Возьми номерок (ЛП)

— Прямо сейчас я хочу тебя.
  
Глава 15
 
Дин
Мое тело напрягается от явной потребности в ее голосе. Он чувственный и интенсивный, и мне требуются все силы, чтобы не запустить пальцы в ее волнистые волосы, прежде чем накрыть ее рот своим. Я упираюсь локтем в стойку и наклоняюсь, чтобы прошептать ей в губы:
— Хочешь, чтобы я трахнул тебя, сладкая?
— Да, — отвечает она с придыханием и облизывает свою пухлую верхнюю губу, а ее глаза прикрываются таким образом, что мой эрегированный член плотно прижимается к задней части молнии. Девушка резко вдыхает и добавляет: — Но только после того, как мы уберемся на кухне, потому что меня медленно убивает изнутри сидеть среди этого беспорядка.
Я отстраняюсь, полностью вырванный из сексуального транса, и смех вырывается из моей груди.
— Я вообще-то впечатлен, что ты так долго продержалась.
Она понимающе качает головой.
— Так и знала, что ты сделал это специально, чтобы помучить меня. — Кокетливо прищурившись, она встает и неторопливо идет на кухню с нашими мисками.
Я следую за ней с остальной посудой и не могу удержаться от тихого хихиканья про себя, потому что она попала в точку. Я получаю кайф от того, что нажимаю на кнопки этой женщины. Когда все не идеально, она начинает дергаться и краснеть, потому что любит все контролировать. Составлять списки, вычеркивать пункты из списка один за другим. Это чертовски очаровательно, и делает те мгновения, когда она смеется и полностью растворяется в моменте, намного приятнее. Даже слишком.
Сегодня я избегал Нору. Был готов слушать свой разум, а не член, но потом она удивила меня, сделав первый шаг, и я не смог ей отказать.
Большая проблема.
Но это просто интрижка. Наши условия ясны. Все будет хорошо. Может быть, чем больше у нас будет секса, тем меньше я буду ее хотеть. Так обычно бывает с женщинами, и Нора ничем не будет отличаться от других.
— Тефлоновые сковородки нужно мыть вручную, — говорит она, наполняя раковину мыльной водой, пока я выбрасываю мусор и загружаю остальную посуду в посудомоечную машину.
— Я не очень люблю посуду, требующую особого ухода. Если она не переживет посудомоечную машину, значит, мы просто не созданы друг для друга.
— Типичный парень. — Она качает головой, погружая руки в мыльную воду и начиная оттирать.
Я заканчиваю вытирать столешницу и встаю рядом с девушкой, возвышаясь над ней на целый фут.
— Не могу поверить, что ты принесла с собой десерт. У меня в холодильнике было готово шикарное «Джелл-О» и взбитые сливки в баллончике.
Нора сгорбилась над раковиной и трясется от смеха.
— «Джелл-О» — это не десерт.
— Десерт, если с взбитыми сливками сверху, — заявляю я, поворачиваясь и прижимаясь задницей к стойке, скрещиваю руки на груди и одариваю ее укоризненным взглядом. — А то, что ты принесла, намного лучше?
Я протягиваю руку, беру круглый контейнер и отрываю крышку. Мои губы раздвигаются, когда я вижу, что она принесла великолепный торт, настолько идеальный, что ему место в кулинарной книге. В нем чередуются слои белого торта, клубники и розового крема. Сверху — толстый слой белого взбитого топпинга, который, уверен, не из банки. А в центре — россыпь искусно нарезанной клубники, выложенной в форме цветка.
— Ладно, ты выиграла. — Я одобрительно вздыхаю и провожу пальцем по краю, чтобы попробовать крем. — Ты серьезно выиграла.
— Надеюсь на это. — Нора смеется, а затем ставит последнюю сковороду в сушилку. Она вытирает руки и поворачивается ко мне лицом с дразнящим выражением. — Я имею в виду… это конечно не запеканка, но у меня было мало времени.
Я бросаю на нее предупреждающий взгляд.
— Нора Донахью, ты смеешься над моей запеканкой?
— И не мечтала об этом, — восклицает она, и по ее щекам ползет румянец, поскольку ей не удается скрыть ухмылку. — Очевидно, что ты трудился над этими «татер тотс». Сам чистил картошку?
 
