколько спорная для селективки. Но она хотя бы «федеративная». А вот Стокгольм – совсем из струи выпадает. Швеция – унитарная, мононациональная, ей-то за что такой приз? И возле этих двух селективок «выпадает» сарай со станками и металлом. Между ними. От Берлина дальше, но есть дорога, к Стокгольму ближе, но две реки, крайне неудобно вывозить. Но на Земле – это две крупные промышленные державы. Именно промышленные. Решили Смотрящие посмотреть, кто пооборотистее будет?
И Китай тоже – ещё какой промышленный, хоть и только в последнее время. И ходят слухи, что Альянс с Китаем поделить не пойми чего не могут именно из-за зон контроля. Вот в Маниле концентрация техники для нас – запредельная. Где-то же они её берут, а кроме локалок вроде и негде. И, опять же по слухам, между Альянсом и Китаем, тоже примерно посередине, что-то похожее есть. Так что и эти локалки, что мы нашли, вполне могут попадать именно в зону повышенной концентрации всякого производственного.
То корыто, которому я борт продырявил – оно же самопальное. Примитив, но шведы сами построили. Значит, металл уже находили. И станки какие-никакие. И кран у них мы умыкнули свежий, недавнего образца, но китайский. Так что, думаю, в местах расположения промышленных по земным понятиям стран и концентрация локалок промышленного типа выше. Только раскиданы они ничейно – кто первым успеет. Наша-то металлическая локалка – тоже ведь на другом берегу Волги.
– Что-то в этом есть… Сотникову расскажешь. А откуда данные такие?
– Да был тут ещё один наш, Иванов. Помер, неосторожное обращение с оружием. Он из Риги, так что пожил какое-то время здесь, прежде чем на уголёк угодил. Ваньке рассказывал. Сейчас не проверишь.
– А больше ничего не находили?
– Нашли, но не по теме. Санаторий. Горячая минеральная вода и жилой дом, без всяких складских запасов. Но там ещё одна странность была… Впрочем, это тоже не в тему. Гриша, ты оружие приготовь на всякий случай, на этой локалке мы уже двух пещерников завалили. С какой частотой они тут появляться будут – одни Смотрящие знают. Водиле крикни – с твоей стороны удобнее, через километр примерно поворот направо будет, там дорога прорублена, газон пройдёт. Ваня, ты тоже приготовься.
***
– Владей! – Широким жестом показываю Гонте складированные игрушки для больших мальчиков. – Крупняк не самый лучший, но раз почти сотню лет на вооружении простоял, значит, пойдёт.
– Ух ты, Брэн! Опять патроны надо будет под них каналом таскать.
– Не, это швед лицензионный, так что, считай, чистый ЧеЗет. Патрон маузеровский. Их дохрена – вон ящик. А тут автоматы – мы посмотрели, и решили при карабинах остаться, так что тоже забирай. И броню грузите, а то твои бойцы на фоне этого Голливуда голодранцами выглядят. Пять комплектов, один, правда, малость запачканный. В ящике всякая мелочёвка – тоже твоё. Надеюсь, моя скво теперь не будет деревянным прикладом щеголять?
А я вот эту картину заберу. Тебе-то она точно ни к чему, а мне – на память. А то совсем без трофеев остаться – тоже не дело.
Сандра
Откуда он узнал...
Переключаться с итальянского на русский и обратно получалось легко. Даже в режиме итальянского Сандра прекрасно понимала всё, что говорили на русском. Проблема была в том, чтобы говорить на русском с теми же, что и прежде, ошибками и путаницей в падежах, изображая итальянку. Стоило начать говорить по-русски – включалась «Анечка». Приходилось молчать и на вопросы отвечать односложно.
Крановщику, правда, она вполне убедительно объяснила, что работать на кране будет именно она. Впрочем, крановщик о ней ничего и не знал… И с изумлением смотрел, как лихо Сандра, едва оказавшись в кабине, взялась помогать разбирать баррикаду, в то время как он сам только пытался сообразить, как лучше к этому делу подступиться.
  
Снова началась интенсивная работа, которая занимала и практически всё время, и внимание, так что задумываться Сандре о чём-то ещё было практически некогда. Но одна мысль периодически всплывала. После того, что рассказала Бабманя, ей многое стало понятно в её жизни. И осталась только одна загадка: как случайный знакомый, руссо туристо «Тольятти», смог узнать, что ей понадобится русский язык? Теперь она думала, что он, возможно, «разглядел» в ней Анечку… но точно она этого уже не узнает...