Статус: Пропаданец (СИ)
Я стоял в шоке от перемены поведения начальника службы безопасности одного из сильнейших кланов этого мира. Сначала он нас всех хладнокровно расстрелял в упор, а теперь ссытся от простого вопроса хрупкой эльфийки. Что за?..
— Лилит, это точно начальник вашей службы безопасности? — с сомнением спросил я.
— Его назначили уже год как, — процедила она сквозь зубы, не отпуская его из своей стальной хватки. Ну и силища у этой хрупкой красавицы! — Эта гниль мне с самого начала не нравилась. Скользкий самовлюблённый карьерист! Я давно отцу твердила, что это ошибка, и он не потянет такую должность. И так и случилось! Безопасность сразу трещать по швам стала, я всё время находила прорехи. Естественно, кому как не наследной принцессе заниматься вопросами своей безопасности и безопасности чертогов!!!
Она повысила голос и чуть окончательно со злости не придушила этого урода. Но я вовремя понял, что мы лишимся ценного источника информации, и предупреждающе сжал плечо эльфийки:
— И итогом разгильдяйства стало проникновение повстанцев на территорию, — добавил я, переводя локус её гнева. — Правда, не понятно, как они связаны, и связаны ли вообще, повстанцы и те, кто стоит за ним. А ещё не понятно, как же ты тогда е смогла отсюда убежать. Ведь пыталась же? Не он же тебя тут держал?
Я кивнул на пленного «языка», а он тут же обрадованно заголосил вновь:
— Не я! Не я! — и согласно закивал и замотал головой так, что я забеспокоился, как бы она не оторвалась. — Это их, их идея! Я тут ни причем! Мне просто обещали полную власть над Чертогами! Мне обещали повышение до руководителя безопасности клана! Всего лишь надо было вас убрать, а вы ведь бессмертны, и покушение организовали бы так, что как будто защита спала от рук предателей, тут же зафиксировали бы смерть при свидетелях, и ликвидировали бы тело. Ну, не ликвидировали бы, а увезли вас куда-нибудь, я не знаю! Видите? Видите? Я всё вам говорю! Отпустите, пожалуйста, я хочу на коленях выпросить прощения у своей принцессы! Молю! Пощадите, добрые эльпиры и люди!
У него что, биполярочка, что ли? Из огня да в полымя — бросается своими грандиозными планами по захвату, и тут же готов молить о прощении на коленях.
Лилит отпустила его, видимо, не ожидая такого лебезящего напора, и он неведомым образом извернувшись, подскочил к Анне, выхватил её копьё и, вопреки нашему не созревшему ожиданию, что он бросится на нас, крикнул:
— Они всё доведут до конца! Надо было вам сразу меня убить! Хххаахахахахахаха, — расхохотался этот безумец, отбегая от нас на расстояние, и, выкрикнув последние слова: — Я воскресну и отомщу вам за позор, особенно тебе, мелкая уродливая дрянь! Мне обещали!!! Аххахахаха!
Эльпир с одной рукой, нелепо извернувшись, со всей силы насадил себя через глаз на отнятое у Ани копьё.
И так и остался висеть на нём в кошмарной конструкции фильмов ужасов.
А Лилит заплакала. Заплакала горючими слезами, всхлипывая и задавая нам совершенно неожиданный вопрос:
— Ну почему? Почему я такая уродливая родилась? Почему они не лают мне пройти посвящение и держат тут взаперти, заставляя страдать от своей, такой страшной, уродской внешности?
Мы остолбенели от такого поворота, совершенно не зная, что предпринять. Я всего ожидал: что будут слёзы из-за предательства или чего-то подобного… Но чтобы из-за внешности? Тем более, с какого перепугу она себя уродкой считает? Что это за вывернутые наизнанку каноны красоты?..
Глава 16
Всё, что я мог придумать, это подойти и поцеловать эту ревущую в голос красоту взасос.
И красота мне ответила. Неумело, удивлённо, но зато перестала в голос выть. Ещё и заинтересованно стала активность проявлять. И руки мои уже не за плечи её обнимают, а … внизу, на мягких булочках такой шикарной попки?!. ОООууу! Да она горячая штучка! Она инстинктивно выгнулась под моими руками, запустив пальцы в мою шевелюру и прижимаясь ещё теснее.
— Кхм-кхкм, — смущённо кто-то кашлянул, и Лилит вырвалась из объятий. Ой.
Взгляд её упал на мои брюки, там где пах, и молодая эльфийка залилась краской.
— Ну вот скажи, будет ли здоровый мужчина в самом расцвете сил так реагировать на уродину? — прокомментировал я свой тент из брюк.
А смысл смущаться, когда все всё уже увидели? Надо повернуть в свою пользу подскочивший так не вовремя казус. А хотя мой «казус» очень даже вовремя подскочил, и ему плевать на висящий на копье труп несостоявшегося убийцы и властелина службы безопасности. Инстинкты — они такие инстинкты. Да и расслабиться мне уже давно пора, кстати. Я устал, я мухожук, я не хочу бегать по этим Чертогам и стрелять во всех по пути. Я хочу нормально поспать (и чтобы без этих непоняток с видениями), вкусно поесть и от души помять такие шикарные сисечки (и не только сисечки, и не только помять).
— То есть, вас не смущает, что рядом труп, нанизанный на копьё? — решил уточнить Алис.
— Ну, так как тебя не смущает, что ты не-мёртвый, и пули тебя не берут, то почему меня должны смущать мёртвые враги? Меня больше смущает, что это спросила не Аня, а ты.
— Ну, трупов я уже много видела, — совершенно спокойно ответила Аня, — мы с первого курса с ними бок о бок. А к убийствам… Я даже начинаю привыкать… И ты, Лиль, красивая очень! В нашем мире за такую красоту девушки чего только не готовы отдать…
— А в чём вопрос, собственно? — подключился Охкоа. — Все местные эльпирки, которых мы видели, страшнее нашествия чумы. А ты единственная, кто из местных хорошо выглядит, да ещё заткнёт за пояс многих красавиц из моего мира.
— И, кстати, да. Почему ты на них не похожа? — наконец, и я додумался задать давно мучающий меня вопрос.
— До прохождения ритуала и вступления на путь эльпира, все маленькие эльпиры считаются неполноценными. У нас есть только эльфийская ипостась, и только после посещения мира людей, когда мы там проживём сотню ваших лет, нас принимают в полноправные граждане.
— Не совсем понимаю, где здесь момент превращения в твоих серокожих страшных собратьев.
— Мы выбираем жертву, и проводим ритуал. Уже здесь. Старейшины сначала одобряют мою жертву, а потом происходит трансформация.
— А какова ваша вторая ипостась?
— У вас её называют вампирами. И так оно и есть. Человеческая кровь — катализатор изменений, и там, на Земле, мы получаем эту вторую ипостась. И те люди, кто с нами контактировал, но выжил, неправильно слышали название нашей расы, потому и идут слухи о вампирах, упырях, упырах и так далее.
— Ну да, разница в произношении, такая знакомая тема, — вставил пять копеек Алис, который Алисей из Белоруссии.
— Какая там у тебя жажда, Алис? — вспомнил я свою ускользающую мысль, когда он о жажде и голоде заговорил. — Кровушки не хочется?
— О! Да! — одновременно с восклицанием Алис умудрился сглотнуть слюну, и получилось это очень аппетитно. — Вот чего мне не хватало! Крови!
И Алис стал будто принюхиваться, пробуя на вкус воздух.
— Но меня не влечёт кровь эльпиров…, — и повернулся к Ане. — А вот твоя…
— Ммама! — Аня стала отступать, в панике схватилась за копьё и выдернула его из эсбэшника, стремясь себя защитить любым путём.
И её не смутили мозги на наконечнике. Зато меня смутила её сила. Не каждой удастся одним махом выдернуть из башки трупа копьё, да ещё и если этот труп на нём висит. Какая-то неправильная аптечка у нас получается. И намёки на режим берсерка тоже добавляют непонятностей в её возможностях. С мозгами врагов всё понятно — она сама уже сказала, что начинает привыкать.
Боже мой, вокруг меня какой-то паноптикум начинает формироваться! Волосы на голове ещё не шевелились, но морально я к этому начал готовиться. И с интересом посмотрел на остальных.
Алис — оживший эльпир, которого пули не берут. Вампир, что тут скажешь.
Аня — медик-недоучка с замашками берсеркера.
Лилит — эльфийка с секретом. Неизвестно, чем она нас ещё может удивить.
Хорошо хоть я в Охкоа уверен. Поселив его в своей голове, в итоге так или иначе будешь ему доверять.