Волна вероятности

– Как ни странно, я, наверное, понимаю, – кивнул Шала Хан. – Будь я врачом, прописал бы тебе напиться и сутки проспать.
– Сутки проспать, – мечтательно повторил Анн Хари. – Отличный врач из тебя получился бы. Твой рецепт звучит как сладкий соблазн.
Ший Корай Аранах увидел их с крыши и помахал рукой. Крикнул:
– Вы уже вернулись? Так быстро?
– Лично я пока не очень-то и вернулся, – рассмеялся Шала Хан. Погладил на прощание кошку, высунувшую из-за пазухи нос, обнял Анн Хари, скороговоркой сказал: – Кофе не буду и грайти тоже не буду. А то потом уходить не захочется, знаю я вас. Скоро увидимся! Где-нибудь. Здесь или там.
Развернулся и не пошел, побежал вприпрыжку, как школьник – от избытка энергии, радости и новостей.
– Это он тебя провожал? – спросил Ший Корай Аранах. – Что-то случилось?
– Еще как случилось, – ответил Анн Хари, на всякий случай, по-русски. – Случилось – все!
  
Лейн, осень 1-го года Этера
 
Сел на крыльцо рядом с Ший Корай Аранахом, сказал:
– Во-первых, кошка. Я ее называю Бусиной, но вообще-то правильно Бусена, через «е». С литовского языка переводится как «состояние», «образ жизни» или «положение дел».
– Удачное имя для кошки, – одобрил тот. – Ты в ТХ-19 ее подобрал? Ну и правильно. Сколько можно одни книги оттуда таскать.
– Формально в ТХ-19, но по сути все-таки нет. Эта кошка из настолько немыслимого пространства, что я его даже вспомнить не мог много лет.
– А теперь, получается, вспомнил?
– Кое-что. Но это потом. Сначала про Бусину. Это вообще ничего, что я ее к тебе притащил?
– Если ей тут понравится, я только за.
– С чего бы ей не понравилось? Ты отличный. И у тебя такой сад! Будь я котом, с удовольствием тут поселился бы… Хотя я же и так.
– А как ты думаешь, почему у меня нет ни кота, ни собаки? Звери меня не то что не любят. Любят! Но побыв какое-то время рядом, начинают задумываться, теряют беззаботность и аппетит. Видимо, из-за возвышения смысла, которое рядом со мной неизбежно, даже когда я ничего специально не делаю, а просто сижу и смотрю. Высокий смысл – отличная штука, но для зверей в таком количестве все-таки перебор.
– Для людей тоже, знаешь, не сахар, – усмехнулся Анн Хари. – Вот я всего-то с начала второй весны пожил с тобой рядом, и к чему это привело! Но Бусине будет нормально, я думаю. Кошку из ниоткуда твоими высокими смыслами не проймешь. Наоборот, ей должно быть полезно. Тому, кого никогда толком не было, не помешает дополнительный смысл.
– Ни черта не понимаю, – признался Ший Корай Аранах.
– И это только начало. Не представляешь, сколько еще тебе предстоит не понять!
– Ладно. Как-нибудь справлюсь. А можно погладить твое Положение Дел?
– Сейчас узнаем. Решать-то будет она.
Анн Хари аккуратно усадил Бусину рядом с собой на ступеньку крыльца. Сказал:
– Это Ший Корай Аранах, хозяин дома и сада. Он самый лучший на свете чувак. Будет здорово, если ты с ним подружишься. А то с кем я буду тебя оставлять, когда ухожу по делам?
Кошка моргнула, чихнула и замерла. Какое-то время она нюхала воздух и озиралась по сторонам. А потом решительно залезла на колени Ший Корай Аранаха и боднула его в живот.
– Ну все, – улыбнулся Анн Хари. – Теперь я за вас обоих спокоен. Это любовь.
Прошел на кухню, налил воду в кофейник, поставил его на плиту, сказал:
– Выяснилось, что я великий герой и художник… нет, герой как раз так себе, средненький, зато художник – великий, такой расклад. Увидел случайно в гостях картину и обалдел – какая мощная штука! А потом вспомнил, как ее рисовал. Звучит, как будто я хвастаюсь, но тут ничего не поделаешь. Я сначала подумал, это у меня просто заскок. Быть такого не может, мираж, наваждение. А потом как начал вспоминать все подряд… Счастье, конечно, что ты понимаешь по-русски! А то хрен знает, как бы я тебе все это рассказывал. Видимо, жестами и телодвижениями. Подвывая в особо важных местах.
– Ты пока и так особо ничего не рассказываешь, – заметил Ший Корай Аранах, временно обездвиженный кошкой, которая разлеглась у него на руках.
 
