Князь-гладиатор (СИ)

  
Князь-гладиатор
   
Глава 1
 
Амфитеатр, как всегда, был полон. «Домашняя арена» — так ее ласково называли местные воротилы — исправно собирала на субботние бои всю станцию. Казалось бы, 25 век, масса других развлечений, ан нет, именно здесь на тотализаторе крутили огромные деньги, а хозяева «конюшен» выставляли товар лицом, чтобы сравнить его с другим, продать или, наоборот, перекупить, для участия потом в более крупных межпланетных соревнованиях.
Структуру всего этого теневого бизнеса Милена представляла плохо, лишь понимала, что гладиаторские бои — один из главных источников дохода Зубра, наравне с производством синтетических наркотиков и урановыми шахтами. Зубра на самом деле звали Харом, но это имя предназначалось только для близких, и то не факт, что оно совпадало с тем, что в паспорте. Хотя и в самом наличии настоящего паспорта у столь одиозной личности Милена тоже сомневалась. Тут, в диких секторах, где по велению недоброго случая девушке угораздило оказаться, единственным законом являлось слово хозяина.
Сегодня Зубр пребывал в отличном расположении духа. Его корабль только вернулся на базу, после какой-то удачно прокрученной аферы, а еще ему случилось прикупить по дороге, причем за бесценок, очень перспективного бойца. В глазах Харома так и скакали цифры, которые он рассчитывал на своем новом «скакуне» заработать.
Все это рабовладелец с пылающим энтузиазмом видом поведал Милене за ужином в единственном шикарном ресторане на станции. Вход сюда был доступен только для VIP персон, да и не один охранник или кто-то из обслуживающего персонала, чисто финансово не смог бы потянуть подобный визит. «Звезд Мишлен» ресторан с неба не хватал, однако сам факт пребывания здесь демонстрировал статус. Как и надетое сейчас на девушке громоздкое бриллиантовое колье, занимающее практически целиком вырез декольте. Все вокруг должны были видеть — что дела у Зубра идут прекрасно и на удовольствиях, как и на своей женщине, он не экономит.
— Смотри, в следующем раунде будет новичок. Оцени фактуру! Почти уверен, что эта старая потаскуха Беретта уже сегодня попытается его перекупить, да только хрен ей с маслом, — экспрессивно бросил Зубр.
В ложе они сидели вдвоем, если не брать во внимание охрану, которую рабовладелец за людей не считал. Милена ему широко улыбнулась. С подобострастным обожанием, которое Харом ценил чуть меньше, чем деньги. Девушка не заблуждалась, что Зубр примет ее эмоции за настоящие. Этого и не требовалось. Нужно было просто являть конкурентам образчик влюбленной в него до щенячьего визга красивой статусной куклы. На этом ее обязанности заканчивались. Почти.
Прозвучал гонг, и на арену вышли новые гладиаторы. Предстояла простая кулачная драка пара на пару. Единственное правило на «домашних» боях гласило — не убивать. Все остальные приемы, даже самые подлые, были разрешены. Милена, признаться, не любила все эти перекошенные лица, неизбежную кровищу, а еще хуже — сломанные носы, которые ей по несколько в неделю приходилось вправлять. Но требовалось изображать искренний интерес. Впрочем, новичок и впрямь девушку заинтересовал.
Высокий в меру накачанный с правильными, Милена бы даже сказала благородными, чертами лица. Не то чтобы красив, хотя, пожалуй, приятен. Однако выделяло его из общей массы не это. И даже не длинные черные волосы, как-то мудрено заплетенные на голове и собранные сзади в хвост. А… уши. Чуть удлиненные и острые на конце.
— А… что у него с ушами? — не сдержала любопытства Милена.
Зубр загоготал:
— Да он эльф! Во всяком случае таковым себя считает. А по мне хоть лепрекон, лишь бы драться умел. А этот — зверюга! Гору уделал, — довольно подытожил рабовладелец.
«Эльф⁈ Боже, каких только фриков не бывает!» — подумала Милена, снова переводя взгляд на арену. Новичок был ловок и быстр, но больше оборонялся, чем нападал, явно куража от битвы не испытывая. Этого Зубр о-очень не любил. Впрочем, у него имелись свои методы «воспитания» гладиаторов, после которых те куда более рьяно кидались отстаивать интересы хозяина. Милена о них предпочитала не знать.
 
— Мрак! Я его назвал Мрак! — с гордостью произнес Зубр, с такой интонацией, как когда-то в детстве говорил миленин отец о породистых щенках, которых разводил.
Парень отправил в нокаут своего оппонента и его взгляд, скользнув по трибунам, остановился на ней. Два бездонных, почти черных колодца, из которых действительно повеяло мраком, а по коже пробежали мурашки. Да уж, прозвище в самую точку. Милена часто и много видела гладиаторов вблизи. Обычно их глаза выражали только три эмоции: безудержную ненависть, трудноскрываемую похоть и полное безразличие. Последние, как правило, были уже нежильцы. Взгляд же эльфа припечатывал презрением. Так смотрят… на грязных попрошаек и отнюдь не рабы. На нее точно никто и никогда так не смотрел.
В этот момент отвлёкшемуся на секунду Мраку прилично прилетело от второго противника, однако он устоял, и бой продолжился. Гладиаторы Зубра выиграли, и тот на радостях схватил миленино лицо и смачно ее чмокнул в губы. Снова по коже пробежал озноб, и сознание затопило чувство неприязни. Но за год на станции девушка научилась его мастерски подавлять. Каждый здесь выживает, как умеет.
  
Глава 2
 
— Ха! Видали, наш эльф на Милку вытаращился и огреб, — сообщил всему отсеку Конан «последние новости». Когда сидишь в клетке, пообсуждать особенно нечего, а амбал любил потрепаться, дай только повод.
Таурохтар эту фразу проигнорировал, как будто она касалась ни его. Но болтливый гладиатор не унимался.
— Ты это, не зыркай большее так на Милку, потому как она зубровская милка, сечешь? — и Конан заржал от состряпанного каламбура. — Он и зенки повыколупывать может.
Князь снова проигнорировал. Просто начал раздеваться, чтобы принять душ. Жилье для гладиаторов на станции оказалось почти ничем не лучше, чем на зубровском транспортнике, где их держали до этого. Всего отличий — что отхожее место и душ таки отделяла замызганная шторка, и воду не отключали. Ну и самих камер, с решеткой вместо передней стены, было уже не шесть, а в два раза больше. Куча нового народа, которого Таурохтар не знал и познакомиться не порывался.
С того момента, как их с королем предали на родной планете и продали пиратам, прошло около двух недель. Корабль Зубра только сегодня вернулся на станцию, и Анариона, боясь, видимо, что эльфы вдвоем могут представлять опасность, перепродали другому хозяину. «Информация, связь, выкуп» — бросил король на синдарине, покидая камеру. Пожалуй, стоит начать с последнего. Во время перелета Зубр в отсеке гладиаторов не появлялся, но сейчас, когда их стали выводить на бои, возник шанс добиться разговора с хозяином.
От самого слова «хозяин» эльфа выворачивало, как от запаха тухлых яиц, и, наверное, если бы не его величество рядом, Таурохтар бы уже заработал за свою непокорность скорую смерть. Все его нутро противилось подчиняться этим людям, выполнять их приказы. Он — эльфийский князь, а не послушная марионетка. Однако сир умел быть убедительным. Таурохтар, поразмыслив, признал его правоту, хотя ему она и претила.
Анарион считал: умереть — значит сдаться. Бросить на произвол судьбы близких на Валиноре, свои земли, саму планету. Оставить процветать предателей. Он считал, что нужно принять правила игры, даже если придется нарушить нормы морали — притворяться, врать, убивать. Использовать любые средства, чтобы вернуться домой. Если хотя бы один из них сможет это сделать, то либо приведёт помощь и освободит второго, либо хотя бы защитит его близких там, на родине. Выкуп казался самым простым путем. Тем не менее захватившие их пираты сочли, что предложение лишь уловка, и перепродали «опасный товар» дальше. Быть может, купившие эльфов Зубр или Псих окажутся сговорчивее?
Сегодня на арене состоялся первый бой, хотя он мало отличался от тренировочных. Таурохтар прекрасно владел мечом, но Зубр почему-то придерживал эту информацию, вынуждая его драться на кулаках, как будто чувствовал, то эльфа это унижает. Уложив первого соперника, Таурохтар пробежал глазами по элитным местам на трибунах, стараясь найти «хозяина», а наткнулся на нее.