Последний герой (СИ)

Сообщение по дальней связи поймало его «Дикаря» во время краткого пребывания в транзитной системе, тогда, когда крейсер «добирал» прыжковую скорость после корректировки курса. Зная деловую прижимистость Миноша и то, что без веской причины тот не стал бы тратить деньги на дорогую «сверхсрочную», Кот без дальнейших проволочек скачал новостной архив.
Увиденное и услышанное «интервью с неизвестным» заставило его крепко задуматься.
Пираты, то и дело «пробовавшие на зуб» пограничный сектор, тоже имели доступ к новостям. А если даже по какой-то причине пропустили столь откровенное признание, то доброхотов, давших бы им ссылку на шокирующую новость, хватило бы с излишком. Поэтому, ободренные отсутствием Федеральных сил, скорее всего, обнаглели до предела. Раньше их сдерживало лишь опасение ответного рейда Флота, а теперь… когда Флота нет, опасаться им было особо нечего. Вот и полезли, видимо, напролом, блокируя внутренние трассы и «ощипывая» грузовики!
Коменданта он понимал. Тот, имея в наличии только пограничную бригаду из трех десятков патрульных эсминцев и десятка крейсеров был вынужден искать любые способы «обеспечить целостность границы». Использование эскадры Кота с его точки зрения было вполне оправданно. То, что новые экипажи не слетаны, а взаимодействие кораблей не отработано, волновало его мало.
Минош же волновался о том, что неспаянность экипажей приведет к неизбежным потерям, что будет вообще нехорошо. Но и с комендантом ссориться ему тоже совсем не с руки. На «отсутствующего командира» не сошлешься, формально эскадра приписана к сектору. В отсутствие его, Кота, командует эскадрой старший по должности, то есть Минош. Комендант, пользуясь своим положением, на отказ выполнять его распоряжения мог сотворить кучу гадости… И, зная его характер, Кот в этом ни капельки не сомневался!
Поэтому пришлось хорошо подумать, как выйти из этой ситуации!
— Минош! Патрульные группы высылай только крейсерские! Чтобы и урон вынесли, и уйти, в случае чего, сумели! — надиктовал он. — На «отбой» выходи только полным составом, и плевать, что на это скажет комендант! Дави мощью, малышей береги! Твоя задача сберечь корабли и экипажи, раздергивать группу по второстепенным задачам официально запрещаю! Мнение коменданта о трофеях и пленных пусть тебя не волнует! Конец передачи.
Кот помолчал, подумал… и снова активировал запись.
— И неофициально: по возможности прикрывай «комендантских». — вторым сообщением отправил он. — Этот ублюдок явно не умеет беречь людей! Поэтому постарайся подстраховать ребят. Боевая подготовка эскадры на твое усмотрение. Думаю, отрабатывать ты ее в реальных условиях будешь! На рожон не лезь. Продержись всего декаду! Мне сутки туда осталось, там сутки-двое, надеюсь, дольше не задержат, и семь дней на обратную дорогу. Сам понимаешь, развернуться уже не могу. И… удачи тебе!
На фоне таких новостей, сообщение Зула о том, что «у Гая возникли некоторые трудности, но он предлагает варианты решения», как-то отошло на второй план. Своему «кладовщику-бухгалтеру» Кот ответил коротко: «Решай сам. Я тебе доверяю.»
  
38
 
— Глава! У нас нештатная ситуация! — вызов впавшего в панику начальника отдела восстановления отвлек главного КОНКОРДовца от размышлений. — Мы не можем справиться!
— В чем дело, Андрюс? — с неудовольствием проскрипел Глава.
— Вставшие! Они… они неадекватны! — вскричал тот. — Я потерял уже семь бригад!
— В чем дело, Андрюс?! — еще строже спросил Глава. — Доложи по порядку!
— Они словно обезумели, господин! Я не могу справиться! Вот, смотрите!
Несколько мгновений Глава смотрел на картинку творившейся вакханалии.
— Жди. Я иду к вам! — проскрипел он.
Начальник отдела восстановления, весь вспотевший, ожидал его у шлюза, отделявшего «закрытую зону» от остальной станции.
— Они словно обезумели, господин! Я не могу справиться! — причитал он, мелко семеня рядом с мерно вышагивавшим старцем. — Они уничтожили уже семь моих бригад! Они просто порвали их в клочья!
 
От взбудораженного человека волнами разлетались волны эмоций, что было свойственно… лишь обычным смертным!
— Возьми себя в руки, судья! — строго приказал Глава, замедлив шаг. — Я начинаю сомневаться, что решение возвести тебя в ранг было верным. Кто твой патрон?
— Сапорро, Глава. — смиренно произнес начальник отдела восстановления, взявший себя в руки. — Этого больше не повторится, Глава!
— Надеюсь! — проскрипел Глава.
Он прекрасно помнил этого молодого ученого, некогда, на самой заре становления КОНКОРДа, сумевшего по обрывкам данных воссоздать одну интересную технологию, на которую сам Глава уже и надеяться перестал. И решение сделать судью из ученого он принимал тоже сам, приказав Сапорро взять Андрюса в свою команду. Сам он терять «боевого миньона» не хотел… и брать бесполезного в этом качестве ученого — тоже. Хотя, кажется, Сапорро ничего и не потерял: Андрюс, освоившись с новыми реалиями, быстро навострился «подбирать» остатки силы, оставшейся после инкарнации судей. А судьи в то время гибли гораздо чаще… Так что сейчас Глава, очень давно не заглядывавший в это крыло, с удивлением ощущал приличный «запасец», подкопленный всегда тихим ученым!
— Вот о чем я говорил, Глава! — Андрюс вытянул руку, указывая на огромное панорамное окно, отделявшее зал управления «зоны восстановления». — Ближе я опасаюсь подходить. Они, даже обладая крохами силы, очень опасны!
Огромный зал, заполненный рядами капсул, превратился в поле битвы. Кругом лежали трупы, мечущиеся по залу люди оскальзывались в лужах крови, падали, но снова вставали и бросались в жестокую драку. На их глазах обезумевший капитан-судья кинулся на своего товарища, только что вставшего из капсулы, сшиб того на пол и принялся душить. Руки его соскальзывали с измазанной гелем шеи вставшего, пытавшегося вяло отбиваться, и в конце концов напавший просто впился в горло своего оппонента зубами!
— Сначала мы пытались помочь встающим. — вполголоса произнес Андрюс. — Так я и потерял свои бригады. Их просто порвали… в клочья! Поначалу поток был слаб, и первых обезумевших мы смогли нейтрализовать и эвакуировать. Они… там. — он махнул рукой куда-то в сторону. — И они такие же.
— Все? — лязгая зубами от внезапно проникшего под комбинезон холода пролаял Глава.
— Все, Глава! — склонил голову Андрюс. — Адекватными оказались только Сатто и десяток судей после него. Остальные — все… Для многих автоматика уже запустила подъем дублей…
Глава подошел ближе и потянулся сознанием.
Да! Его личные миньоны были там. Все шестьдесят пять! Но… но они не отзывались, как обычно! Не было ощущения привычной готовности «помочь, услужить и поделиться»! Вместо этого, почувствовав источник силы, миньоны попытались «отщипнуть» ее! Все вместе! Без исключения!
Глава отшатнулся.
Атака была столь массовой и яростной, что, если бы только что вставшие судьи не были пусты, как стакан из-под тоника, они смяли бы его в одно мгновение! Даже тех капель силы, где-то уже собранных озверевшими судьями, хватило на то, чтобы поколебать его защиту!
Запертые в зале больше не были «его судьями». Они превратились в неподконтрольную стаю диких зверей, объятых одним лишь желанием: убивать!
— Этих — уничтожить! — прохрипел Глава.
В этот момент он думал лишь об одном: если эти звери получат извне хоть крохи силы, то штаб-квартиру КОНКОРДа не спасет ничто!
  
39
 
Гранд Адмирал Ас Штеен, вынужденный отбиваться от многочисленных репортеров, был не в духе. Очень не в духе!
 
Какая-то сволочь посмела дать интервью! И какое интервью! Разгромное! Выдающее все то, что руководство пыталось… нет, не скрыть, а всего лишь «временно придержать»! И это окончательно взбесило Гранда: выйди это хшарово интервью всего лишь на декаду позже, и ничего бы не случилось, а сейчас Адмиралтейство попросту оказалось не готово! «Чрезвычайно озадачились» даже вполне серьезные люди, с которыми Ас Штеен вел дела, а через них слух уже превратился в уверенность, и эта уверенность распространилась дальше! Доклад его «помощника по связям» просто не слушали, и дело уже подходило к открытому бунту. Даже хваленые «полицейские силы» этого хшарового Ас Тирретса лишь разводили руками, советуя «не отмалчиваться и не прятаться».