Один гений хорошо, а два, несомненно, лучше (СИ)

Жан промолчал. Он не знал, что на это ответить. Парень начинал волноваться, не потому, что его смущали эти разговоры, а просто видеть Анри таким уязвимым и растерянным было как-то не по себе. В его голове образ Дюпона, был утончённым и прекрасным, но в то же время уверенным и сильным.
Жан остался ждать в гостиной. Он рассматривал полки с множеством наград и дипломов, восхищаясь, что в таком молодом возрасте Анри имеет такое количество достижений. Это вызывало уважение, и немного отзывалось укором, что сам Тибо в этой жизни никто. Его семья была очень простой, и еле сводила концы с концами. Насущной проблемой было прокормить троих детей, а сам Жан был средним из братьев. Пропуская школу, он помогал отцу в лавке. Их семья продавала овощи, которые были выращены в своих же теплицах. Но один неурожайный год, и два кредита сделали своё дело. Подняться им так и не удалось. После школы ни о какой учёбе и речи быть не могло. Парень работал на стройке в соседнем городке. Там то он и познакомился со своим первым мужчиной.
Высокий, властный брюнет тридцати лет. Он был руководителем проекта, и с вожделением посматривал на симпатичного юношу. К тому времени сам Тибо уже подозревал, что не такой, как все. Ему нравилось рассматривать мужчин в душе, и представлять, как он ласкает набухшую плоть, причём не свою. Но дальше просмотра гей порно дело не заходило. Было даже страшно подумать, что скажут родители, узнав о таком. Но господин начальник был так соблазнителен и настойчив, что Жан не устоял. Мужчина стал его любовником и наставником. Помогал с деньгами, и баловал подарками. У юного Тибо не было и мысли, что он продаётся. Он познавал себя, и учился жить с тем, что ему досталось. Эти отношения продлились год, пока семья Жана не узнала о них. Это было тяжёлым временем для парня, ведь оказалось, что мнение мясника или молочника куда важнее судьбы собственного сына. Он был заперт в своей комнате, с перспективой пройти лечение. Его посчитали психически нездоровым. Но больше всего парня разочаровало то, что его любовник даже не пытался ничего сделать. Теперь то Жан понимал, что репутация мужчины наживалась годами, и разрушать свою жизнь ради простого мальчишки, пусть даже и очень смазливого, было неправильно. Ни один из братьев не поддержал беднягу, он даже пригрозил, что сделает с собой что-нибудь, если его не оставят в покое. Но Тибо старшего таким не пронять. Пришлось смириться, и ждать. Ждать удобного случая для побега. Всем видом он показывал, что сломлен, и согласен на всё. И наконец настал тот день, когда отец повёз его в Париж к доктору. Жан оставил записку матери о том, чтобы его не искали. Что больше он не будет позорить семью, ведь возвращаться не намерен. У него были кое-какие сбережения, и этого хватило, чтобы снять тот самый чердак, где он живёт и по сей день. Парень давно зарабатывает достаточно, чтобы жить в комфортной квартире, но это место дорого ему, как что-то своё личное, где он стал взрослым и самостоятельным. Тибо покорял Париж как мог, и вот теперь его время стоит дорого, он стал опытной сучкой, но в то же время остался тем простым мальчишкой из провинции. Жан регулярно высылает домой внушительные суммы, но как распоряжается деньгами семья, ему неизвестно. Он не представляет, когда же решится вернуться, и посмотреть в глаза родителям. Просто ждёт, что время само подскажет.
Парень так и застыл у полки, вспоминая лицо матери. Он не сразу услышал, что дверь спальни отворилась, и Анри показался в дверях, сидя в инвалидной коляске. Он окликнул парня дважды. Тот растерянно повернулся.
Дюпон был одет в длинный белый халат, и он закрывал ноги почти полностью. Но Жан сразу догадался в чём дело, ведь второй стопы на подножке не было. Он подошёл к Анри, и присел перед ним.
- Это то, что ты боялся показать мне? – ласково спросил парень, беря его ладонь в свою.
- Тебе будет неприятно смотреть на меня обнажённого, - холодно ответил Дюпон.
- А это уже мне решать, - уверенно ответил Жан.
 Он встал, развернул кресло в сторону кровати, и подвёз ближе.
 
- Ложись, - велел он, - у тебя есть масло?
- Там, - указал Дюпон на тумбочку.
Жан достал несколько бутылочек, и перенюхал их все. Выбор пал на лаванду.
Шторы были задёрнуты, свет приглушён. Тибо уловил в воздухе уже порядком надоевшую неловкость, и решил, что сегодня с ней будет покончено.
