Обними (СИ)

— Если я не снял трубку, значит, действительно не мог, — по кабинету прошёл спокойный уверенный голос. — Но я всегда знаю, что у меня есть помощница, которая получает хорошие деньги и на неё можно положиться в таких вещах, как долбаные ножки. А оказывается, нельзя.
Он умеет бить людей фразами. Причём самыми простыми фразами, они могут ничего не значить, если не знать контекст. Рита незаметно поёжилась. Майрон же отвернулся к ноутбуку, достал из кармана флэшку и вставил в разъем. Взялся за мышь и сосредоточенно уставился в экран.
Она не виновата. Не виновата. Нельзя поддаваться этому дурацкому чувству, она всего лишь туристический агент тире секретарша. Максимум прикладных навыков, которыми она владеет — это забивание гвоздя в стену. И то криво. И то чем-то вроде дырокола вместо молотка. Откуда она могла знать, что у стола отвалится нога? Откуда, чёрт?!
Но поздно, чувство вины уже заползло под рубашку, прошло по рёбрам, добралось до горла и сдавило. Рита машинально откашлялась. Майрон на секунду стрельнул в неё взглядом.
— Можешь идти домой.
Точно. Она же всё еще балансирует на подлокотнике кресла и делает вид, что ей плевать.
— Что будешь делать ты? — Рита попыталась придать голосу самый ровный из всех ровных тонов. — Искать стол?
— Нет, я уже нашел в ближайшем мебельном, — он клацнул по мышке, начал интенсивно крутить колесико и пробегать взглядом по экрану. — Его завезли минут за двадцать. Спасибо, что спросила, — и еще один выстрел глазами в её сторону. — А сейчас мне нужно посидеть над материалами «Дженерл Турз», потому что последние два часа я потратил на стол. Белая нелакированная сосна, четыре ящика, симпатичный.
По рукам прошли холодные мерзкие мурашки. Майрон отвернулся теперь уже окончательно, Рита спрыгнула с подлокотника, круто развернулась на каблуках и постучала к двери. Дернула ручку и вылетела вон.
Её только что щелкнули по носу. Не по-дружески, как это бывает, когда дурачишься, а сильно, со всей значимостью. Она подошла к вешалке, сорвала пальто и перебросила через руку. Захлопнула крышку ноутбука даже не потрудившись выключить. Схватила сумку и пулей полетела через офис. В спину врезались «любящие» взгляды «лучших друзей».
— Сегодня слишком быстро, — прошипел чей-то голос.
— Настроение не то, — фыркнул второй.
Кретины.
Что она здесь делает? Не в данный момент, а в принципе.
Рита вызвала лифт, и двери тут же открылись. Она вошла в кабину, надавила на кнопку первого этажа, створки начали смыкаться. Три, два, один. Закрылись полностью, кабина поехала вниз. Она привалилась к зеркальной стене, свесила голову и закрыла глаза. Пульс забился в висках так, что со стороны его можно рассмотреть даже при близорукости.
Уехать из дома, чтобы получить английское образование; поссориться с родителями, не общаться пять лет, дождаться звонка от мамы только когда отцовский седан встретился с деревом…
И всё ради чего? Чтобы осматривать столы? Чтобы забирать из химчистки смокинги? Чтобы… что?
Усталость навалилась на плечи, заставила их согнуться. Пока лифт едет вниз, можно им это позволить. А потом опять выпрямиться и держать спину ровно до самого дома. Когда расправляешь плечи и смотришь на всё свысока, проблемы проходят сами собой. Если в это верить. Иногда работает.
Она не виновата. Она не могла знать, что стол сломается. Не могла. Или могла? Или голова после дня рождения так шла кругом, что остались незамеченными явные дефекты? Неужели это всё-таки её вина?
 ГЛАВА 11 
 
Дождь налетел, когда Мэтт уже подходил к знакомой высотке. Мелкая взвесь закружилась в воздухе, а потом стала падать на землю, облепляя всё вокруг мокрой плёнкой. Мэтт опустил шапку на самые брови и втянул голову в плечи. На свету от фонарей и окон первых этажей зданий хорошо обозначилась морось, постепенно превращающаяся в крупные капли.
Уже недалеко. Два дома, и будет тепло. Даже слишком тепло. Сегодня под курткой была только футболка: сидеть при включенном радиаторе в джемпере Мэтту надоело за прошедшие два вечера. Хотя сейчас, когда за воротник стали попадать редкие капли, решение показалось не самым разумным. Он ускорил и без того широкий быстрый шаг, преодолел оставшееся расстояние и ввалился в освещенный холл. Холод улицы мгновенно отрезало, плечи расправились. Мэтт тут же по привычке сорвал намокшую шапку и затолкал в карман. Боковое зрение уловило движение слева.
 
