Непокорный медведь (ЛП)

— Она сказала тебе отвалить. Кажется, я слышал, как она сказала это дважды. Тебе нужно, чтобы я объяснил тебе значение слова «нет», или ты думаешь, что все понял?
Мое сердце забилось тревогой, когда я увидела глаза Саймона. Они стали черными и большими, когда его медведь вырывался на поверхность. Волосы на тыльной стороне его рук потемнели, и я поняла, как близко он к тому, чтобы обратиться прямо посреди бара.
Глаза Кевина расширились и сузились. Его тело, казалось, понимало угрозу, которую представлял Саймон, даже когда мозг Кевина пытался отключиться.
— Саймон!
Я обхватила себя руками и шагнула вперед. Положив руку на руку Саймона, почувствовала его твердость и ярость. О. Мой. Бог. Одно неверное движение или слово от Кевина, и он может просто разорвать ему горло.
— Саймон! — я сказала еще раз. — Кевин напился. Он просто мудак. Отпусти его, и он уедет домой. Верно, Кевин?
Глаза Кевина переместились на меня. Весь цвет сошел с его лица, и его ноги дернулись там, где они все еще болтались над землей. Headcase заиграли новую песню, и энергия толпы усилилась.
Кевин кивнул. Я попыталась разжать руку Саймона. Его пульс был учащенным и сильно сжалась челюстная мышца. Но, в конце концов, он ослабил хватку и позволил Кевину упасть на пол. Кевин пошатнулся и поправил рубашку.
Феликс, Лиз, Трейси и Дина подошли к нам и встали с открытыми ртами в полукруге вокруг нас, когда Кевин пришел в себя. Саймон, кажется, перевел дыхание, и расправил плечи. Он изо всех сил пытался контролировать своего медведя. Я не знала, как помочь. Что-то подсказывало мне, что прикосновение к нему возымеет противоположный эффект. Я убрала руку и попыталась заставить его посмотреть на меня. Он закрыл глаза, выдохнул и, наконец, повернулся ко мне.
Его глаза снова стали карими, но один шов его рубашки разошелся на плече.
— Кэсс? — Феликс шагнул вперед. — С тобой все в порядке?
Я улыбнулась и не сводила глаз с Саймона. Он держал руки сжатыми в кулаки, но непосредственная опасность его обращения, казалось, миновала.
— Все хорошо. Кевин был просто… ммм… Кевин. Феликс, ты можешь пойти за ним и забрать у него ключи?
Феликс бросил взгляд на Дину. Они взялись за руки и улыбнулись мне. Она увела Феликса на поиски Кевина. Шокированные выражения лиц Лиз и Трейси сменились улыбками, когда они посмотрели на Саймона сверху вниз. Лиз даже показала мне знак «хорошо», когда она толкнула Трейси и вернулась в толпу, оставив Саймона и меня в покое.
Мужчина провел рукой по волосам и ударил кулаком цементную стену, прежде чем, наконец, повернулся ко мне лицом.
— С тобой все в порядке?
Я вздохнула.
— Как раз собиралась спросить тебя о том же. Тебе нужно подышать свежим воздухом?
Он отрицательно покачал головой.
— У меня все под контролем. Больше, чем я могу сказать о тебе.
— Что?
— С тобой это регулярно происходит?
Я скрестила руки перед собой.
— О чем ты вообще говоришь?
— Этот парень. Он твой друг?
— Он просто… он — Кевин. Он пьян и ему нужно остыть. Я справлялась с этим.
Даже когда я произнесла эти слова, поняла, что это чушь собачья. Тем не менее, какая-то женская ярость поднялась внутри меня. Мне не нравилась идея, что меня нужно спасать. Возможно, это текила, но я не хотела звучать так возмущенно или стервозно, как я только что звучала.
— Справлялась с этим. Господи, Кэсс. Если бы я не пришел сюда…
Нужно остыть.
— Знаю. Я знаю. Извини. Спасибо тебе. Кевин обычно не такой. Он не всегда такой… э… насильник.
Глаза Саймона расширились от новой ярости, и я шагнула вперед, чтобы положить руку на плечо. Жар и бурлящая кровь. Я была неправа, думая, что Саймон держит себя под контролем. Медведь внутри него находился чуть ниже поверхности. Его глаза вспыхнули, и мышцы предплечья задрожали у меня под пальцами.
— Удивлена, что ты пришел, — сказала я, пытаясь сменить тему и разрядить обстановку.
— Я тоже.
Мое сердце затрепетало. Возникло двойственное желание: убрать с него руку или притянуть его ближе. Инстинкт, казалось, воевал с разумом, и это дурманило меня больше, чем текила. Тогда я поняла, что хочу еще выпить.