Анри полностью обнажившись, лёг на живот. Он отвернул голову от парня, чтобы не видеть его реакции, а потому не заметил, что Жан тоже разделся. Парень сел рядом на коленки, и стал растирать свои руки маслом. Дюпон вздрогнул, когда к нему прикоснулись тёплые пальцы. Тибо медленно массировал спину, лаская плечи и шею. Анри расслаблялся, и полностью доверился этим рукам. Иногда ладони сменялись губами, отчего его кидало в жар. Горячий язычок проходился по ягодицам, обжигая кожу каждым прикосновением. Тибо чувствовал, как это тело податливо ласкам, и прикасался к нему более трепетно. Парень получал неземное удовольствие, когда в аромате лаванды слышал нотки самого Анри. И будто идя на поводу у его мелодии, он открывал что-то неосязаемое и неуловимое. Но предчувствие того, что впереди его ждёт много новых открытий, витало в воздухе неумолимо. Проваливаясь в негу, он просто лёг сверху, обнимая парня за плечи. Жан положил свою голову на его левое плечо, и закрыл глаза, но его пальцы продолжали нежно поглаживать руку Дюпона. Анри чувствовал его сердцебиение, оно умиротворяло, и дарило тепло. Так парни пролежали минут пять.
Затем Тибо встал, и велел Дюпону повернуться на спину. Несмотря ни на что тот всё-таки чувствовал себя неуютно, полностью раскрываясь перед парнем. Анри только мельком взглянул на Жана, не желая загружать себя лишними мыслями, а такие бы обязательно его атаковали. «Уж если, решился, то нужно взять себя в руки». Но он успел оценить сложение парня. По его мнению, он был идеален.
Тибо растёр масло на его груди, попутно целуя ключицы, и соски, лаская руки и неумолимо, приближаясь к паху. Его ладони двигались так, будто рисовали узоры, а губы подхватывали мотив, и дополняли полноту эмоций, которые накатывали волнами внахлёст. Он обводил основание члена вокруг, приподнимая яички, и углубляясь пальцами дальше, к дырочке. Таких ласк Анри не знал прежде, и был удивлён, как это приятно. Простые прикосновения, но столько в них неги, и возбуждения. Его дружок стал понемногу оживать. Но Жан не спешил, он спустился ладонями к ногам, и бережно стал поглаживать бёдра. Анри задержал дыхание, когда парень принялся покрывать нежными поцелуями его искалеченную ногу.
 - Ты не должен …, - хриплым голосом начал было Анри, но Жан его перебил.
- Тебе неприятно? – его тон был обеспокоенным.
- Приятно, но …
- Тогда позволь, я продолжу, - настойчиво утвердил парень.
 Дюпон не мог представить, что кто-то кроме докторов может прикасаться к ней без отвращения. Ему очень хотелось верить, что парень делает это искренне. А тот уже перешёл на другую ногу, лаская внутреннюю сторону бедра, и сжимая ягодицы. Анри поддаваясь возбуждению, стал приподнимать живот, говоря о том, что его стояк тоже требует внимания. Жан сел слева от парня, и зажал во влажных ладонях его орган. Дюпон подавался вперёд, и его член скользил в плотном кольце рук, получая неожиданное удовольствие. Из его уст вырвался стон, когда в очередной раз поднимаясь, плоть попала в плен горячих губ. И так происходило снова и снова. Ладони раскрылись, и он оказался в плену этих сладких губ. Они сжимали головку, слизывая смазку, и вызывали новые приливы возбуждения. Анри в ответ взял в руку орган парня, и стал поглаживать, наслаждаясь его реакцией. Жан стал постанывать, и двигаться навстречу. В глотке было тесно и влажно. Упираясь в неё, Дюпон дошёл до пика. Горячая сперма залила весь рот, и стекала тонкой струйкой по шее Жана. Он сам уже готов был кончить, и кладя свою ладонь на руку Анри, Тибо ускорил ритм. Струя брызнула на живот Дюпону, и парень с жадностью слизал её, попутно обмакнув пальцы. Он размазал сперму по губам Анри, и скрепил нежным долгим поцелуем. Это был первый поцелуй парней, и Дюпон чуть не сошёл сума от счастья, лаская язык парня и посасывая его нижнюю губу. Постепенно утихая, поцелуй перешёл в ласки языком, затем Жан просто потёрся щекой, о щёку парня, и лёг сверху. Пролежав некоторое время молча, каждый думал о своём. В ушах Тибо громко билось сердце Дюпона, и он чувствовал, что в данный момент счастлив. Анри понимал, что больше не сможет заказать любого другого мальчика, и оттрахать его как прежде. После того, что он только что испытал, парень стал зависим от Жана, как от наркотика. Жестоко прервав сладостную тишину, Тибо сказал: