Застрянец (СИ)
— Это что сейчас было?!
— Недовольства, — развернуто ответил Дементор.
Южная сторона района заканчивалась городским забором. Мы свернули и пошли вдоль него. Шмякая мокрыми ногами, я уже и по сторонам не смотрел. Непорядок. Каким бы говёным не был депутат, в моё время смертные не позволяли себе поливать его помоями. Дементий был якобы не при делах. С какого-то хера все бочки сыпались на меня. В чём я виноват? Думая, что запасы Глинского до конца дня снизятся ещё на пару бутылок вина, я зарулил в переулок и отследил глазами свою деревянную башню. Прогулка подходила к концу.
— Ох-хо-хо, какие люди!
С тротуара поднялся усатый мужик и поправил кожаную шапку на голове.
— Это кто?
— Мясник, — прошептал Дементий.
Мясник носил рубашку с закатанными рукавами и жилетку. На голове у него сидела кожаная шапка, напоминающая старые летные шлемы. Слева и справа на поясе висели разделочные ножи.
— Куда идете?
— Прогуливаемся, — ответил я и отступил, увидев, что Мясник трогает рукоять ножа.
— Мы думали, ты пришел, чтобы помочь нуждающимся.
— Да ну, брось! — я улыбнулся.
— А зря!
На свет показался кривой нож.
— Зачем нам такой господин, который не в состоянии помочь своим людям?
Мясник шёл, шаркая ботинками. Я развернулся и увидел позади ещё троих. Херово.
— Совсем совесть потерял, крыса!
Нас прижали к забору. Четыре мужика с закатанными рукавами, вооруженные ножами. Серьёзно?! Я занял чужое тело, чтобы сдохнуть через час?!
— Мужики, давайте решим всё по уму!
Дементий подался в сторону. Бандит махнул ножом. Сутулый вскрикнул. Из дырки в рукаве на землю полилась кровь. Бл*ть, тут не до шуток!
— Я кое-что принес! — крикнул я.
— Ну, давай, — Мясник поманил рукой.
— Дементий!
— А?
— Давай свое хреново кольцо!
— Но это кольцо моей….
— Не жмись! Смотри, какие уважаемые люди перед нами! Снимай!
— Но, господин…
— Дай сюда, болван!
Я сорвал с пальца Дементия кольцо с огромным синим камнем и протянул Мяснику:
— Буду рад сотрудничеству.
— Ага, — пробурчал он. — Валите отсюда. В следующий раз прирежу!
Глава 2. Виктомкс
Из окна дома Глинских открывался отличный вид на город. Смотри в любую сторону. Будто я стоял не в своей комнате, а сидел на пожарной вышке и следил, как бы в лесу не показался дым.
Взгляд остановился на противоположной части города, которая отделялась рекой. Река перерезала город на две ровные части и впадала в море. Вид из окна у меня был первоклассный, с обзором на триста шестьдесят градусов.
На побережье за рекой стояли доки. Склады, парусники, лодки. Я видел, как работяги грузят рыбу. Есть захотелось.
Сам же Виктомск выглядел однообразно. Серо-коричневый из тысяч однотипных домиков с острыми крышами и торчащими трубами. В разных частях города высились здания, подобные моей башне. Подобные, но, мать вашу, в несколько раз круче. Почти все они были кирпичные. Одно отсвечивало жестяным куполом, как обсерватория, а самое здоровое за рекой и вовсе походило на башню настоящего замка. Моя башня на фоне остальных походила на пожарную вышку.
Утро было туманным. Из маленьких труб тянулись почти незаметные дымовые ниточки, из больших — густые столбы.
— Дементий!
— Что?! — ворвался помощник. — Что-то случилось?
— Конечно, блин, случилось! Какого хрена творится с землями Глинских? А?!
— В смысле, господин? — Дементор подскочил к окну. — Что именно?
— А ничего, Дементий! — я впился в него взглядом, под которым помощник отступил. — Что это было вчера на улице?! Ты ж, мать твою, управляющий! Какого хрена шпана бросается в меня камнями? Почему толстые тетки льют на ноги помои? А хренов головорез чуть не разделал нас в паре сотен метров от моей башни?!
— Ну так, ведь… недовольства…
— Недовольства?! Это у меня зреют недовольства по отношению к тебе, Дементий?! Ты небось винишко из погреба таскаешь вместо того чтобы делом заниматься? Так?!
— Нет-нет, господин, я же…
— Бестолочь! Где наша охрана?
