Свет его души
Пока размышлял о дворцовой жизни, добрался до ярмарки. Она широкой полосой раскинулась вдоль городской крепостной стены. Миновав ряды с зеленью, мясными изделиями и вкусно пахнущим печеным, нырнул под арку, с которой начинались павильоны торговли живым и неживым товаром. Лошади, коровы, птица и дикие звери в стойлах и клетках. Люди и орки, ищущие найма. Мертвяки, поднятые некромантами и используемые как грубая рабочая сила. Срок их второй «жизни» зависел от места службы и тяжести труда. Здесь воздух пах хуже, чем в загоне для баранов. Что уж говорить, товар предлагался лежалый. Наярду пришлось приложить к носу надушенный платок.
На самом отшибе высился новый павильон. Сколоченный на скорую руку, он был украшен куском длинной ткани с надписью: «Душа – лучший друг и помощник». Дракону пришлось спешиться. Площадь оказалась под завязку забита желающими приобрести необычный товар. На входе в руки сунули свернутый вдвое листок, где перечислялись прелести приобретения Души.
В первых строках указывалось, что Душа не нуждается в питании, сне и одежде. Продавец с гордостью сообщал, что выбирались только те экземпляры, что с честью прожили короткую жизнь. Здесь шел намек на молодость выставленных Душ. Дополнительно оговаривалось, что родственники не пожалели денег на достойные похороны, что означало – ушедший человек был ими горячо любим. А это явно покладистый характер и хорошее воспитание.
Отдельно указывалось, что Души прошли магическую обработку, поэтому, хоть и являлись призраками, были вполне материальны и разумны. Правда, владели только теми знаниями, какие приобретались в процессе жизни. Ничему новому Души обучиться не могли за неимением мозговой активности, поэтому покупателю не стоило надеяться на какой–либо прогресс. В конце восхваляющего текста мелкими буквами было дописано, что Души возврату или обмену не подлежат.
«То есть, ошибся, выбрал не ту, и майся сам всю жизнь? – хмыкнул Най. – Надо бы крепко подумать, прежде чем тащит такое приобретение домой».
Крупно было выделено одно единственное условие поддержки Души в рабочем состоянии: «Душе требуется любовь и бережное отношение».
В принципе, дракон был с этим согласен.
«За любой вещью нужно ухаживать, если хочешь, чтобы она служила долго. Взять хотя бы сапоги – не будешь мыть, чистить, набивать на лето бумагой, чтобы не потеряли форму, и года не прослужат».
Взглянув на выставленные экземпляры, Най с удовлетворением отметил, что товар хорошего качества. Не было ни одной Души, от вида которой хотелось бы поморщиться. И пахло как–то волшебно. Дракон повел носом и уловил цветочные ноты.
– Розы? Интересно…
– Раз, два, три, продано! – выкрикнул шустрый человек со сцены, подталкивая вперед одну из Душ. – Торговка фиалками, погибшая в давке при коронации, уходи господину в черном.
Хорошенькая девушка со светлыми кудряшками присела в реверансе. Ее лицо освещала улыбка.
«Вот такую бы взять в помощницы Пен. Сразу видно веселая и общительная. Жаль, что уже продана», – Най проводил взглядом девушку, отошедшую вглубь навеса, где ждали окончания торгов проданные Души. Наярд понял, что они ждут, когда за них внесут плату. Человек за конторкой активно пересчитывал деньги.
– Жокей, попавший под копыта на бегах! – торговец указал на худенького паренька в белых бриджах и короткой курточке. – Можно использовать для дрессировки лошадей, при обучении детей держаться в седле, на посылках. Вполне сойдет за компаньона в дальней поездке.
– А в качестве секретаря? – подала голос дородная дама, активно обмахивающаяся веером.
– Простите, но он грамоте не обучен, – торговец сделал скорбную мину. – Что нисколько не принижает прочих его достоинств. Стартовая цена пятьсот золотых.
У лорда Хорна захватило дух. Хотелось спросить: «Сколько–сколько?!». Отличный скакун стоил вдвое меньше.
– Господа, не забывайте, что Душа бессмертна! Достойное вложение денег. Она послужит еще вашим детям! – торговец повертел жокея, чтобы тот показался со всех сторон. – Итак, пятьсот золотых! Кто даст больше? Пятьсот десять мужчина с саквояжем. Отлично! Пятьсот двадцать? Кто даст пятьсот двадцать?
Наярд перестал следить за торгами, когда с удивлением обнаружил, что в ряду Душ, которых еще не продали, остался всего один экземпляр. Остальные ждали своей очереди у конторки и готовы были отправиться к новым хозяевам.
– Надо было раньше прийти, – с досадой прошипел дракон.
Брать последнюю девицу совсем не хотелось. Главным ее недостатком было наличие свадебного платья и фаты. Какой дурак согласится, чтобы по дому расхаживал призрак мертвой невесты?
– Жокей продан господину с саквояжем! – объявил торговец и тут же подтолкнул вперед следующий лот. – Девушка в свадебном платье! Начальная цена двести золотых! Грамотна, аккуратна, скромна.
Желающих торговаться, как и ожидалось, не было.
Глава 3
Торговец обреченно вздохнул. Народ уходил.
– Господа. Всего двести за прелестную девушку. Неужели нет желающих?
Лот стоял, стыдливо опустив глаза.
– А почему такая низкая цена? – толстуха с веером перестала им трясти. – В чем подвох? Только лишь в свадебном платье?
– Невеста требует особого душевного ухода. Без него быстро чахнет. Как видите, я не скрываю недостатков этой ранимой Души. Обстоятельства смерти обязывают.
– И что же за обстоятельства? – дама стукнула сложенным веером по ладони.
– Умерла от удара, когда в день свадьбы узнала, что жених сбежал с ее подругой.
– Слезы, истерики, стенания? – поинтересовался мужчина в летах. Увидев, как скривилось лицо торговца, добавил. – Этого от своих жен вполне хватает.
Он досадливо махнул рукой и принялся пробиваться к выходу. В толпе зевак оказалось больше, чем покупателей. Последний лот явно не пользовался интересом, зрители потянулись к выходу.
– Кому захочется, чтобы по дому блуждал призрак в свадебном платье? – вздохнул господин с саквояжем и направился к конторке, чтобы забрать купленного жокея.
– Меня жена выгонит, приведи я такую, – добавил толстяк, вытирая потный лоб.
– Ее переодеть бы. Секретарь в свадебном платье при обсуждении дел? Сомнительное приобретение, – дама с веером поморщила нос.
– Увы, ни одну Душу переодеть или раздеть невозможно. Как и подстричь, расплести волосы, стереть помаду или смыть наложенные румяна. Все останется так, как Душа выглядела в день смерти.
Торговка фиалками в подтверждение слов послала воздушный поцелуй, демонстрируя всем, что яркая помада на ладони не отпечаталась.
– Так что? – аукционист обвел взглядом оставшихся зрителей. – Берем невесту или нет? Кому достанется последний лот? Кто предложит двести десять золотых?
– Такой дамочкой только свах и невест отпугивать, – хихикнул стоящий рядом с Наярдом молодой человек с франтоватыми усиками. – Придут к тебе девицы, мечтающие захомутать, а тут она – чай со слезами на глазах подает.
– Двести десять дама с веером, – ободрился торговец, уловив движение пальчиков пожилой дамы. – Спасибо, леди, что решились. Душа не только читает и пишет, но и владеет математикой. Из нее выйдет отличный конторский служащий. Какая разница, в какой одежде она корпит над учетными книгами?
– В то же время, если надоест, невесту можно одолжить друзьям, – продолжал рассуждать франт. – За деньги. Почасово. Уверен, цена быстро отобьется.
Неожиданно решившись, он громко выкрикнул:
– Даю двести двадцать!
Самый желанный жених королевства медленно поднял смоляную бровь.
– Пятьсот! – произнес он, звонко щелкая пальцами.
– Пятьсот раз! Пятьсот два! Пятьсот три! – быстро протараторил торговец Душами и, задыхаясь от радости, что сумел избавиться от неходового товара, да еще за такую цену, объявил: – Продано!!! Невеста отдана господину из рода Железных драконов.
Лорд Хорн вез покупку домой верхом на коне. Очень жалел, что не велел подать карету, сейчас бы на него не пялилась половина города, удивляясь, когда это Наярд успел жениться. А ведь конюх предлагал. Да–да, такой в поместье тоже имелся, наряду с садовником и сторожем, обитающими в соседнем, чисто мужском, флигеле.