Неевклидово пространство (СИ)
- Здравствуйте, Алекзандер. - Общесоюзный китиарки был безупречно чист.
- Можно просто "Алекс", - кивнул Коллингейм. - Как обращаться к вам?
- Энджела Роул, - она по-королевски чуть склонила голову. - Тай, как я уже сказала, наш мальчик серьезно вляпался. Насколько я могу судить, вы все находитесь в опасности. Эмиль обнаружил, что путем несложных манипуляций "панцирные" белки синдрома Хардена разлагаются до вещества, известного как "нирвана".
Разгадка-то лежала на поверхности.
- А почему его сложно синтезировать? - Детектив воспользовался возможностью проконсультироваться у эксперта.
- То есть? - уточнила миссис Роул. Или она не миссис? Как у них там, на Китиаре, всё сложно...
- Я слышал, что технически синтезированная "нирвана" не обладает свойствами наркотика, - пояснил Алекс, и до него начал доходить истинный смысл произнесенных слов. Волосы на затылке поднялись от ужаса.
- Вы представляете себе механизм синтеза белка на элементарном уровне? - спросила Энджела вполне доброжелательно.
Коллингейм кивнул.
- Легко изготовить первичную структуру белка - цепочку аминокислот [4]. Вторичная структура формируется автоматически за счет водородных связей [5]. Но в живой клетке белок продолжает упаковываться в третичные структуры: глобулы - шарики или фибриллы - нити. А в комплексах белки дополнительно переплетаются между собой. Это называется "четвертичная структура", - рассказывала она. - Так вот, третичная и четвертичная структуры белков в искусственных условиях до сих пор не воспроизводимы. Видимо, психотропное воздействие "нирваны" определяется ими.
- Выходит, вся "нирвана", которая находится на рынке, синтезируется живыми организмами? - уточнил Алекс.
- Нет, - хорошо поставленным голосом преподавателя продолжила Роул-мама, - сам наркотик производится искусственно. Но из панцирных белков, которые создает живой организм.
- А почему она не оставляет химических следов применения? - детектив вцепился в Роул-биохимика мертвой хваткой. Когда еще ему повезет разгадать столько криминальных загадок разом?
- А она не оставляет? - удивилась миссис Роул.
Видимо, раньше вопросами "нирваны" она не озадачивалась. Алекс утвердительно кивнул.
- Если я правильно представляю механизм, - стала размышлять китиарка, - наркотик представляет собой капсидные [6] белки вирусов. Вы же знаете, что такое вирусы? Нуклеиновая кислота, которая обеспечивает размножение вируса в клетке, и белок, который создает защитную "капсулу" для нее. В случае если в организм носителя синдрома Хардена поступает порция такого белка, он ассимилируется - используется на создание вирусных капсул.
- А если он попадает в организм человека, который не заражен атованскими вирусами?
Роул-старшая пожала плечами совсем как Тайни:
- Не знаю. Не ассимилируются. Прогноз дать не могу. Недостаточно данных.
- А умереть такой человек может? - спросил детектив.
- Наверное, да, - неопределенно ответила Энджела Роул. - Были прецеденты?
- Я поднял историю "нирваны", - поделился Коллингейм, - и обнаружил, что за пределами Атована было несколько смертельных случаев. В самом начале. Думал, из-за некачественного продукта. Теперь склоняюсь к тому, что продукт был качественный. Даже слишком. Видимо, он был полностью очищен от примеси вирусов, что и привело к смерти. И если наркотик продолжают использовать за пределами планеты, то, значит, в него добавляют вирусы. Я правильно понимаю?
- Определенно так, - одобрительно улыбнулась китиарка. - С вами приятно иметь дело, Алекс. Надеюсь, - ее лицо знакомо закаменело в маску, - я очень надеюсь, что вам удастся защитить моих детей.
- Сделаю всё, что в моих силах, - пообещал детектив.
Роул-мама произнесла еще несколько слов, адресованных Тайни. На китиарском. Дочь чирикнула что-то в ответ. Энджела отключилась.
Тишина заполнила номер.
- Эмиль и Эбигейл точно живы? - уточнил Алекс. После таких новостей надежда на то, что ученых отпустят, растаяла, как след от космолета в ясном небе.
