Лейкоцит (СИ)
А ещё от количества этой самой «питательной ценности» конкретной особи, напрямую зависел уровень агрессии по отношению к этой особи неких… Мезоморфов.
Что же касается «откармливания плодов», то там вообще была совершенно отдельная история…
— Я тебя слишком переутомила? — Внезапно остановившись поинтересовалась Кшайя. — Я ведь предупреждала, что это всё очень сложно.
— Сложно. — Не стал спорить я. — Это просто охренеть, как сложно, дорогая. Но, я у тебя умненький, а потому разберусь. Точнее уже вроде бы разобрался, но… — Я задумчиво почесал свой всё ещё совершенно лысый затылок. — Давай, так? Давай, я тебе сейчас для начала пример приведу, а ты скажешь ошибаюсь я где-нибудь или нет? Просто согласись, что на наглядных примерах оно порой гораздо лучше видно? — Ещё раз почесал затылок и продолжил:
— Вот смотри. Допустим, у меня, чисто абстрактно, есть некие… десять единиц «питательной ценности». И на данный… бюджет, для начала, я решил установить себе, например, стоящую пять единиц питательной ценности клешню. Клешня, это пассивный генм, следовательно, что атакую я ей кого-то, что не атакую, она просто единоразово отминусует с моего «баланса питательной ценности» пять единиц, и мой оставшийся положительный баланс питательной ценности составит ещё пять единиц, так?
— Все верно. — Кивнула толстуха.
— Отлично. — Кивнул в ответ я. — Далее, допустим, я решил дополнительно установить себе некий активный генм, например, в виде железы которая позволит мне плеваться кислотой. Активный генм при установке ничего у меня с баланса не спишет, и мой положительный баланс питательной ценности по-прежнему останется равен пяти единицам. Так?
— Да.
— Однако каждый конкретный плевок при помощи этой самой железы будет списывать с моего оставшегося баланса питательной ценности некоторое количество единиц этой самой ценности, и как только оставшаяся у меня «свободная» питательная ценность опустится до нуля, я вне зависимости от обстоятельств автоматически сдохну. Я ничего не напутал?
— Нет. — Покачала головой Кшайя. — Все так и есть. Именно поэтому «мерек», так важен.
— Кто важен?
— Ни, «кто», а «что». Мерек. Этим словом называют инстинктивно выработанную способность в любой горячке боя просчитывать свою свободную питательную ценность, чтобы… внезапно не просесть по ней в ноль. Хотя… — Кшайя замялась. — Хотя мерек, это удел избранных. Остальные же просто предпочитают по умолчанию ставить себе в основном исключительно пассивные генмы, типа когтей, клыков, и тому подобного, а если и снисходят до генмов активных, то выбирают там модификации разово-точечного применения типа ядовитых жал. Потому что ядовитыми плевками в порыве боя можно и увлечься, а жало после первого удара как минимум выдернуть надо, и следовательно у владельца этого самого жала будет некоторое время, чтобы опомниться и прикинуть стоит ли наносить этим самым жалом второй укол или нет.
— Логично. — Откровенно одобрительно хмыкнул я. — А вот конкретно твои щупальца… Точнее…
— Сами щупальца и когти пассивный генм, а вот если я захочу дополнительно выпустить на этих когтях яд, то там уже активируется дополнительный активный генм.
— Не знал, что коготки у тебя потенциально ядовитые, дорогая.
— Не только коготки. У меня ещё и зубки… потенциально ядовитые. Именно поэтому так изо рта и пахнет. Побочный эффект.
— А… Между ног? — Откровенно развеселившись фыркнул я. — Просто не хотело бы, чтобы в самый ответственный момент, ты меня так сказать, того… Мучительно лишила самого дорогого.
— Кенк. — Фыркнула в ответ толстуха.
— А если по человечески?
— Нечто среднее между признанием в любви, и беззлобным оскорблением в умственной неполноценности.
— Запомнил. А теперь… — Я резко посерьёзнел. — А теперь давай пока ещё есть возможность уточним кое-что по откорму плодов, и мезоморфам. Идёт?
Кшайя опять безропотно кивнула.
— Отлично. Тогда давай начнём с… Откорма плодов. Всё-таки, как бывшему плоду мне это несколько ближе. Значит, смотри. Давай опять исключительно на твоём примере. Чтобы стать ещё сильнее, ты хочешь прилепить себе ещё два аналогичных щупальца, по одному с каждой стороны. Но для этого тебе не хватает своей питательной ценности, поэтому ты решила откормить на эту самую питательную ценность, и в дальнейшем собственноручно выпить парочку плодов. Я пока снова ничего не путаю?
— Нет. — Вновь помотала головой толстуха. — Все так и есть, это… это совершенно нормально, и…
— Кейнаф-шай, с твоими оправданиями, дорогая. — Отмахнулся я. — Захотела и захотела. Причём, заметь, я не спрашиваю было ли тебе эти самые плоды хотя бы в глубине души жалко. И так понятно, что ты на них несуществующий у тебя по определению хрен положила, ибо плоды не метаморфы и чего их жалеть, если тут даже одни метаморфы практически никогда даже других метаморфов не жалеют. Я даже не спрашиваю каким именно образом ты собиралась эти самые плоды выпить. Вопрос в другом. Почему ты решила нарастить себе дополнительную питательную ценность именно таким образом? Неужели нет никаких других вариантов?
— Ну, почему же. — Крайне флегматично пожала плечами Кшайя. — Есть ещё один способ. Только он на порядок более опасный, и сводится к тому, чтобы ловить и пить уже мезоморфов. Тех самых мезоморфов, которые вполне себе могут дать сдачи. А нахрена мне было рисковать на… Охоте, когда эту самую охоту с лихвой заменяет… Фермерство? В конце концов плод тебя не укусит, не отравит, и личинками не заразит. Просто дождись пока тот поспеет, доставь его в стойбище, откорми, и выпей. Как говорится…
— Если не видно разницы, то зачем платить больше, да? — Закончил за ту я. — Ну, да. Снова более чем логично. А теперь… — я жестом предложил ей продолжить такие прервавшийся путешествие к регистрационному бутону:
— А теперь, дорогая, предлагаю отдельно побеседовать непосредственно о мезоморфах.
— А чего о них говорить, дорогой… — Двигаясь с места вздохнула толстуха. — Мезоморфы, они есть мезоморфы…
— Ну, это с твоей стороны. — Парировал я. — А мне нужна про данных тварей максимально конкретная информация. И чем больше, тем лучше. В конце концов, как говорили в моей родной изоторной локали: «предупреждён, значит вооружён». А ты ведь хочешь, чтобы я был на этот счёт вооружён? Или всё-таки нет? — Я на мгновение изобразил самую что ни на есть детскую обиду. — Или я сейчас ошибаюсь, и ты наоборот хочешь, чтобы при случайной встрече с одним из этих мезоморфов, он меня убил, потому что я понять я буду не иметь как с ним себя вести?
— Ну, что ты такое говоришь? — Тотчас с откровенным испугом заворковала толстуха. — Да, как ты вообще мог подумать, что я, после всего, что ты мне сделал, и ещё сделаешь…
— Тогда ближе к делу. И, чем подробнее, тем лучше.
— Угу. — Пару раз покорно кивнула головой Кшайя, действительно начиная свою дополнительную лекцию:
— Значит, смотри. Как я уже сказала, если сказала, все обитатели Биома делятся на две категории, это метаморфы — разумные обитатели, которых из их родных изоторных локалей забрали Щкехсчи, и которые потом переродились в плодильне. А также мезоморфы — неразумные здешние обитатели, порождённые самим биомом. Причём эти самые мезоморфы бывают очень разные: и с мехом, и с чешуёй. И с одной головой, и даже с несколькими. Бывают мелкие, такие, что ногой раздавить можно. А бывают и такие, что в несколько раз превышают размерами даже самого Быр-Шаха. Однако все они без исключения крайне опасны и агрессивны. Причём, чем выше питательная ценность конкретного метаморфа, тем более агрессивны по отношению к нему будут мезоморфы. И да, здешнюю мелочь не стоит недооценивать, потому что нападает эта самая мелочь огромной толпой. Нападает, чтобы в первую очередь сожрать, и поглотив питательную ценность конкретного метаморфа самим стать сильнее. Иными словами…
— Если не брать в расчёт наращивание питательной ценности за счёт откорма плодов, то это практически идеальный баланс. — Вновь закончил я за Кшайю. — Потому что, чем сильнее конкретный метаморф, тем выше у него его нынешняя питательная ценность. Однако чем больше у него этой питательной ценности, тем агрессивнее по отношению к нему будут мезоморфы, за счет которых он и должен будет набрать еще больше питательной ценности, чтобы стать еще сильнее.