Волна вероятности
– Ладно. С толку ты меня окончательно сбила, – улыбнулся Миша (Анн Хари). – Один-ноль, даже тысяча-ноль. Но это, прямо скажем, было несложно. Я и так всегда охреневший рядом с тобой. Поэтому объясни мне человеческими словами, почему я должен рисовать этого загадочного Виталика?
– Не «должен», а можешь, – сказала Юрате. – Просто для счастья. Например, моего.
Миша (Анн Хари) вздохнул почти обреченно:
– Это ты сейчас с козырей зашла. Для твоего счастья я не только Виталика нарисую, а три гобелена сотку.
– Спасибо. Ты настоящий друг. Но пока обойдемся без гобеленов. Вот тебе мел.
***– Так, – говорит Дана. – У меня официальное заявление. Сегодня у нас праздник сидра. Завтра тоже. Возможно, вообще всю неделю. Поглядим, как пойдет.
– Это как? – нестройным хором спрашивают присутствующие, заранее прикидывая, не придется ли им по воле хозяйки «Крепости» читать стихи или танцевать на столах.
Артур смеется:
– Просто нам подарили шесть больших упаковок сидра. Внезапно. Так получилось. Холодильник забит! И на подступах к холодильнику тоже стоят бутылки. Всюду сидр! Данку это бесит. Она сказала, пока весь сидр к чертям собачьим не выпьем, больше ничего никому не нальет.
– Ну так в жару лучше сидра все равно ничего не придумаешь, – говорит ювелир Каралис по прозвищу Борджиа. – От пива меня клонит в сон.
В награду за лояльность Борджиа получает запотевшую ледяную бутылку с котиком на этикетке и надписью «Tinginio pantis» [38].
– Я хочу пьянство! – с порога объявляет Труп. Он сияет, в смысле улыбается до ушей, а не светится в сумерках, хотя к тому явно идет. – Я богатый. Много работал. Съемки. Кино.
– Он так не хотел ехать в Германию, – объясняет Наира, – что немецкое кино явилось за ним само [39].
– Сегодня у нас только сидр! – дружным хором говорят Дана и жертвы ее произвола, страшно довольные суровыми ограничениями, привет, стокгольмский синдром.
– Это не ужас-проблема, – смеется Труп.
– Какая футболка у тебя интересная, – говорит Дана, открывая ему бутылку. – Где ты такую взял?
Футболка у Трупа действительно выдающаяся. На черном фоне нарисован инопланетянин (классический «зеленый человечек» с глазами в половину лица), обнявший березку, и написано по-английски: «Мама, я на Третьей планете», – а ниже строчка с причудливыми закорюками, видимо, подпись дублируется на родном языке инопланетян.
– Она Наире приснилась, – отвечает Труп и тут же отрицательно мотает головой: – Нет, не правда приснилась. Не могу объяснить. Трудно. Too complicated! Лучше скажет она.
– На самом деле, все правильно, – говорит Наира. – Это был типичный «сон про не сон» [40]. Мне приснилось, что мы с подружкой придумали такие футболки; не только такие и не только футболки, много всего. Просто сон, но оставил у меня ощущение, как будто все было на самом деле – сувениры для инопланетян и подружка, художница Таня. Я потом, если честно, по всем блокнотам искала ее телефон.
– Нашла? – дружно спрашивают Дана с Артуром.
– Естественно, нет. Потому что Таня мне снилась. Это был просто… не просто, но все-таки сон. Я его пересказала Отто. А он предположил, что однажды эта футболка отыщется. И попросил дать ему поносить. Я обещала. Тогда нам обоим казалось, что это смешная шутка. Ну да, смешная. Особенно весело стало после того, как футболка нашлась.
– Всего одна? – с надеждой спрашивает Артур.
– Одна, к сожалению. Остальные мы распродали. Мне, понимаешь, приснилось, что наша с Таней торговля шла хорошо.
– Самое поразительное, – говорит Дана Артуру, – даже не то, что я уже где-то видела такие футболки. А что отчетливо помню, как сама очень долго такую носила. Любимая тряпка! Хотя она быстро выцвела. И вообще на пару размеров больше чем надо была.
***Тэко Машши увидел Ший Корай Аранаха издалека и побежал, хотя спешить необходимости не было, тот и так шел навстречу. И явно не собирался сворачивать или на ходу запрыгнуть в трамвай.
– Очень хотел с тобой повидаться! – выпалил он еще на бегу.
Ший Корай Аранах рассмеялся:
– Так ты же мог позвонить.
И раскинул руки пошире, наглядно демонстрируя, что твердо намерен его обнять.
– Мог. Но встретить тебя случайно на улице в сто раз круче, – объяснил Тэко Машши. – Практически чудо, с учетом того, как я редко гуляю по городу. У меня же все расписано по часам. Да и ты аж с прошлого года в центре не появлялся; по крайней мере, так все говорят.
– Не появлялся, – подтвердил Ший Корай Аранах. – У меня, понимаешь, кошка. Ее пока не стоит надолго одну оставлять. Я бы еще долго из Козни не выбрался, но Анн Хари считает, что кошку обязательно надо кормить специальной кошачьей едой. Оставил мне адрес лавки и список, чего покупать, а сам ушел в ТХ-19. Короче, я бегом, туда и обратно, хочу успеть на ближайший трамвай.
– Тогда давай я тебя провожу, – решил Тэко Машши.
– Давай. Но лавка прямо здесь за углом.
– Здесь за углом? Не знал. Вот заодно и покажешь. Вдруг мне тоже надо. У меня же Дилани Анин Туча живет.
– Мне рассказывали, – улыбнулся Ший Корай Аранах. – А лавка – вот.
Пока он выбирал по списку еду для Бусины, Тэко Машши звонил в издательство секретарю и диктовал ему незнакомые названия кошачьих консервов для согласования с Дилани Аной. Вдруг Туче стоит такие попробовать. Или, наоборот, нельзя.
– Я почему так сильно хотел тебя встретить, – сказал Тэко Машши, когда они вышли из лавки. – У нас на лето намечена первая литературоведческая экспедиция по Эль-Ютоканским тропам Странствий. Для начала в Сомбайю. Ты, кстати, роман оттуда читал? Ай, ну да, ты не мог! Мы его еще не издали, даже не перевели целиком. Но скоро!.. Ладно, неважно. Главное, что экспедиция будет, Совет так решил.
– Вот сейчас мне завидно стало, – улыбнулся Ший Корай Аранах. – Будь я иначе устроен, напросился бы к вам в экспедицию разнорабочим. Блокноты с бутылками за вами таскать. Но я не мастер Перехода, к сожалению. Даже не подмастерье. Совсем! Судьбой так прочно привязан к Лейну, что за всю жизнь только дважды сумел как следует захотеть отсюда уйти. Оба раза в Тёнси.
– Неудивительно, что туда, – откликнулся Тэко Машши. – Ты сам немножко как тамошний.
– Ну да, – легко согласился Ший Корай Аранах. – В следующей жизни обязательно стану веселым духом, я твердо решил. Но это будет еще нескоро. Хочется в Лейне подольше пожить. Это знаешь, как в детстве – вроде зовут обедать, но игра интересная в самом разгаре, и бабка, которая отлично все понимает, выносит тебе во двор бутерброд.
– Вот это здорово! – сказал Тэко Машши. – Что тебе интересно, и ты еще поживешь среди нас.
– Поживу – не то слово, – рассмеялся Ший Корай Аранах. – Крепко я тут с вами влип. Шестую сотню давно уже разменял, а каждый день ощущается как начало новой игры. А теперь еще кошка. И экспедиция ваша. Мне интересно и завидно; чур, ты мне первому все новости будешь рассказывать! Если уж раздразнил.
– Вот! – воскликнул Тэко Машши, от восторга прижав ладони к щекам. – Именно этого мне и надо! Затем и хотел тебя встретить. Для дела очень полезно, если ты будешь думать про экспедицию и ждать от нас новостей.
За углом зазвенел трамвай. Ший Корай Аранах ускорил шаг, почти побежал, чтобы вовремя успеть к остановке. Тэко Машши вприпрыжку пустился за ним.
– А давай ко мне в гости, – предложил Ший Корай Аранах. – Расскажешь про Эль-Ютоканские тропы Странствий. И про роман из Сомбайи. За это я познакомлю тебя с удивительной кошкой по имени Образ Жизни, Состояние и Положение Дел.
Тэко Машши, у которого остаток дня был расписан даже скорей по минутам, чем по часам, с энтузиазмом кивнул: