Обними (СИ)

— Ладно… — вдруг бросил Рон. — Давай подумаем, как поступить.
Рита слабо повела плечом.
— Здесь не о чем думать. У них билеты на завтрашний вечер.
— Давай так… — он соединил ладони «домиком». — Хм-м-м… Смотри. Ты возьмешь отпуск, но при необходимости будешь на час-два вырываться к Митчеллу в офис. Только при необходимости! — стремительно добавил он, потому что Рита уже открыла рот для протеста. — Это недалеко, да и вообще может не понадобиться. Ладно? — густые брови вопросительно поднялись. — А потом я дам тебе нормальный отпуск на три недели, чтобы ты слетала в Коччи, или… не знаю. Делала что захочешь.
Майрон замолчал. Ладони закрыли его нос и губы, оставив на лице только глаза без радужки. И в них застыл вопрос. Не упрёк, не давление, а вопрос. Если бы он сейчас отнял руки от лица, на нём наверняка отразилась бы растерянность. Хотя вряд ли. На лице Майрона никогда не бывало растерянности.
Рита прищурилась. Взяла вилку, покрутила в пальцах. Ковырнула рис.
В общем-то предложение неплохое. В теории. Практика обычно с нею расходится: кого-то что-то обязательно не устроит, Митчелл не уложится даже в два часа, дорога до Сити займёт не десять минут, а час, и черт знает что еще случится. Однако…
Майрон нашел решение. Он настолько прижат к стене, что нашел решение.
Рита снова отбросила вилку и заглянула в чёрные глаза.
— Митчелл не станет меня задерживать, если я не захочу.
Выстрел на проверку его границ. Они стали настолько эластичными?
— Можно подумать, ты позволишь, — уголок губ Майрона приподнялся в скупой ухмылке.
О, он шутит!
— Я пробью ему голову степлером, — прищурилась Рита.
— Как скажешь, — он кивнул. — С меня оплата похоронного менеджера, если что. Мы договорились?
Почти. Почти договорились.
— Ты платишь за такси до Сити.
— Есть метро и автобусы.
А это уже ближе к настоящему Майрону. Рита оперлась о стол и подалась вперед.
— Я мёрзну.
— Тринадцать лет английского климата должны были тебя закалить. Или четырнадцать? — он обреченно покачал головой. — Купи себе дутые сапоги.
— У меня для них слишком красивые ноги. Ну так что, платишь?
— У меня нет выбора, правда?
Да! Абсолютно никакого выбора. По телу разлилось тепло триумфа. Рита забросила ногу на ногу, привалилась боком к спинке стула, качнула стопой. Майрон всё еще ждал ответа. Это невероятно. В какой момент ситуация развернулась в её пользу? Когда случился этот победоносный «щёлк»?
— Не верю, что ты нашел компромисс, — губы Риты расползлись в улыбке.
Майрон флегматично пожал плечами, взял приборы и теперь уже с большим упорством начал ковырять бириани.
— Ты лучшее, что есть в этой фирме, — просто проговорил он.
Сегодня, наверное, какой-то судьбоносный парад планет.
— Можешь повторить? — хохотнула она. — Запишу на диктофон и скину твоей подружке.
Рон закатил глаза. По-настоящему. Нервно, до самого затылка.
— Этап ревности к моей шикарной помощнице мы уже прошли, — цокнул он. — Так что записывай.
Ах да. Тот раз, когда Рита притащила злосчастный смокинг к нему домой и наткнулась на прелестное светловолосое создание с ясными глазами. Девчонка переминалась с ноги на ногу и мямлила что-то про кофе. Потом оказалось, что она приняла Риту за подружку Майрона. Весело… было бы, если бы Рон после этого не отчитал её в кабинете и не отобрал ключ от своего дома.
Оказалось, навсегда.
Рита хмыкнула, но улыбка уже начала медленно угасать. Она потянулась к остывающему кофе, разломала над чашкой пакетик с сахаром. Пристально проследила за тем, как белый порошок высыпается в чёрную воду. Слишком пристально. Чтобы куда-то деть взгляд.
Последствия той встречи перечеркнули что-то важное в их отношениях. Закончилась часть их общей истории и то, что можно было назвать дружбой. Так бывает, когда кто-то в компании женится и выпадает из обоймы. Майрон еще не женился. Но в тот день чётко обозначил свои приоритеты, что бы он сейчас ни говорил про «лучшее».
Рита тихо прислушалась к себе: леска вот-вот должна намотаться на сердце и сдавить, как всегда при мысли об утраченном. Однако… В душе всё так же стоял штиль. И этот момент она тоже как-то упустила? Когда вопрос Майрона и его отношений перестал больно впиваться в мягкие ткани?
 
Пакетик с сахаром опустел, но Рита так и не убрала его в сторону, продолжая держать на весу. Телефон рядом с тарелкой издал гулкую вибрацию, и это вывело из ступора. Рита смяла бумажку, сжала в кулаке. Обед нужно продолжить. В этот раз она победила Майрона, но окончательную победу праздновать, пожалуй, рано. Она подтянула к себе телефон и нажала на разблокировку. В строке уведомлений обозначилось сообщение. Мама. Не всё успела сообщить? Рита открыла чат.
13.42 Мама: «Забыла сказать. Нам понадобится медбрат. Поищи кого-нибудь, потому что Арджун отказался лететь, у него аэрофобия.»
Сердце на секунду остановилось, и тут же бешено застучало в горле и в ушах. Рука онемела над экраном смартфона. Желудок завязался в узел.
Медбрат. Им нужен медбрат.
Ей нужен медбрат.
 ГЛАВА 17 
 
— Шевели поршнями.
— Здесь батарея, я не могу.
— Значит, толкни сильнее.
— Если я толкну, он упадет тебе на ноги и раздробит стопы.
— Как удачно, что ты медбрат, — Иэн скорчил понимающую мину, хотя из-за тяжести в руках далось это с напрягом. — Будешь за мной ухаживать, а я буду тебя за это кормить… Хотя я ведь и так тебя кормлю, да?
Он умеет шутить? Мэтт тоже. Он отпустил свой край дивана и демонстративно поднял руки с открытыми ладонями. Диван с глухим «бум» стукнулся о пол, стекло в окне задребезжало, мышцы на руках Иэна заходили от напряжения.
— Говнюк, — выдавил он, заметно сжав зубы.
Но тут же отпустил свой край дивана.
Еще одно «бум» подняло небольшое землетрясение в квартире. Иэн через подлокотник запрыгнул на сиденье, проскакал по нему, и замахнулся, чтобы схватить голову Мэтта в капкан. Наивный. Мэтт перехватил его выпад в полете, завернул руку брата за спину и повалил его лицом в диван.
— Еще что-нибудь скажешь? — проговорил он, нависнув над лохматой головой.
— Я задушу тебя ночью, — проскрипел Иэн.
— Ответ неверный…
— Мальчики! — раздался со стороны женский голос. — Что вы делаете?
Мэтт откинулся назад, выпуская брата на свободу, и круто развернулся. В дверном проёме замерла фигура в облепивших бёдра узких штанах и майке на бретельках. Рокси. Иэн резко выпрямился, принимая вальяжную позу.
— Всё нормально. Мы развлекаемся.
Позёр.
Рокси окинула его странным взглядом, её алые губы изломились в ухмылке.
— Ну ладно. Только задвиньте его всё-таки к окну, — она мотнула головой в сторону дивана, развернулась, и, круто вильнув бедрами, исчезла.
Иэн не скрываясь проводил взглядом её зад. Мэтт устало посмотрел в потолок.
— Ты примитивен.
— А ты импотент, — шикнул брат.
— Ну конечно… — Мэтт подошел к краю дивана и, приноровившись, обхватил его по бокам от подлокотников. — Бери и тащи, — бросил он.
Иэн молча подчинился. Вернулся к противоположному подлокотнику, и путь к окну продолжился.
Вообще-то в глубине души он начинал соглашаться с Иэном. Иначе никак не объяснить то, что на Рокси не хотелось даже смотреть.
Она пришла сегодня с новой просьбой о помощи, а до этого не появлялась все две недели с того первого раза. Затаилась? Уезжала куда-то? Неважно. Важно то, что Иэн увидел её только сегодня. На самом деле именно он открыл дверь и ему снесло башку от красной помады, обтягивающей одежды и огненных локонов. Он сразу сделался ужасно приятным молодым человеком. Опёрся плечом о дверной проём, скрестил руки на груди и замурчал, как кот в период спаривания.
 
Именно благодаря Иэну они вдвоём сейчас боролись с диваном, весящим фунтов триста.