Карачун 2000 (СИ)
Именно поэтому проведя за греховными делами 7.5 часов, я мгновенно вскочил с кровати, натянул портки, носки, удобно подвернувшуюся куртку и отправился спасать Зевса. «Идеальный» клон решил вздремнуть перед своим окончательным развоплощением, а Клёпа само-собой отправилась вместе со мной. Впрочем, кто б её спрашивать-то стал? Схватил за шкирняк, да потащил за собой.
Выскочив за дверь тайного бара, я принялся размышлять над тем, куда подлый султан мог запихнуть моего верного товарища.
— Нужно найти Зевса! Как думаешь, где он может быть?
— Конюшни? — почесав меховое ушко, предположила Клёпа.
— Сомнительно, оттуда бы он давно сбежал…- я задумчиво почесал в одном из тех мест, которые все обычно чешут.
Вообще странно другое: а какое место в принципе может удержать Зевса? Почему он оттуда до сих пор не свалил? Неужели его заковали в какие-то волшебные кандалы или постоянно держат в отрубе, накачивая наркотой?
— Когда я облетал первый этаж, то слышал из воздуховода что-то похожее на конское ржание, — неожиданно свалившись с потолка, к нам присоединился Вуди.
— Вуди? Ты уже надоел! Сколько там тебе манекенов раздолбить осталось? Вон они на улице валяются! — удивился я.
— Ну вот, только я почувствовал себя полезным, а вы меня гоните, — дятел хмыкнул и пустил скупую мужскую слезу.
— Ладно-ладно, мне вообще-то насрать, можешь тут хоть до второго пришествия летать, просто никак не могу понять, почему твой персонаж так надолго задержался в сюжете, — я ободряюще похлопал его по плечу.
— Сюжет? Какой ещё сюжет? Всё это больше похоже на бредовый поток сознания наркомана, обдолбавшегося неизвестным науке говном! — Вуди удивленно поднял на меня глаза.
— А, ну да. Тогда логично, — согласился я. — Где говоришь тот воздуховод?
— Походу его попускает посреди ночи, он ползет к унитазу и начинает выплескивать из себя всё накопившееся творчество… — Вуди вошел в раж и не услышал моего вопроса.
— Да-да, похоже на правду. Откуда конский ржач шел, говорю⁈ — я начал злиться.
— А ещё, когда он упорется до совершенно бессознательного состояния, то голым выходит на черную лестницу и струёй мочи рисует на стенах «Звездную ночь» Ван Гога.
— А это-то ты откуда знаешь? Не было там ни одного свидетеля! — испугался я.
— Да, согласен, это я нафантазировал, наверное… — кивнул дятел и продолжил. — А ржач шёл из вон той вентиляционной трубы, пойдём покажу, — дятел весело запрыгал к лестнице на первый этаж.
Я хотел было придать ему дополнительно ускорение, да не успел.
Пробежав через половину развороченного Красной Армией дворца, мы оказались в каком-то техническом помещении. Вместо стен здесь были книжные полки, уставленные сериалами в стиль «боярь-аниме», в каждом из четырех углов стояло по унитазу, а в центре располагалась весьма странная конструкция. Широченная жестяная труба, слегка зарешеченная деревянными ставнями и разрисованная порнографическими картинками с участием свинки Пеппы. Из нее ощутимо несло свежим воздухом, прелой соломой и паленым белорусским винстоном. Исходя из найденной здесь же схемы, дворец был оснащен здоровенными вентиляционными шахтами, расположенными в фальш-потолках, и уходящими куда-то глубоко под землю. Вероятно в то самое тайное логово, где заныкался хитрожопый султан. То самое тайное логово, которое вся КА и черномазые шлюхи ищут уже более восьми часов.
— Я такое в боевике про какого-то короткого мужика видела, то ли спецагента, то ли вора, — сказал Клёпа. — Он там по этим трубам полфильма бегал, искал чертежи какой-то субмарины, способной погружаться в подпространство. Потом, когда нашёл и назад шёл(какой каламбур нелепый хи-хи-хи), эта труба оборвалась, и он угодил прямо в руки к интерполиции. Те его сначала избили, потом минут двадцать кормили кексами с изюмом и манной кашей с комками, потом накачали «сахарком», затем раздели до гола, нарядили в платье белоснежки и выпустили в квартал с наркоманами. Там он познакомился со здоровенным негром-педерастом и они создали пару. После чего жили долго и счастливо и умерли через полгода от воспаления базальных ганглий.
