Обратная сторона. Книга 1. Часть 1 (СИ)

— А я создаю огонь, — сказал Арвид прежде чем подумал.
Хэмфри в замешательстве уставился на него. Арвид и сам не понял, зачем он сказал об этом, но мальчик лишь улыбнулся, а в глазах его блеснул восторг.
— Ого! Так мы с тобой противоположности! Круто!
— Нет, не круто! — возразил Арвид. — Мир Янь из-за этого сейчас на пороге войны. Нельзя противоположностям существовать рядом.
Хэмфри опешил, улыбка дрогнула, а в глазах пропал весёлый огонёк.
— Ну, нам-то зачем враждовать?
Всё больше ребят обращались взглядами к Арвиду и Хэмфри. И они лишь сильнее раздражали. Арвид злился. Он не мог понять, на что именно, пока его не осенило. Этот мальчик сделал с помощью своей способностью что-то прекрасное, что-то, что приносит радость другим. А что умеет Арвид? Лишь пугать всех окружающих и зарабатывать себе ожоги на ладонях.
От этой мысли на глазах у Арвида навернулись слёзы. Он испугался, что кто-то заметит его слабость, увидит его слёзы, и, не контролируя себя, с силой толкнул Хэмфри. Тот поскользнулся и упал на спину. Его голубые глаза непонимающе уставились на Арвида. Казалось, если этот беловолосый скажет хоть одно слово, Арвид не выдержит и сорвётся. Дети вокруг замерли, напряглись, уставились на них, но пока ещё ничего не успели сделать. И кто знал, чем бы это всё закончилось, если бы над притихшим двором не раздался громкий голос дяди.
Арвид оглянулся на звук своего имени и встретился взглядом с парой чёрных глаз. Эти глаза заставили Арвида прикусить язык, уткнутся взглядом в землю и уйти в здание.
Первый год Арвид жил в отдельной комнате. Это была стандартная процедура для новенького. Но всё-таки, насколько знал Арвид, никто не жил в отдельной комнате целый год. Именно тогда к нему приклеилась кличка «Блатного». Она жутко бесила Арвида. Он лез драться со всеми, кто называл его так, пока не понял, что те специально выводят его из себя. И Арвид начал избегать всех, больше времени проводить в своей комнате в одиночестве. В конце он так привык к этому, что после лета с нетерпением ждал обучения, лишь бы снова оказаться в отдельной комнате, сам с собой, наедине.
Но все надежды разбились, когда Арвида проводили в новую комнату, и там он должен был жить не один. Мало того, его соседом оказался тот самый Хэмфри.
«Хэмфри — хороший мальчик, — рассказывала ему дама с красными волосами и круглыми очками на кончике носа. — Думаю, вы могли бы подружиться». На что Арвид лишь еле слышно фыркнул.
Комната ничем не отличалась от той, в которой на протяжении года жил Арвид. Справа — двухъярусная кровать. Слева — один шкаф и длинная столешница с двумя стульями. Единственным отличием было то, что на верхней полке валялся Хэмфри.
Как только Арвид вошёл в комнату, Хэмфри отложил книгу в сторону, спрыгнул с кровати и, сунув руки в карманы, торопливо заговорил:
— Привет, Арвид. Здорово, что мы теперь вместе, да? Ну, в плане… Я правда думаю, что мы могли бы найти общий язык, несмотря на…
— Верхняя полка — моя.
Арвид из последних сил сдерживал раздражение. В голове крутилась только одна мысль: «Они поселили меня с ним, потому что боятся моего огня. Потому что думают, что он сможет потушить меня, если что». И это мучило Арвида, в очередной раз подтверждало, как к нему относятся остальные, что они считают его бесполезным, опасным. Они боятся его. Даже сейчас Хэмфри, который просто кивнул и собирал с верхней полки вещи, боялся Арвида. О какой дружбе может идти речь? Разве может кто-то подружиться с Арвидом?
После этого в их комнате ещё несколько недель стояла гробовая тишина. Казалось, Хэмфри приходил только для того, чтобы поспать. И Арвида это устраивало. Всё-таки, одному было гораздо лучше и спокойнее, но Хэмфри хотя бы его не беспокоил. До тех пор, пока в его беловолосую голову не взбрела гениальная идея.
— Арвид, я хотел бы с тобой поговорить, — как-то начал Хэмфри, и Арвид вздрогнул — он давно не ожидал, что Хэмфри когда-нибудь решит «поговорить» с ним.
Арвид свесился с верхней полки и с интересом уставился на Хэмфри. На улице уже давно было темно, а свет в комнате Арвид не включал. Единственным освещением служил слабый свет уличного фонаря. В его лучах волосы Хэмфри светились серебром. От этого зрелища Арвиду стало неприятно — словно даже неживые предметы каждый раз подчёркивали, насколько они с Хэмфри разные. Невысокий светловолосый Хэмфри и длинный тощий Арвид с копной рыжих волос. Мягкий, добрый характер Хэмфри — и вспыльчивый Арвид. Одним словом, вода и пламя.
  
Но Хэмфри, видимо, было плевать на это, и он продолжал говорить, несмотря на гневный взгляд ярких золотистых глаз:
— Меня не устраивает наше общение. Точнее, его отсутствие.
Арвид устало закатил глаза и недовольно ответил:
— С чего ты взял, что общение со мной будет тебя устраивать больше, чем его отсутствие?
— Меня больше устраивает попытаться и потом пожалеть, чем не пытаться вовсе и жалеть об этом.
Арвид покосился на задумавшегося Хэмфри сверху вниз.
— Ты хоть сам понял, что сказал?
— Вполне, — кивнул Хэмфри. — Если ты вдруг не понял…
Одним прыжком Арвид спрыгнул с кровати, и Хэмфри тут же отскочил к окну, чтобы случайно не попасть Арвиду под руку. Даже несмотря на то, что Хэмфри был на два года старше, он был очень низеньким и выглядел если уж не младше Арвида, то ровесником. И сейчас, когда он испуганно отшатнулся и сгорбился, Арвид ощутил эту разницу.
— Что я не понял? — еле слышно переспросил Арвид, всем своим видом показывая, что продолжать Хэмфри не стоит. Но тот упрямился:
— Я хочу понять, почему ты себя так ведёшь. Распугиваешь всех, гоняешь и дерёшься, — Хэмфри осмелел и выпрямился, на его лице испуг сменился искренним непониманием. — Ты же сам всех от себя отворачиваешь! А потом закрываешься в комнате с таким лицом, будто весь мир против тебя, а ты один бедный и несчастный! Сам же виноват в этом!
Арвида передёрнуло. Хэмфри слишком поздно осознал, что перегнул палку. Его взгляд успел лишь мельком упасть на сжатые кулаки Арвида и на дрожащий от злости мускул на щеке.
Всё это Арвид знал, но не хотел верить, не хотел признаваться в этом себе. Он ненавидел всех, но сколько бы ни думал, почему же, — не мог понять. Все раздражали его. Казалось, весь мир уже сделал Арвиду что-то ужасное, все и каждый, но сам Арвид почему-то этого не знал. Но злость и ненависть были с ним всегда. Всегда, сколько Арвид себя помнил…
Сказанные Хэмфри слова яркой искрой дотронулись до Арвида, снова запалив в нём всё то, что он так тщательно пытался затушить. Арвид не выдержал и сорвался на крик:
— Так я и не прошу со мной общаться! Не прошу разговаривать и уж тем более дружить! Я просил тебя просто оставить меня в покое! Это сложно⁈ Ответь мне, сложно⁈
Хэмфри лишь яростно помотал головой и шагнул назад к окну. Его губы прошептали еле различимые слова, который Арвид даже не услышал. Он сделал шаг вперёд, уже не в силах сдерживаться.
— Не всем повезло как тебе! Слышишь меня⁈ Иди, общайся с другими, тебе никогда это не составляло труда! Думаешь, если ты такой душка, ты не наживёшь себе врагов⁈ — Арвид вытянул трясущуюся руку у указал на Хэмфри пальцем. — Поверь, ты не хочешь видеть меня своим врагом. И поэтому. Я прошу тебя. Оставить. Меня. В покое!
Арвид сделал последний шаг на встречу Хэмфри и что было сил ткнул его пальцем в грудь. Вместе с последним словом с руки Арвида сорвалась огненная искра. Он успел испугаться лишь на мгновение, а после этого его рука вспыхнула огненным столбом прямо до потолка, оградив его и Хэмфри. Арвид только успел открыть рот, чтобы закричать, как сквозь треск огня раздался звук битого стекла, и всю комнату в мгновение заполнила вода. Она отшвырнула Арвида к стене, залилась ему в лёгкие, не давая вдохнуть.
Ледяная вода с улицы начала мгновенно нагреваться от Арвида. Это происходило так быстро, что Арвид не успевал пугаться. Неизвестно, что случилось бы быстрее: Арвид захлебнулся, или вода нагрелась бы так, что он сварился в ней заживо. Арвид с трудом нащупал ручку от двери сзади себя и уже было открыл её, но вдруг застыл.