 
— Давай выпьем, — сказала я. — Теперь, когда группа играет, в баре будут свободные места.
Хмурый взгляд Саймона не смягчился, но он кивнул и последовал за мной сквозь толпу. Он кидал на меня взгляды, которые сводили меня с ума. Каждая девушка в этом месте, казалось, истекала слюной, когда видела его. Саймон был на голову выше всех остальных парней здесь. Его серая футболка обтянула широкую спину. Уверенность его шагов в байкерских ботинках сотрясала пол сильнее, чем ритм барабанной дроби.
Когда мы добрались до бара, я заказала два пива. Шот был бы действеннее, но еще один и я буду пьяна вдрызг. Когда бармен поставил их перед нами, Саймон швырнул десятидолларовую банкноту на стойку и повернулся ко мне. Он залпом выпил пиво, что, казалось, окончательно успокоило его нервы, когда он перевел свой взгляд на меня. Бармен налил ему еще и поставил, бросив на меня взгляд, который сказал: «Ты заполучила правильного парня, детка?!» Я молча улыбнулась ему и сосредоточилась на Саймоне.
— Не твое место, да? — произнесла я, улыбаясь
Он застыл с поднятой кружкой пива, затем улыбнулся мне в ответ.
— Даже и близко нет.
— Знаешь, на самом деле это не совсем мое.
— Тогда почему ты хотела, чтобы я встретил тебя здесь?
Я сделала медленный глоток пива, задержавшись на время, чтобы сформулировать ответ.
— Не знаю. Думала, мне будет безопаснее рядом с тобой в толпе.
Глаза Саймона вспыхнули, и медленная улыбка расплылась по его лицу, растопив меня изнутри. Я поняла абсурдность моего заявления, учитывая то, что Кевин только что пытался сделать, и не смогла подавить смех. Саймон засмеялся вместе со мной. Глубокий тембр его голоса заставил мурашки побежать по моим рукам.
— Рада, что ты пришел, — мои слова вырвались из меня.
Может, если бы не алкоголь, я бы их не сказала. Но что-то в Саймоне заставило меня отказаться от притворства. Для такого сильного и могущественного, как он, приход сюда мог разоблачить его, что опасно. Он сделал это ради меня. Сделал это, потому что я его попросила. Я не могла отрицать возбуждение, которое, казалось, текло между нами, когда он был рядом.
Саймон взял еще выпить и поставил кружку на стойку. Когда бармен посмотрел на него, Саймон отмахнулся.
— Этот парень, — сказал он, поворачиваясь ко мне. — Он мог причинить тебе боль. Он хотел причинить тебе боль.
— Кевин? Нет. Серьезно. Дело в алкоголе, чем в чем-либо еще. Но, поверь, в следующий раз, когда я его увижу, удостоверюсь, что он понимает, как близко подошел к тому, чтобы надрать ему задницу.
— Ты больше никогда его не увидишь, — голос Саймона стал холодным.
В его глазах появилась тьма, которая выбила меня из колеи. Его слова больше походили на приказ, чем на предложение, которое стоило ему самообладания. Его мышцы снова дрогнули, когда он сжал кулаки.
— Ты другой, — сказала я, проведя пальцем через конденсат на боку моей пивной кружки.
— В каком смысле?
Я подняла взгляд на него.
— Ты отличаешься от других оборотней, которых я знаю.
Мужчина покачал головой и горько рассмеялся.
— Я должен на это надеяться.
— Что это значит?
— Это значит, что ты никогда не встречала такого оборотня, как я, Кэсс, — Саймон наклонился ближе, позволяя губам коснуться моего уха. — И я предполагаю, что это то, что ты чувствуешь в этот самый момент.
Я вздрогнула от удовольствия, когда его дыхание коснулось моего виска. Жара прошла сквозь меня, скапливаясь внутри. Бурлящее возбуждение поселилось у меня между ног, и мне потребовалась каждая унция самоконтроля, чтобы не обхватить его руками и не поцеловать мужчину. Когда Саймон отстранился, его глаза снова потемнели. Он так крепко сжал свою пивную кружку, что удивительно, что она не треснула. Но Саймон медленно и осторожно выдохнул и поднес ее к губам. Наблюдая, как холодная, янтарная жидкость убавлялась, когда он пил. Каждая его черта имела свою красивую, жестокую силу, от вен, бегущих по его бицепсам, до его полных губ и сильной челюсти. Издалека его волосы выглядели светлыми, но крупным планом, даже в тусклом свете, можно увидеть, что они больше похожи на золотые. Саймон пострижен, почти в военном стиле. Хотя я нашла в себе силы не целовать его, не смогла удержаться от того, чтобы не дотянуться и не провести пальцами по его волосам.