– Потому что пытаюсь собраться с мыслями. Со всеми двумя. Но они у меня молодцы, разбегаются в разные стороны, как примерно сто пятьдесят. Кофе вот, помню, на этот кофейник надо шесть ложек. Или все-таки пять?
– Просто пятая с очень большой горкой, или шестая неполная, – подсказал Ший Корай Аранах. – Ты вообще как себя чувствуешь? Выглядишь… нет, эту горькую правду я тебе ни на каком языке не скажу.
– Не придирайся, как могу, так и выгляжу, – отмахнулся Анн Хари. – Все в порядке со мной. Просто я еще в шоке. И даже отчасти в истерике. Но держусь молодцом, потому что отвечаю за Бусину. Раз обещал, значит, должен, не теряя ни сознания, ни рассудка, доставить ее домой… Так, стоп, дошло: мы же с ней уже дома! И кошка у тебя на руках. Ну все, готовься. Сейчас сварю кофе, выпью свою половину, покурю, расслаблюсь и как начну визжать, хохотать и рыдать!
– Ладно, буду готовиться, – согласился Ший Корай Аранах. И осведомился у Бусины: – Чем тебя кормить, дорогой Образ Жизни? Ты сыр любишь? А то, кроме сыра, у нас в кладовой ни черта.
– Сыр она с удовольствием ела, – вспомнил Анн Хари. – Гларус всегда ей кусочек своего бутерброда давал.
– Кто?
– Гларус. Неважно. Бывший… нет, мне не нравится слово «хозяин». Человек, с которым она жила. Короче, сыр сойдет для начала. А потом я сбегаю в лавку за мясом.
– До истерики или после?
– Естественно до! Пока я буду хохотать и рыдать, все ближайшие лавки закроются. А завтра приду в себя окончательно и съезжу в центр за специальной кошачьей едой… Господи, как же я рад, что ты есть на свете! И я сейчас не бьюсь головой об стенку, а разговариваю с тобой, – неожиданно заключил он и с размаху дал себе подзатыльник. Объяснил: – Это чтобы не зарыдать. Я сегодня и так уже дважды плакал. Лет на двести вперед свою норму выполнил. Хватит с меня.
– Но все это в целом хорошее, – не спросил, а утвердительно сказал Ший Корай Аранах.
– Да не то слово. И рыдал я, как в раннем детстве, оттого что чересчур хорошо. Оказалось, справляться с таким острым счастьем физически трудно. Как ни странно, трудней, чем с бедой. Мое тело этого не умеет. Ты, пожалуйста, если получится, как-нибудь меня успокой.
Ший Корай Аранах кивнул, нахмурился и надолго умолк. Наконец произнес с заметным усилием:
– Ты более-менее спокоен. Насколько это сейчас возможно. Вполне способен держать себя в руках.
– Спасибо, – вздохнул Анн Хари. – Так уже можно жить. Вот настолько трудно оказалось меня успокоить?
– Ну так, – ухмыльнулся Ший Корай Аранах. – Проще, чем воскресить мертвеца. Но труднее, чем примерно все остальное… У тебя кофе там не сбежит?
– Ух как ты вовремя! Он как раз собирался. Но теперь этот номер у него не пройдет.
Налил кофе в чашки, одну поставил перед Ший Корай Аранахом, сел рядом и крепко их с кошкой обнял.
Встал, пошатнулся, как неопытный путешественник на палубе легкого корабля, но ловко схватился за стену и устоял на ногах. Взял рюкзак для покупок, проверил, на месте ли кошелек. Ну наконец-то заранее вспомнил! Впервые за долгий, как несколько жизней день.
Сказал:
– Я быстро, туда и обратно. И нам с тобой чего-нибудь принесу.
– Вместе пойдем, – решил Ший Корай Аранах. – Возражения не принимаются. За тобой надо присматривать.
– Да я только рад, – улыбнулся Анн Хари. – Но Бусине вряд ли на пользу вот так сразу остаться в незнакомом доме одной.
– Так она и не останется. Возьмем твое Положение Дел с собой. Пусть сама выбирает, чего хочет на ужин. Заодно похвастаюсь в лавке такой красотой. Я ее понесу. А тебя придержу. Как-нибудь справлюсь. Не один ты здесь великий герой!
Вышел из дома и сразу остановился. Ший Корай Аранах спросил: