Волна вероятности
От этой внезапной подарочной бодрости все скакали как козы и хохотали как школьники, спорили, перебивая друг друга, куда теперь. Бар не годится, уже в «Звезде» насиделись, хочется чего-нибудь повеселей. На площади Ста Ветров в это время танцуют, и всех угощают крюшоном, но там шумно, не поговоришь. Купить вина и прогуляться по паркам? Или пойти в старый центр?
– Можно просто пойти к нам в гости, – предложила Дилани Ана. – Правда, это так далеко, что пока доберемся, снова устанем. Но это как раз не проблема. Дом большой, комнат хватит на всех. А еще лучше, как в детстве, когда собирались большой компанией ночевать у кого-нибудь из друзей, принести в гостиную подушки с пледами и устроиться на ковре. Очень удобно: лежишь, грызешь яблоки, болтаешь о самых важных в мире вещах, незаметно для себя засыпаешь, а вечеринка во сне продолжается. Правда, у каждого – свой вариант.
– Я в детстве в гостях ни разу не ночевал. Но ты так рассказываешь, что мне уже хочется, – улыбнулся Анн Хари. И спросил Ший Корай Аранаха: – Пойдем?
Тот кивнул:
– После такого начала я согласен на все предложения. Подарки судьбы надо брать целиком.
– Тогда курс на север, – сказала Дилани Ана. – Вперед!
– Так ты с северной окраины? – обрадовался Анн Хари. – Неужели ходила в ту самую школу, которая рыба-дракон?
– Туда и ходила. Она у нас тогда одна была на весь район.
– Школа-рыба? И одновременно дракон? Ты нам ее не показывала! – возмутился Та Ола.
– Не подумала, что вам такое может быть интересно. Упустила из виду, что в Лейне школьные здания похожи на остальные дома. А у нас тут каких только школ не бывает. Архитекторы вовсю развлекаются. Считается, дети должны быть в восторге от школы, но в восторге, по-моему, в основном родители и учителя. Самая популярная форма школьного здания – голова великана. Ученики заходят ему прямо в рот! Я им в детстве завидовала. Хотела хоть год в голове поучиться, даже просила бабушку с дедом меня перевести. Но они сказали, что тогда нам всем придется вставать слишком рано: уроки начинаются в полдень, а от нашего дома до ближайшей головы великана почти час пути.
– Вот у меня как раз была голова, – сказал Анн Хари. – Но я считал, что это скучища. И страшно завидовал тем, кто ходит в школу – рыбу-дракона. А ты, получается, мне!
– Шикарные у Грас-Канских проблемы, – подмигнул Шала Хан Та Оле. – Слишком скучно, когда твоя школа – всего лишь какая-то великанская голова.
– Голова как раз интересно! – воскликнула Дилани Ана.
– Пошли покажу, – предложил Анн Хари. – Моя бывшая школа тут в двух шагах.
Он не только привел их к школе, которая действительно выглядела как огромная голова с вытаращенными глазищами, распахнутой пастью и лестницей-бородой, но даже постучался в окошко ночного сторожа и попросил разрешения на минутку зайти в вестибюль, так что мечта Дилани Аны оказаться во рту великана наконец-то сбылась. (А остальным пришлось переться среди ночи в чужую школу просто так, за компанию, предварительно об этом не помечтав.)
И дальше было примерно так же, в смысле, куда они только не залезали под предводительством Анн Хари, который так хорошо знал окрестности, как будто из Грас-Кана не уезжал. Показывал им местные достопримечательности, о существовании которых даже не подозревают туристы: специальный Пустой Дом без жильцов и хозяев (их довольно много в Грас-Кане, они считаются важным для города символом тайны и пустоты), секретный подземный ход между двумя соседними переулками, говорящий колодец, где громкое эхо отвечает из темноты, библиотечный сад с укромными уголками для чтения, на краю которого как раз созрели поздние персики, такие вкусные, что невозможно было от них уйти; самые спелые росли высоко, но Ший Корай Аранах так ловко взобрался на дерево, словно среди его предков были коты. Наконец спохватились: мы же хотели в гости! Валяться! Пледы! Подушки! Ковры! – нечеловеческим усилием воли оторвались от персиков и пошли.
Шли долго, потому что Грас-Кан действительно добрый город, все правильно говорила Дилани Ана своим друзьям. Усталых прохожих он быстро приводит к дому, это все местные знают и особо не удивляются, отмахав километров семь-восемь всего за четверть часа. Зато бодрых путников, которым интересно гулять, он водит причудливыми зигзагами, на зависть всем лешим в окрестных лесах. (Я, кстати, понятия не имею, есть ли в лесах под Грас-Каном лешие или их аналоги, но я – не адрэле из Лейна, а просто писатель из ТХ-19, могу позволить себе приврать.)
В общем, добрались только под утро. Устали ужасно, но такой счастливой усталостью, которой хочется наслаждаться подольше, жалко сразу ложиться спать. Валяться на полу, обложившись подушками, по сценарию Дилани Аны – в самый раз. Несгибаемый Шала Хан вымыл персики, собранные в библиотечном саду, открыл вино, принес из буфета стаканы, а потом еще ходил по гостиной, всех пледами укрывал. Наконец он тоже улегся, достал из кармана сигару из Тёнси, сказал:
– Вот сейчас совершенно как в Вильнюсе, когда вы уснули после долгой прогулки, а я, чтобы не спятить от счастья, допивал за вами глинтвейн и на балконе курил. По форме иначе: и прогулка на ту была не похожа, и компания у нас больше, и никто пока что не спит. Но по сути – точно, как было тогда.
– Да, – согласился Та Ола. – Я помню тот вечер. Как мы над рекой на качелях сидели. Действительно очень похоже. Хотя в чем именно заключается сходство, я даже себе объяснить не могу.
– А я говорила! – торжествующе воскликнула Дилани Ана. – Вильнюс фрагментами – не с виду, по ощущениям – очень похож на Грас-Кан.
– Так я и не спорил. Ясно же, что если ты говоришь, значит, оно так и есть. Но до сих пор я ничего такого не чувствовал. А сейчас ка-а-ак почувствовал! Сразу и навсегда.
– Что за Вильнюс? – заинтересовался Анн Хари. – Это где? В Алали? Вечно беда у меня с географией, где сам побывал, то и помню. А Второй Континент не знаю совсем.
Все трое удивленно переглянулись. Что это с ним? Во дает!
– Так не у нас же, – наконец сказал Шала Хан. – Город в ТХ-19. Столица Литвы, государства в Восточной Европе. Не твой сектор, поэтому ты и забыл, – великодушно добавил он, потому что Анн Хари так изумленно таращился, словно впервые услышал о существовании потусторонних реальностей, не только ТХ-19, а всех.
– Ай, ну да, – наконец неохотно сказал он. – Наверное. Вылетело из головы. Но как может быть, что город из ТХ-19 похож на Грас-Кан? Причем не с виду, что было бы еще хоть как-то понятно, а по ощущениям. Это же ТХ-19! А у Грас-Кана одиннадцатая степень достоверности. Поэтому по ощущениям он не похож даже на наши города.
– А вот так, – улыбнулась Дилани Ана. – Я сама была в шоке, когда до меня дошло. И друзей специально сюда притащила, потому что мы втроем были в Вильнюсе. Чтобы они сами все поняли. Словами такое не объяснишь. Ерунда получается. Но на самом деле не ерунда.
– Не ерунда, – подтвердил Шала Хан.
– А твоя книга оттуда? – вдруг спросил его Ший Корай Аранах. – Которую ты мне летом давал почитать.
– Оттуда.
– Ясно, – Ший Корай Аранах мечтательно улыбнулся и закрыл глаза.
– А мне ничего не ясно, – вздохнул Анн Хари. – Будь мы в ТХ-19, кричал бы сейчас: «Не верю». Но мы-то дома. Здесь так вопрос не стоит.
Вильнюс, апрель 2021 года
В это время (здесь должно быть пространное рассуждение, как иногда совпадает, а иногда расходится течение времени в разных мирах, причем чем больше книг из каждой конкретной реальности перевели и читают в Лейне, тем чаще синхронизируются потоки их времени, но все равно не всегда, никогда не всегда; однако пояснений не будет, потому что автор книги, кем бы он ни был, не хочет прямо на середине второго тома свести всех с ума, сводить вас с ума я буду в последней четверти третьего, по крайней мере, планирую, а как на самом деле получится, никто не знает пока). Так вот, в это самое время, тоже так поздно ночью, что почти на рассвете, только не теплой осенью, а холодной весной, в «Крепости» сидит другая компания. Они тоже устали, им тоже не хочется расставаться, они только что сварили очередную кастрюлю глинтвейна, куда домой, какое домой. В другой день Дана всех давным-давно разогнала бы, потому что ее ждут звери, но сегодня Раусфомштранд с Артемием в «Крепости» вместе с ней.