— Сеньор Маттео!
Он бросил взгляд в сторону стойки консьержа: черноволосая голова уже выпрыгнула на поверхность, как клоун на пружинке из музыкальной шкатулки. Смуглое лицо испанца осветила широченная улыбка.
— Рикардо, — Мэтт коротко кивнул и двинулся в сторону лифта
Он ждал. Точно ждал. Если бы на его месте сидела девушка, такое внимание даже польстило бы, а так… Чёрные глазки проводили пристальным взглядом, ощупывающим и прилипающим к коже.
— А вы чуть-чуть опоздали в этот раз, — прилетело в спину деланно незаинтересованное замечание. — Она только что уехала наверх. Даже не спросила про вас.
Мэтт нажал на квадратную кнопку и сложил руки за спиной.
— Спасибо за информацию, — бросил он через плечо.
Развивать тему желания не нашлось.
Амрита не позвонила сегодня, не написала и даже не ответила на сообщение, которое Мэтт отправил час назад. По сути, он шел сюда вслепую. Мог бы отсидеться дома и был бы прав, но Иэн не оставил бы это без внимания. Ни в коем случае. На самом деле только Иэн мотиватор сегодняшней вечерней прогулки под дождём.
Рикардо промолчал, но его взгляд всё еще впивался в спину маленькими иголочками. В поясницу и ниже. Он точно пялится, это так же очевидно, как и то, что лифт не торопится спуститься с восьмого. Сейчас он на третьем. На втором. «Дзынь» пролетело по холлу, двери только начали разъезжаться, а Мэтт уже шагнул в кабину и резко развернулся. Успел застать взгляд чёрных глазок в районе своих джинсов прежде, чем лифт закрылся снова и пошуршал вверх.
И всё-таки полное игнорирование, которое сегодня продемонстрировала Амрита, было ей несвойственно… насколько Мэтт мог её узнать за время нескольких диалогов, молчаливого просиживания в соседних комнатах и кратковременных объятий после. И тем не менее не ответить хотя бы коротким сообщением не в её характере. Такие люди отвечают на рабочие вопросы. Насчёт личных возникали сомнения, но о личном речи не шло.
Лифт доплыл, двери раскрылись. Мэтт вышел на этаж и остановился.
Амрита обнаружилась прямо здесь. Стоя возле своей двери, она нервно шарила рукой в сумке, которую придерживала, подняв колено. Как цапля на одной ноге. Очень грациозная.
— Ч-чёрт, — пронеслось по этажу тихое шипение.
В этот же момент «цапля» громко стукнула каблуком о плиты, резко присела на корточки, полы пальто улеглись вокруг неё палаткой. Один замах, и девушка перевернула сумку. На пол вывалилась гора всяких женских мелочей: пачка салфеток глухо приземлились на холодное покрытие, рядом прозвенела ручка, горсть монет, спланировали две купюры и блокнот, рухнул чёрный кошелек… К ботинку Мэтта подкатился тюбик помады. Стукнулся о мысок, отскочил и замер.
Что она потеряла?
— Кхм… — Мэтт подтянул джинсы на коленях и присел к тюбику.
Голова девушки дёрнулась в сторону. К нему обернулось удивлённое, если не сказать ошарашенное лицо.
— Мэттью!
Сюрприз. Испугалась? Но она же слышала лифт? Или нет? Он потянулся и осторожно поднял хрупкий тюбик.
— Мгм, — пластик прокрутился в пальцах. По коричнево-лиловой наклейке протянулась надпись «Сливовый нюд». Именно этот цвет почти стёрся с чувственных губ. Мэтт поднял взгляд от тюбика. — Вы не слышали лифт?
 
Она широко раскрытыми глазами проследила на прокручивание помады.
— Я… — в этот момент красивые брови сошлись на переносице, на лице отразилось абсолютное недоумение. — Нет. Кажется, нет. Простите, я о вас забыла.