Полковник ищет няню. Срочно! (СИ)
С соседом как-то сложнее. Хотя какое мое дело? Никакого. Мы же решили забыть о поцелуе. Забыть о чем? Вот так-то лучше.
Но оказывается, не лучше, потому что спустя два часа возле дома останавливается машина. Мы со Стаськой как раз во дворе сидим. И отлично видим, как из тачки вылезает Матвей. А с водительского сиденья девица. А потом они кокетливо шушукаются, стоя друг напротив друга.
Глава 13
Глава 13
- Я ее знаю, - выдает вдруг Стаська, бросив взгляд, и возвращается к плетению венка.
Очень интересно.
- И кто она? - спрашиваю максимально безразлично.
- Когда я только приехала, она приходила к нам в гости, - Стаська морщит хорошенький носик, глядя на меня с прищуром. - Она мне не понравилась.
Вот, дети такое чувствуют. Не зря мне тоже не понравилась. Особенно то, как она руки на плечи соседу положила. Поглаживает. И явно не прочь прижаться к кубикам.
Остервенело мотаю одуванчик, так что стебель отрывается.
Нет, ну вы на него посмотрите. Прыгает в машины ко всяким девицам. Не боится, что его в лес увезут и изнасилуют?
Судя по довольной улыбке - не боится. Девица чмокает его в щеку и кокетливо ручкой машет, усевшись в авто. Матвей поднимает руку. А за ней и взгляд. Который как раз в меня упирается. Так и стоит с поднятой правой рукой.
Сейчас подойду и рявкну: клянетесь ли вы говорить правду и только правду? Что было с этой блонди? Целовались? Обжимались? Или чего похуже?
Да что ж ты, негодник, казенное тело разбазариваешь? Так никаких кубиков не напасешься…
Вместо этого я, конечно, каменное лицо делаю и продолжаю крутить венок. Сейчас бы согласилась сделать терновый, и соседу на голову водрузить. Но приходится обойтись ромашковым.
- Как дела? - интересуется Матвей, замерев у моей калитки и положив на нее руки.
Молча мотаю, не глядя на него. Кашляет, внимание привлекает.
- Пап, мы хорошо, - отвечает Стаська. - У меня для тебя подарок! Сейчас!
Она в дом убегает, а Матвей спрашивает:
- Что-то не так?
И попытку делает на участок войти.
- Брысь отсюда! - шиплю я. - Развратникам вход воспрещен. Сейчас водой святой окроплю.
Он брови вздергивает. Думает.
- Это ты про Лину? Мы случайно встретились, просто выпили кофе.
- Мне все равно. Держись подальше, как и обещал.
- На что ты злишься? Мы же все решили…
Ответить не успеваю. Стаська возвращается и протягивает отцу свое произведение искусства. Очень толстого супермена с маленькой головой и болтающимися ручками-ножками.
- На папу похож, правда? - улыбаюсь Стаське, она радостно кивает.
А папу слегонца перекашивает. Посылает мне тяжелый взгляд.
- Пойду домой, буду готовить ужин, - говорит мне.
Я игнорирую. Продолжаю венок мотать. Нет, ну не гад ли? Натуральный же. Образец для книги “Фантастические твари и где они обитают”. Я и адрес могу дать.
Вскоре из открытой соседской двери начинают выбиваться ароматные запахи. Мы со Стаськой доплели венки и теперь вырезаем снежинки и разукрашиваем их красками.
Для сохранности дома - все так же на улице. А что, погода хорошая, и проще наблюдать, не шныряют ли вокруг всякие блондинки.
То есть мне-то до блондинок дела нет. За имущество опасаюсь. Не более того.
- Девчонки, ужин, - подхалимски зовет Матвей.
Я глаза закатываю. Ну просто идиллия.
Вот если бы он так вкусно не готовил, ни за что бы не пошла. Опять же экономия на продуктах. В общем, отмыв Стаську, которая, увлекшись, перешла со снежинок на собственные руки, я веду ее на ужин.
- Проголодалась, малышка? - спрашивает Матвей, хватая ее и кружа.
Она визжит от восторга. Потом он ее кидать начинает до самого потолка. Ну то есть она или головой треснется, или он ее не поймает. На лицо попытки избавиться от ребенка.
Ребенок, конечно, этого не понимает. Хохочет, смеется. Я тактично сижу за столом, жду ужин.
На Матвея кошусь. Подозрительно хорошее настроение. Говорят, такое бывает после секса. Понятно теперь, почему я на нервах. Потому что только наблюдаю, как этим занимается кто-то другой.
Нет, неужели он действительно с этой блонди?.. Вот так спокойно. Поцеловал меня, потом бросил на меня же дочь, а сам умчал… На крыльях возбуждения.
- Ужин, - Матвей передо мной и Стаськой ставит тарелки.
Кривлюсь в попытке улыбнуться. Наверняка вкусно. Даже придраться не к чему.
Ем с каменным лицом. Жую максимально медленно. Матвей наблюдает. Учится, возможно, как есть не за то время, пока спичка полностью сгорит.
Назло начинаю еще медленнее жевать. Наверное, уже на верблюда похожа. Даже Стаська ужин переплыла, а я все ем. Матвей щурится, теперь уже не сводя с меня глаз.
- Что-то не так? - спрашиваю, закидывая на вилку микроскопическую порцию.
- Может, начнешь по одной рисинке в рот класть? - интересуется. - Для большего удовольствия.
- Что хочу, то и кладу в рот.
Он бровь вздергивает, опуская взгляд на мои губы, а я краснею почему-то.
- Ты все еще злишься из-за того, что случилось? - он понижает голос, кинув взгляд на Стаську, которая, доев, уселась на диване с книжкой.
Злюсь ли я на то, что случилось? Нет! Я злюсь на то, что не случилось!
- Не понимаю, о чем ты, - отвечаю ровно, все же ускоряясь в процессе принятия пищи.
А то я тут буду до ночи сидеть. И на вопросы неудобные отвечать.
- Нет, Мия, серьезно, если есть какая-то проблема, лучше решить ее сразу… Чтобы не было недопониманий.
Жую. Проблема? Проблема в том, что тебе все равно с кем целоваться. И все остальное прочее. А мне… Мне вообще-то понравилось!
- Никаких проблем, - заверяю, наконец отодвинув пустую тарелку. - Что ж, думаю, на сегодня мой рабочий день окончен. Увидимся завтра.
Встаю, царственно кивнув.
- Пока, Стаська, - с улыбкой присаживаюсь рядом с ней на корточки.
- Оставайся с нами, - тут же просит она. - Смотри, какая у меня книжка.
- Классная, - соглашаюсь, поглядев на братца лиса и братца кролика в ковбойских костюмах. - Знаешь, кто такие ковбои?
Она мотает головой.
- Завтра с тобой поиграем, договорились? Только нужны будут старые штаны, которые не жалко. Пришьем к ним бахрому и будем учиться кидать лассо.
- Вау! А что такое лассо?
- Завтра расскажу. Хорошо?
Стаська кивает, а потом, отложив книгу, вдруг обнимает меня. Довольно крепко, так что, покачнувшись, опускаюсь на колени. И обнимаю ее в ответ. Это так приятно, чувствовать детскую любовь. Глажу ее по спине с улыбкой.
А когда встаю, ловлю хмурый взгляд Матвея.
- Я провожу Мию до калитки, сейчас вернусь, - говорит он, и теперь хмурюсь я.
- Что не так? - спрашиваю, как только закрывается входная дверь.
Глава 14
Глава 14
Матвей продолжает хмуриться, подыскивая слова, видимо. Я терпеливо жду. Вижу, как он изменился. Обеспокоен. Никакой привычной язвительности. И недовольство какого-то иного рода.
- Я понимаю, что это прозвучит странно, - говорит наконец, - но по возможности… Не хочется, чтобы Стася сильно к тебе привязалась. Ты уедешь, и ей будет тяжело.
Отворачиваюсь, глядя на сумерки, которые уже перетекают в вечер. Небо становится темным, и даже воздух как будто темнеет и немного звенит.
- Я понимаю, - киваю наконец. - Но это неизбежно случится, ты же осознаешь это? Когда вернется ее мама?
- Обещала к концу лета. Но… Я бы не делал на нее ставку. Из того, что она рассказывала, несложно понять, что Стаська для нее балласт.
- Зачем же она тогда рожала? - не удерживаюсь от вопроса.
То есть я против всякого рода избавлений от детей. Но она-то, вероятно, нет. Раз так поступила с девочкой.
Матвей устало вздыхает.
- Как я понял, против были ее родители. Они даже мне хотели рассказать, но я тогда переехал далеко на север по службе, так что связи не было. В итоге Анжела родила и спихнула дочь на родителей. С деньгами действительно нет проблем, но очевидно, что Стаське не хватает…