Королевство кошмарных снов (СИ)
«Общежитие с самоубийцами, что ли?» — мысленно спросил у самого себя я. Разговаривать в этом районе мне не хотелось даже шёпотом. Закрыв глаза, я повернул голову сначала в одну сторону, а затем в другую. В Лабиринтах, как правило, существуют определённые правила. Туда не ходить, сюда не смотреть, выглядящие определённым образом вещи руками не трогать... Будешь их нарушать — и Лабиринт тебя выпнет, после чего ты сразу проснёшься. Или ещё интереснее — пришлёт по твою душу Смотрителя. Который вполне может проломить ближайшую к тебе стену, схватить тебя за горло и, проорав нечто нечленораздельное в лицо, вышвырнуть из сна прямиком в реальность. А здесь... В этом месте вообще кабздец какой-то. Чувствую, что выход и вместе с этим опасное место вон в той стороне — и на этом всё. Никаких ограничений или условий. Молебск, блин. Что это вообще такое? Надо будет посмотреть, нет ли где на карте Конфедерации города с похожим названием. Было бы интересно...
Раздумывая подобным образом, я постепенно продвигался всё дальше и вскоре оказался у края широкой площади, на которую выходила «моя» дорога. С противоположной стороны площади начинался район, застроенный сплошь высотками и то, что я там увидел, мне категорически не понравилось. Грязь, лужи, горы мусора, заросшие бурьяном дороги и тротуары. Кое-где светились зеленоватым светом торчащие из земли деревянные тотемы, а кое-где мерцали неприятные на вид и оттенок блуждающие огоньки. С моей стороны площади, впрочем, ситуация была ненамного лучше — первым, что я обнаружил, был небольшой сквер и посреди него из земли торчала вполне человеческого вида грязная рука, сжимающая скрюченными пальцами человеческий череп. В небе над площадью парили непонятные то ли призраки, то ли летающие мертвецы, закутанные в несколько слоёв разодранной тёмной ткани. Полосы этой материи свисали вниз и иногда шевелились, словно бы под воздействием ветерка. Которого, к слову, не было.
Осмотрев всё это «богатство», я остановился и раздражённо вздохнул. Бродить по Лабиринту, механик и условий которого не понимаешь, может быть интересно только в одном случае — когда он не противен и не опасен. И это как минимум. Молебск же в этом плане не отвечает ни по одному требованию. Ну и нафига оно мне, спрашивается, надо? Не Лабиринт, а овеществлённая мерзость. Нахожусь тут не больше часа, а чувство уже такое, словно повалялся как следует в помойке с дохлыми свиньями.
— Тьфу.
Стоило мне плюнуть под ноги, как рука, торчащая посреди сквера, зашевелилась и ломаным движением втянулась под землю. Проводив её взглядом, я обратил внимание на то, что несколько деревьев у края площади мелко трясутся, роняя на землю листья и рассыпаясь волнами из праха и пыли. Позади этих деревьев росло ещё одно и его стало хорошо видно. Присмотревшись к нему, я медленно выдохнул и отвернулся. Мне сделалось невероятно противно. Деревом был мертвец. Невероятно странный и гротескный, он состоял из толстого ствола-туловища, непомерно вытянутой вверх головы и целой сети растущих друг из друга и цепляющихся друг за друга человеческих рук. Выглядело это настолько отвратительно, что я принял решение просыпаться. Хватит с меня на сегодня извращённого туризма. Правильно было написано на стенке лифтовой площадки, с которой я начинал — не мой это город. От слова «совсем».
Приняв такое решение, я сжал в руке Жезл и усмехнулся. Раз уж я покидаю этот могильник, то почему бы мне немного не пошуметь? Скажем, в рамках эксперимента по выяснению уровня опасности этого Лабиринта?
Бросив взгляд в сторону древоподобного мертвеца, я прищурился и вытянул в его сторону руку с Жезлом. В-ВОМС! На мгновение завибрировав, артефакт удлинился настолько, что пробил насквозь и монстра, и несколько деревьев позади него.
— Гря-яа-а-а-а-а-а!
Визгливый истошный вопль, который испустило древовидное чудовище, был настолько громким и резким, что я непроизвольно вздрогнул. Ч-чёрт, ну разве обязательно так орать?! Мертвец тем временем открыл рот и тот внезапно распахнулся так широко, что начал походить на дупло. Глаза монстра почернели и сделались в несколько раз больше, чем были. На коже появились тёмные пятна. Монстр принялся меняться и несколько секунд спустя на его месте стояло самое обычное дерево. Разве что сильно искривлённое и очень широкое у основания.
— Свет. — сказал я и взмахнул рукой. В высоте над площадью появился ослепительный световой шар, озаривший серебристо-белым сиянием все окрестности. И мир Лабиринта вокруг меня изменился. Сначала я это не сколько увидел, сколько почувствовал, ощутив, как в воздухе разливается чувство приближающейся угрозы, а затем среди домов и улиц возникло множество теней, существ и фантомов. По земле в сквере прокатилась небольшая волна, словно это была поверхность воды, а не почвы. В окнах домов возникли бледные изломанные силуэты, а из-за высотки с другой стороны площади показалась громадная чёрная тень. Тень была похожа на человечка, нарисованного ребёнком, с овальной головой и совершенно круглыми пятнами светящихся глаз. Выглянув из-за дома, она посмотрела на созданный мной световой шар и вытянула к нему руку, которая принялась расти и вытягиваться прямо на моих глазах. Через пару секунд длинные чёрные пальцы почти коснулись сияющей сферы и тут же отдёрнулись, а над площадью зазвучал едва различимый писклявый вой. Рука у тени истаяла в воздухе, оставив после себя висящие в разных местах туманные клочья, а сама тень заметалась, пригнулась к земле и укрылась на улицах.
«Жесть какая-то...» — удивлённо подумал я. Никогда не видел, чтобы создание обыкновенного светлячка, пусть даже большого, имело вот такие последствия. И тут я почувствовал, что сейчас произойдёт что-то очень плохое.
Бом-м-м-м-м!
Удар колокола донёсся откуда-то из-за домов, задрожав в воздухе и наполнив его искажённым эхом. Звук становился то выше, то ниже, не собираясь заканчиваться и словно бы перетекая с одной стороны площади на прямо противоположную.
Светлячок над площадью внезапно погас и открытое пространство погрузилось в практически полную темноту.
«Да щас вы угадали», — подумал я и создал уже два светлячка таких же размеров. Но лучше бы я этого не делал! По всему пространству площади стояли тощие мертвецы, опустив странно вытянутые головы к земле. Когда в небе над ними зажглись мои огоньки, они начали двигаться, с отчётливыми скрипами выгибаясь и устремляя взгляды несуществующих глаз к верху. А затем через их ряды в моём направлении принялось проламываться что-то невидимое, разбрасывающее монстров в разные стороны. Увидев, что на меня несётся некая неразличимая тварь, я отчего-то решил, что это Смотритель.
— Явился наконец... — фыркнул я и взмыл в воздух. Взлетев над площадью, я пронёсся над её центральной частью и, оставив позади замешкавшегося невидимку, стремительно полетел в сторону самой широкой из лежащих впереди улиц. Выход, судя по ощущениям, находился именно там и совсем рядом. Как и источник какой-то непонятной опасности.
Быстро приблизившись к тому месту, где должен был располагаться Переход в Граничную Зону, я удивился тому, как много вокруг него различных тварей и нечисти. Над тротуаром дрожали перемигивающиеся блуждающие огоньки, в кустах и высокой траве скрывались чёрные щупальца, а из-за любого более-менее крупного объекта что-то выглядывало. Человеко- или звероподобные силуэты мелькали практически повсеместно. Чёрт, да это ж не Лабиринт, а натурально кунсткамера!
Выход выглядел, как широченный спуск куда-то под землю. То ли тут имелся местный вариант метро, то ли это был подземный переход, но факт оставался фактом — источник опасности и Переход расположились именно там. Что же там, интересно, такое?
Сконцентрировавшись, я рывком снизился и телепортировался прямо на лестницу внутри спуска.
— Лябба-лябба-лябба-лябба...
У стены слева и чуть дальше стояли мумифицированные останки человекоподобного монстра. Безостановочно трясясь и подпрыгивая, мумия колотилась о стену и бормотала одно и то же бессмысленное слово. Низ лестницы был усыпан комьями чёрной земли, а в воздухе стоял удушливый запах тлена. Я увидел, как по стенам ползают лохматые человечки, смотрящие на меня голодными красными глазами, а из глубины неторопливо поднимаются здоровенные монстры, больше всего похожие на гигантских бобров. Глаза у чудовищ были совиными, а клыкастые пасти наводили на мысли об акулах.