Дементий раскис. А нехер! Козлина слишком многое себе позволял. Ещё и хихикал, когда меня помоями обливали. Где это, мать вашу, видано, чтобы холуи перед избранным депутатом пальцы гнули? Если прежний Глинский был размазней, то я не такой!
— Так не было никогда охраны.
— Бардак! А деньги?! Сколько у нас денег?!
— Ну-у-у... это…, — Дементий развел руками.
— Всё понятно. Просрал?!
— Так я вас выхаживал, господин!
— Одной рукой выхаживал, а второй бабки на блек джек и шлюх спускал?!
— Блэт…, что?!
— Так, блэт, Дементий! Похоже, ответственность за разброд и банкротство Глинских лежит целиком на тебе. Господин без сознания две недельки чалил, на тот свет собирался, а ты, вместо того чтобы дела вести, всё окончательно всрал!
Больше Дементор не хихикал. Скрючился весь, руки в рукава спрятал, жмется к двери. Так-то, мля!
— Охраны нет. Прислуги нет. Денег нет. Вино хоть осталось?
— Бутылок тридцать.
— Пару дней протянем.
— Как?..
— Ка́ком к верху. Тащи сюда бабки! Всё что есть. Будем думать.
— Так вот они! — ответил Дементор и открыл ящик стола.
Я выгреб наружу бумажки и пересчитал. Сто двадцать золотых. Схренали бумажные деньги назывались золотыми? Пережиток прошлого, видимо. Ну да ладно. В любом случае, сумма не выглядела внушительной. Если все купюры на ладошку положить, а второй поскидывать, как делают реперы в клипах, то всего на три выстрела и хватит. Какой же я нахрен господин и босс на своем районе, если даже такой мелочи себе позволить не могу?
— Ну рассказывай, Дементий. Как так вышло, и кто виноват, что мы с голой жопой остались?
— Так вы сами отказались!
— От чего?
— От денег…
Вот это Максимилианчик выдал! Сам от денег отказался?! Е-моё! Я тут Дементия с порезанной рукой и лишенного дорогущего перстня чуть под плинтус не закатал, а оказалось… О-ё!
Дементушка поведал про финансовую систему Виктомска. Ничего нового. Чернь и холопы вкалывают с утра до ночи, чтобы удержаться на плаву, и отстегивают налоги в казну. Бабулесики уходят самому главному хрену с самой здоровой башней, которого зовут Мещерский. Он, короче, общак держит. Мещерский дань собирает и по своему усмотрению распределяет между районами. Он — столица, а мы — обоссанные регионы. Ну ладно. Дело не в этом. Дело в том, что Максимилиан, хрен бы его по башке, сам от денег отказался. Не заладились у него отношения с Мещерским, а если быть точнее, то у папаньки его не заладились дела с Мещерскими. И этот принципиальный говнюк отказался от денег, которые ему полагались.
— Когда будет следующая делёжка?
— Делёжка?
— Когда в следующий раз боссы собираются?
— Раз в тридцать дней. Последняя встреча состоялась пять дней назад.
— Хреново.
— Решились всё-таки деньги взять? — Дементий заулыбался и притопнул от радости.
— Может и решился, а ты чего расцвел? Думаешь перстень твой выкуплю? Хрен там! Если не сумел меня переубедить деньги взять, то какой с тебя управляющий?! До следующей делёжки двадцать пять дней. Хрен мы протянем. Если с голоду не сдохнем, то на улице прирежут. Сколько охрана стоит? — я потряс деньгами.
— Не было у нас никогда охраны, — пожал плечами Дементий.
— Мы же целый район держим?
— Ну так раньше господин сам со всеми справлялся. Меча Глинского боялись не только Мясник и его прихвостни, но и бандиты других районов Виктомска. Раньше господин очень искусно обращался с мечом.
— Что значит, раньше обращался?! А я по-твоему кто?
— Вы — господин. Но после болезни изменились. Вчера вот…
— Вчера мне рука болела, — я размял кисть. — Давай, Дементий, вали отсюда! Хочу один побыть. Подумать.
Потихоньку картина складывалась. Принципиальный мальчишка не брал денег из общака, хотя народ туда скидывал. Не очень-то умно, как ни крути. Народец недополучал деньжат и медленно злился. Все это вытекло в то, что Глинского долбят в голову камнями, поливают помоями и караулят местные гоп-стоперы. Окей. Охраны у него никогда не было. С мечом он, видите ли, искусно обращался. А я? Я неплохо обращаюсь: со стаканом, мобилой, отчетами и писюном. Меча в этом списке не было. Разве что в компьютерных играх.