— Хороший фильм, надо посмотреть, — заинтересованно кивнул дятел.
— Вроде ещё продолжение было, где его могилу раскопали некрофилы…но я, к сожалению, не успела посмотреть…- расстроено сказала Клёпа.
— Хорош пиздеть! Полезли в трубу! — скомандовал я, выламываю дверцу и проникаю внутрь темного таинственного пространства, пахнущего неизвестностью, приключениями, грибами, воспоминаниями из детства, проперженным диваном, проссаным подвалом, в котором на просраном ватном матрасе сношались два облеванных бомжа неизвестной половой принадлежности, и именно из-за этого богопротивного зрелища я получил страшную психологическую травму, навсегда изменившую моё сознание.
— А что если и нас потом некрофилы раскопают? — в ужасе заверещал Вуди. — Я не хочу такой судьбы!
— Ну так иди манекенов добей и вали в свой мир! Больно ты тут нужен! — посоветовал я дятлу, одновременно пиная его под зад.
— Тогда я полетел! — согласился Вуди и, расправив конечности, полетел.
Больше мы его не видели.
* * *Проникнув внутрь жестяного тоннеля и пройдя несколько метров, мы оказались перед трубой уходящей глубоко вниз. Там царила кромешная тьма и слышались чьи-то утробные стоны. Достав из кармана мелкий камешек, я кинул его вниз, проверяя насколько глубоко находится дно. Но он тут же вылетел обратно и со всей дури ударил мне в лоб.
— Походу мы уже на дне! Дальше некуда! — правильно уловив глубокий смысл происходящего, прокомментировала Клёпа.
— Что ж поделать? Жизнь сложная штука, дно в ней на каждом шагу, как только выберешься из одной ямы — тут же проваливаешься в другую. А вот верхушка одна и то на ней постоянно какие-то пидорасы сидят! Ну, была не была! — сказал я и сиганул в пропасть. Клёпа прыгнула следом и немедленно приземлилась мне на плечи.
— Подождать что ли не можешь⁈ Я даже отойти не успел! — едва не сложившись пополам, простонал я. В моих костях что-то болезненно хрустнуло. Возможно сломался позвоночник, но да и хрен с ним. Не больно-то он нужен был.
— Мне одной страшно! — обиделась кошка, спрыгивая с моей покалеченной тушки.
Запалив, прихваченный наверху факел, я принялся оглядывать обстановку жестяного тоннеля. В вентшахте оказалось на удивление грязно: будто полы лет тыщу не мыли! И куда управляйка смотрит? Мы по сто рублёв всем домом каждый месяц скидываемся, а дерьмо. как лежало кучами, так и лежит! Беспредел! Казнить и кастрировать всех причастных!
Тоннель выглядел следующим образом: снизу какой-то протухший чернозем, вездесущие бычки от винстона, зёленая таджикская харча и мумифицированные трупы различных грызунов: от самых мелких мышек, до бурундуков и даже белок! На потолке и стенках — тропические заросли паутины, трех и пятибуквенные надписи, черная плесень, мох, лишайники и недовольные летучие мыши. Наше вторжение им сильно не понравилось — те принялись злобно пищать и обильно гадить. Тут-то и вышел казус — как и полагается летучим мышам, они висели кверху ногами, и соответственно вся их злость изливалась им же на голову. От такого унижения мыши пришли в ещё большую ярость и решились нас атаковать. Злобные летучие куски говна ринулись на нас многосотенной страшной ордой. Пришлось защищаться, видит вселенная мы этого не хотели…
Клёпа мужественно извлекла из заплечных ножен гаечный ключ, а я заюзал «активную броню». Люблю комфорт! Делать ничего не нужно — стоишь и смотришь, как летающие Олафы отражают нападение. Одни удар — и мышь превращается в кровавую кляксу! С учётом трёх летающих дубинок, уже через несколько секунд вокруг меня образовалась плотная кровяная завеса. Алая жижа, вырывающаяся из тел мышек, просто не успевала опадать! А вот кошке пришлось изрядно потрудиться. Гаечный ключ вращался, как мельница, разрывая тела мерзких тварей на куски и заливая все вокруг вонючей кровищей. Странное, но прекрасное медитативнове зрелище.