Май, весна и апокалипсис. Книга четвертая (СИ)

— С поезда мы, — ответил Бергман, — Драконы сначала на Тайлово напали, а потом, практически сразу, наш состав атаковали.
После этой фразы Сергей заметил, как полицейские ощутимо напряглись и навели на него и Вовчика свои автоматы. «Эх, похоже, зря не надел доспех, — обречённо подумал Сергей, глядя в черный зрачок „калаша“. Видимо, им известно, что за контингент был в том составе».
— Так, получается, вы с зековского поезда? — спросил мужчина утвердительным тоном.
— Он не зековский, — возразил Бергман, стараясь говорить как можно спокойнее и убедительнее, — Там везли штрафных мобилизованных, из которых примерно половина действительно имели уголовные грешки. Но мы к ним не относимся.
— Ну а как же вы оказались в том составе? — с недоверчивым смешком продолжил допрос встречающий.
— Нас за уклонение от мобилизации поймали, там таких, как мы, довольно много было, — соврал Сергей, не желая вдаваться в подробности своей нетривиальной истории.
— Ну, ну, — всё также недоверчиво хмыкнул одоспешенный собеседник, — А беспилотник, что минут десять назад тут летал, случаем, не ваш был?
— Наш, — подтвердил парень, — Хотели убедиться, что здесь бандитов нет или чего похуже.
— Хм… — задумался встречающий и повернул голову к одному из полицейских, имеющему капитанские погоны. Тот после этого жеста подошел поближе и спросил, продолжая держать Бергмана на прицеле автомата:
— Ну так всё же, какие у вас дальнейшие планы?
— Вообще мы хотели переночевать и двигаться дальше, вверх по течению, однако буквально несколько минут назад узнали, что сейчас осьминоги после атаки не возвращаются в портал, а селятся в водоёмах с целью размножения, и это может представлять для нас опасность.
— Откуда вы это узнали?
— Друг позвонил из Нижегородской области.
— Да как он мог тебе позвонить? — недоверчиво спросил капитан, — Здесь ведь сотовая связь на сотню километров вокруг не работает. Разве что в городе должна быть, наверное. Или у тебя спутниковый телефон имеется?
— Нет, обычный мобильник, — Бергман аккуратно достал из кармана и показал показал полицейскому свой гаджет, — Но у моего друга, благодаря высокому рангу, есть возможность пользоваться системной связью через приложение «Игра», — пояснил Сергей.
— А ты ему тоже можешь позвонить? — заинтересовался капитан.
— Да, могу, — подтвердил Бергман, — Но только ему. У меня-то ведь ранг низкий.
— А он, получается, может звонить куда захочет, даже если нет сотовой связи?
— Да, так и есть, — кивнул парень.
— Интересно… — полицейский ненадолго задумался, а затем сказал, — Ну ладно, можете оставаться у нас. Но смотрите, чтобы без хулиганства и прочих шалостей. Потому как по причине военного положения разговор будет коротким. Да, и должен предупредить, что выше по течению и без этих ваших осьминогов опасно.
— А что там? — спросил Сергей.
— К югу отсюда, на Косьве, есть зона строгого режима, точнее, уже была, так как зеки охрану перебили, воспользовавшись пробоем, — ответил капитан, — И сейчас в тех местах полное дерьмо. А неделю назад бандиты заняли и разграбили Речник, это поселок такой совсем рядом с городом, на реке. Городская полиция даже туда не сунулась, так как у самих сил мало, а дальше к югу тоже несколько зон взбунтовались. И лодок у этих отморозков полно. Думаем, что в скором времени и сюда могут заявиться. Поэтому к вам так много вопросов и подозрений, так что не обессудьте. Но по тебе и твоему другу сразу видно, что вы явно не из той компании. Я ведь эту уголовную шваль за версту чую. Так что, добро пожаловать в посёлок Второй Причал! — грустно усмехнулся полицейский.
— А где здесь остановиться можно? — спросил Сергей.
— Да много где… — пожал плечами капитан, — Вон там, — Он махнул рукой в сторону двухэтажного кирпичного здания, — Раньше было что-то вроде гостиницы для речников, но тот хрен, что за неё отвечал, ещё неделю назад уехал на большую землю, успел слинять, чмо грёбаное. Но можно ещё у жильцов пятиэтажек поспрашивать, — капитан показал рукой на пять блочных домов в полукилометре от берега, — Тут ведь много кто уехал, а ключи соседям оставили. И ежели ликты у вас водятся, то эти квартиры вам могут сдать.
  
…
— Вот, смотрите, и мебель хорошая, и все удобства есть, — сказала Анна Ивановна, открывая дверь трёхкомнатной хрущевки, — Котельная и насосная пока, слава богу, работают, но воду дают только утром и вечером. А уж как там дальше будет, того никто не знает.
— Хорошо! — произнёс Бергман, пройдясь по квартире с убогой обстановкой, — Меня всё устраивает. Три ликта в сутки, правда, дороговато для такой берлоги, ну да ладно.
— И за десять дней сразу вперед, — напомнила женщина о предварительной договоренности, — А если раньше съедете, то денег не верну, можете не просить!
— Да, да, я помню! — кивнул Сергей, доставая гаджет, чтобыпереслатьденьги, — Какой у вас номер?
* * *
— Ну сегодня мы точно сначала прогуляемся! — твёрдо сказала Кони де Ламеро, когда я появился в её комнате.
— Да я и не против! — ответил я, притягивая её к себе за талию.
— Ну не сейчас! — жалобным тоном попросила она, крепко уперевшись в мою грудь хрупкими с виду руками.
— Но я только поцеловать!
— Ну не не надо, а то я могу не сдержаться!
— Вот и хорошо! — прошептал я, поглаживая девушку по крепким ягодицам.
— Нет, нет, нет! Сначала погуляем, я хочу пообщаться! — капризным тоном ответила баронесса, отстраняясь. Н-да, тридцать первый ранг — это сила! Непривычно как-то осознавать, что эта красивая и хрупкая девушка может без особого труда скрутить меня в бараний рог…
— Как знаешь, — я вздохнул и с демонстративным сожалением и ослабил напор, — Но пообщаться и в постели можно было бы.
— В прошлый раз не получилось.
— Ага, — хохотнул я, — Ты была неутомима!
— Фу, хватит! — она с деланным возмущением слегка ударила меня кулачком в грудь, — Пойдём!..
И снова всё та же Самарская улица, по которой мы, взявшись за руки, идём в сторону парка.
А в этом действительно есть какая-то прелесть — видеть и идти по запечатленному в виртуальности воспоминанию о мирных и счастливых временах. Беззаботные прохожие, весело переговариваясь идут мне навстречу, дети со счастливым видом поедают мороженное…
— Тебе тоже тут нравится? — спросила Кони, уловив мои эмоции, — Мне это напоминает о моем родном мире, хотя и архитектура другая, и одежда. Но, может быть, это всё ложные воспоминания.
— Ложные воспоминания? — удивленно переспросил я, — В каком смысле?
— В прямом, — вздохнула она, — Иногда мне кажется, что я такая же непись, как и местные жители. Здесь ведь есть полноценные копии реальных людей, которые уверены в том, что они находятся в реальном мире и являются реальными живыми людьми, и я опасаюсь, что могу быть такой же, как они.
— То есть здесь есть неписи, которые совсем не подозревают, что они неписи, и думают, что они настоящие реальные люди? — уточнил я.
— Да, — кивнула девушка, — Я ведь тебе уже говорила об этом.
— А их не смущает то, что здесь пространство ограниченно?
— Для них оно неограниченно, — ответила девушка, — Прошлым летом несколько знакомых неписей даже на южные курорты ездили, вернулись загоревшими и с полным набором воспоминаний. То есть, на самом деле, они на самом деле никуда не выезжают, просто при выходе за пределы локации неписи перемещаются в цифровую форму, а когда возвращаются, то им добавляются ложные воспоминания. Вот я и думаю — а вдруг я такая же непись с ложными воспоминаниями?
— Хм, — задумался я, — Но какой в этом смысл? Те неписи созданы для того, чтобы ты могла изучить языковую и культурную среду. То есть они созданы Системой для определенной цели, ради твоего обучения и поддержания в бодром состоянии. А с какой целью существуешь ты? Стоит ли так заморачиваться ради инженера, если он непись? Тут уж можно сказать, что это я непись, созданная для того, чтобы поддерживать тебя в бодром состоянии духа.