Роул взяла в руки комм, переключила настройки и уверенно ответила:
- Живы. Вопрос, надолго ли.
Она подняла умоляющий взгляд на Коллингейма, будто он был не простой детектив, а сам Господь Бог.
- Давай вернемся на шаг назад, - примирительно произнес Алекс. - Что мы знаем о преступниках? Во-первых, они являются монопольными производителями "нирваны", что дает им деньги и влияние. Во-вторых, они вхожи в исследовательский центр, причем, не просто вхожи, а были в курсе дел китиарцев.
Тайни открыла рот, чтобы что-то сказать, но Коллингейм остановил ее жестом и продолжил:
- В-третьих, они знают про чипы. В-четвертых, у них были сведения, которые позволили предположить, что, возможно, - детектив подчеркнул это слово, - наши отношения выходят за рамки деловых. И в голову сразу приходит Брукс, который подходит по трем из четырех пунктов.
- Но ему не хватает выхода на исследовательский центр, - напомнила Тайни.
- Что ему мешает заплатить тому же Смиту, который жаждет сбежать отсюда подальше? - поинтересовался Коллингейм.
- Даная тоже подходит, - горячо возразила Роул, вскакивая с места. - Она была в курсе дел Эмиля, - загнула она палец. - Курирует центры, где у больных срезают харденовские бляшки, то есть имеет доступ к сырью, из которого производят "нирвану". Непосредственно изучает синдром, а значит, могла натолкнуться на "побочный эффект" Хардена.
- А откуда ей знать про чипы? - не сдавался Алекс.
- Фит откуда-то знал, - заявила она.
- Но уж про нас Даная точно ничего не знала.
- Она должна была присутствовать на благотворительном вечере. - Роул уперла руки в бока.- Всё-таки деньги собирали для детей с харденом. Мисс Вуд никак не могла пропустить такое мероприятие.
- Это легко проверить, - вмешался в разговор Майер. - Я запущу поиск.
Он включил гарнитуру и погрузился в Мегасеть.
- Я ее не помню, - озвучил Алекс.
- Не удивительно, - фыркнул китиарец, демонстрируя прекрасное распределение внимания. - Ты тем вечером в Тайни глазами дыру прожег.
- Работа у меня была такая, - напомнил Коллингейм.
- Угу, - насмешливо согласился брюнет.
- А ты почему ее не помнишь? Где ваша феноменальная китиарская память? - не удержался детектив.
- У меня на тот вечер уже была одна блондинка, - невозмутимо заявил Майер. - К тому же у нее был спутник. Вот, полюбуйтесь.
Китиарец вытянул вперед руку с увесистым перстнем, и над ним развернулась галография, на которой профессор Фит и Даниэла Вуд что-то дружески обсуждали. Ничего себе технологии! Алекс о таком даже не слыхивал.
- Фит тоже подходит, - констатировала Тайни.
- По всем пунктам, кроме денег и влияния, - напомнил Алекс. - В своем центре он, конечно, царь и бог, но в масштабе планеты как-то теряется.
- Зато у него была возможность открыть "нирвану", после чего уважаемый профессор объявил болезнь неизлечимой, чтобы кто-нибудь другой не повторил его подвига, - заметила Тайни.
- У вас трое подозреваемых, но это ни сколько не приблизило нас к пропавшим, - напомнил Майер без обычной язвительности.
- И всё же я склоняюсь к мысли о том, что это мисс Вуд, - произнесла Роул. - У нее единственной есть доступ к сырью.
- Тай, при всем уважении, - очень спокойно проговорил брюнет, - если ты имеешь в виду клиники, которые оказывают помощь беднякам, то это нерентабельное предприятие. Навскидку: сколько наркотика можно получить из килограмма, как ты говоришь, сырья?
Роул задумалась.
- Шестьдесят - семьдесят процентов воды, порядка двадцати - тридцати процентов примесей и минус то, что уходит при разложении. Не больше пятидесяти грамм. Что ты на меня так смотришь? - вскинулась она, заметив потрясенный взгляд Алекса. - Я всё же выросла в семье биохимиков.