Она снисходительна и самодовольна, и мне это чертовски нравится.
— Я и не подозревал, что ты такой гурман. — Я макаю палец в крем и угощаюсь еще одной порцией.
Девушка поджимает губы.
— Я готовлю тебе филе миньон, а все, что ты смог приготовить — это запеканка. Держу пари, ты даже не готовил ее. Готова поспорить, что это сделала твоя мама, а ты просто устроил весь этот беспорядок, чтобы создать видимость, что действительно приложил немного усилий для сегодняшнего вечера.
Ее нахальство бьет меня прямо по яйцам, и я погружаю палец в пушистую белую начинку ее торта и провожу им по носу девушки.
Нора в шоке распахивает свои голубые глаза.
— Ты серьезно только что…
Я делаю это снова, на этот раз пачкая на ее губы и щеку. Мазок похож на очертания морского конька.
— Дин, — визжит она и вытирает топпинг со щеки. — Я потратила на это время! — Нора кладет палец в рот, и мой взгляд останавливается на ее губах, когда она его посасывает.
И вот опять эта молния на штанах.
— Ты ведешь себя как сноб, — твердо заявляю я и облизываю еще раз. Черт, как вкусно.
— Рыбак рыбака, — огрызается она и берет торт из моих рук, держа его за спиной одной рукой, а другую прижимает к моей груди, чтобы удержать меня. — Прекрати ковыряться в моем десерте. Ты его не заслужил.
— О, не будь такой. — Сжимаю руки вокруг ее талии, и она прикусывает губу от возбуждения, явно не возражая против тесного контакта, когда я притягиваю ее к себе. Опускаю голову и слизываю с ее носа начинку. — Это слишком вкусно, чтобы не попробовать.
Нора взвизгивает и пытается удержать торт позади себя, когда я прижимаю свои покрытые взбитыми сливками губы к ее губам.
Черт возьми, моя молния скоро сломается.
Девушка разрывает наш поцелуй и, немного задыхаясь, говорит:
— Тогда ладно… ты заслужил все это. — Она отстраняется настолько, что бы пихнуть торт мне в лицо.
Комната становится черной, и все, что я слышу, это звук торта, падающего на пол, и хихиканье Норы, эхом отдающееся в моей кухне. Сжав губы, я снимаю очки, покрытые тортом, и смотрю на нее.
— Надеюсь, ты счастлива, потому что теперь нам придется есть мое дерьмовое желе.
Она прикрывает рот, и ее хихиканье переходит в полноценный хохот.
— Мой торт все равно слишком хорош для тебя.
Я высовываю язык, чтобы слизать прилипшую клубнику с подбородка, и киваю.
— Более правдивых слов еще никто не говорил. — В мгновение ока я протягиваю руку и хватаю девушку за талию, одним движением поднимая ее от беспорядка на полу и сажаю на стойку. Она улыбается и хватает полотенце, которое использовала ранее, чтобы вытереть наши лица. Когда мы оба относительно приводим себя в порядок, я пригвождаю ее взглядом и добавляю: — Но ты ведь подписалась на это, верно?
Я надеюсь, что она прочтет подтекст этого вопроса, потому что мне вдруг захотелось подтвердить нашу договоренность. Мы вернулись в Боулдер, к нашей реальной жизни. Может ли такая сексуальная и веселая женщина, как Нора, действительно хотеть только случайного секса?
Она прикусывает губу и проводит руками по моей груди, а затем обхватывает ногами мою талию.
— Я подписалась на фальшивый секс с моим фальшивым парнем, так чего же мы ждем?
Ее жадный взгляд переходит на мои губы, и в мгновение ока наши рты сталкиваются, и мы превращаемся в месиво из липких остатков взбитых сливок, языков и горячего воздуха, целуясь так, будто с момента нашего последнего прикосновения прошли недели, а не часы. Когда отрываемся друг от друга, я торопливо пытаюсь расстегнуть рубашку, в то время как Нора срывает свой кардиган и бросает его на пол. Затем она снимает свою белую футболку, обнажая красный кружевной бюстгальтер, который показывает ее соски через прозрачную ткань, и глубокий, животный стон вибрирует в моей груди.