Алексей Косыгин. «Второй» среди «первых», «первый» среди «вторых»
— Стоит внимательно изучить вопрос о возможности заключения долгосрочного торгового соглашения между СССР и Италией до 1970 года (то есть на 8 лет), учитывая обоюдное желание сторон.
Специально Косыгиным был затронут вопрос о положении юга Италии, который, будучи аграрным регионом, уступал промышленно развитому северу страны. Косыгин досконально изучил вопрос и своими предложениями рассчитывал заинтересовать итальянское руководство:
— На юге Италии налицо все возможности для своего развития, в первую очередь — большие резервы рабочей силы, которые ждут своего применения, а также удобные морские коммуникации, соединяющие страну в том числе и с Советским Союзом.
— В план итальянского правительства, — указал советский гость, — входит развитие промышленности на юге республики, в том числе строительство металлургических комбинатов на морском побережье. Можно было бы рассмотреть вопрос о снабжении этих металлургических комбинатов железной рудой и углем из Советского Союза в обмен на оборудование и продукцию итальянской промышленности. В свою очередь, развитие металлургии на юге страны дало бы мощный толчок всему развитию национального хозяйства Италии и способствовало бы повышению экономического уровня и росту благосостояния южных районов страны, развитие которых, по заявлению самих итальянских деятелей, является одной из серьезных проблем республики.
Фанфани был удивлен тем обстоятельством, что человек, пребывавший в Италии всего 10 дней, сумел очень точно определить проблемы развития итальянской экономики и дать свои предложения.
В ответ Косыгин отметил, что во время его поездки по стране ему оказывалось самое сердечное гостеприимство со стороны итальянских деловых кругов и государственных деятелей, а также населения тех городов, которые он посетил. Он поблагодарил премьера за его усилия для того, чтобы сделать эту поездку приятной и полезной.
Фанфани было явно неудобно, поскольку поездку организовало советское посольство. Но советский посол, присутствующий на встрече, не проронил ни слова.
…В течение 1963 года мало что изменилось между СССР и Италией в развитии экономических взаимоотношений, причина — состоявшиеся в Италии выборы в парламент и смена правительственного кабинета.
Но Косыгин привык не отступать, а доводить все до конца.
В марте 1964-го в Рим отбыла представительная советская правительственная делегация во главе с Алексеем Николаевичем с целью сдвинуть «с мертвой точки» экономические взаимоотношения, добиться решения о заключении долгосрочного договора с Итальянской Республикой.
А. Н. Косыгин и посол СССР в Италии С. П. Козырев провели ряд встреч с «верхушкой» политического и государственного истеблишмента республики — президентом страны Антонио Сеньи, председателем Совета министров Италии Альдо Моро, заместителем премьера Пьетро Ненни, министром иностранных дел республики Джузеппе Сарагатом, министром внешней торговли Бернардо Маттареллой, с наиболее влиятельными представителями деловых кругов Италии — руководством таких фирм, как «Фиат», «Шатильон», «Монтекатини», «Пирелли», «СНИА Вискоза», «Эни», «Оливетти». Косыгин посетил ряд предприятий итальянских химических и нефтехимических фирм, в том числе концерна «Эни» в Джеле (Сицилия) и Флоренции, фирмы «СНИА Вискоза» в Павии, «Эдисон» в Порто-Маргере и Приоло (Сицилия), «Шатильон» в Верчелли, «Бомбрини Пароди-Дельфино» в Коллеферро, «Монтекатини» в Порто-Маргере и Терни, судостроительные верфи «Ансальдо» в Генуе.
Когда много лет спустя у Косыгина интересовались, какие из многочисленных зарубежных поездок и встреч с западными политиками и бизнесменами ему запомнились более всего, он всегда вспоминал свои поездки в Италию в первой половине 1960-х годов. Это были, по сути, первые его зарубежные поездки, связанные с решением глобальных задач по развитию советской экономики посредством поиска возможного сотрудничества с западными деловыми кругами. Именно во время этих первых поездок закладывалось и «оттачивалось» умение вести переговоры, что называется, «на высшем уровне», умение объективно сравнивать особенности «у них» и «у нас», умение выбирать с учетом собственных интересов, но не обижая деловых партнеров и поддерживая интерес к совместному сотрудничеству.
В самолете, возвращаясь домой, Алексей Николаевич старался суммировать и осмыслить результаты поездок, особенно последней, в Италию:
— Мы же… во многом похожи друг на друга, итальянцы и русские… Порой — рассудительны, порой эмоционально неуравновешенные… И у нас есть чему друг у друга поучиться. Что у итальянцев? Во-первых, они всерьез обеспокоены экономической обстановкой: темпы капиталовложений и промышленного производства снижаются, сокращаются кредитные возможности, значительно ослабли экспортные возможности итальянской промышленности, а утечка капиталов за рубеж, наоборот, увеличивается — все это грозит обернуться серьезными осложнениями…
Можно ли считать Италию слабым звеном экономики всей Западной Европы? Да, конечно… — Косыгин вздохнул, — экономическая конъюнктура на мировом рынке ухудшается, идет усиление конкуренции со стороны набирающей индустриальную мощь Западной Германии, и в то же время экспортные возможности итальянской промышленности уменьшаются…
В итоге, — Алексей Николаевич придвинул к себе составленную еще накануне полета справку о торговом балансе Италии, — идет увеличение импорта, которое тянет за собой отрицательное сальдо и дефицит платежного баланса… Каков он? Вот — более одного миллиарда долларов. Все это скажется, если уже не сказывается, не только на промышленных гигантах, но и на среднем и мелком бизнесе… Не завидую….
А что бы ты, Алексей Николаевич, сделал на месте итальянского премьера и всего правительства? Конечно, в качестве одной из возможностей поддержания экономической активности и обеспечения заказами крупнейших итальянских фирм, настоял бы на росте экспорта продукции в другие страны, прежде всего в Советский Союз, рынок сбыта которого очень впечатляет…
…И что же у нас остается в сухом остатке, Алексей Николаевич?
Косыгин в своих расчетах оказался прав. Новое итальянское правительство, несмотря на его более «правый характер», чем у кабинета Фанфани, выступая за развитие торговых отношений с СССР и за выделение кредитов для расширения советско-итальянской торговли, заключило двухсторонний договор сроком на пять лет… [345]
В итоге двух поездок Косыгина в Италию в том же 1964-м было подготовлено постановление Президиума ЦК КПСС «О закупке в Италии на условиях долгосрочного кредита комплектного оборудования для химической, нефтехимической и легкой промышленности и использовании в СССР опыта итальянского машиностроения и строительства промышленных предприятий в связи с поездкой советской правительственной делегации в Италию». Согласно одному из пунктов постановления, комиссии, в состав которой вошел А. Н. Косыгин, поручалось подготовить комплекс предложений по вопросам проектирования и строительства предприятий. Для этого предполагалось пересмотреть весь существующий в настоящее время порядок проектирования, строительства и реконструкции предприятий.
* * *Представление о возможной, но крайне необходимой реформе складывалось у Косыгина, как мозаика — единая картинка из разномастных и разноразмерных кусочков — состояние национального хозяйства СССР, его «сильные» и «слабые» стороны, зарубежный опыт, новые технологии, поиск деловых партнеров и свободных ресурсов… Еще одно усилие, и общее видение должно сложиться в единый пазл. Заинтересованность в результатах труда, которую можно стимулировать только одним — ставкой на рост материального благосостояния (проще сказать — «рублем»). Да, это выпадало из марксистской теории, но в мировую революцию Косыгин давно не верил и не скрывал этого [346] . Взамен — шесть основных «базовых точек»: