Застрянец (СИ)

На палубу обрушился грохот ботинок. Беспредельщики спрыгивали с борта и обнажали сабли. Зазвенело железо, полилась кровь.
Я стоял чуть позади. Ссал? Нет, конечно. Я же, главный. Ну, то есть этот... стратег. Ага. Вот и управлял дракой целиком, так сказать.
Ух ты! Глядя, как Архип разделывает уже второго, я подумал, что, может, мой выход и не понадобится. Фиг там. Архип-то у меня был один. Дела у Бибы, Бобы и Кривоносого шли куда хуже.
Пиратов было штук восемь, а нас осталось пятеро. Они поджимали нас к дальнему борту и замыкали дугой. Темно, хоть глаз выколи. Но некоторые лица показались мне знакомыми.
Боба вскрикнул и рухнул. Простреленная нога подвела. Пират подрезал его сбоку и перерезал шею. Вот, сука! Выскочив из-за спины Кривоносого, я полоснул наотмашь. Высек мечом искру о его саблю и ударил снова. Два сверху, а третий — по ногам. Есть контакт. Пират споткнулся и выбросил саблю, чтобы меня проткнуть. Изящным движением я увёл её в сторону, перехватил меч и снёс ему полбашки. Вот это да! Дункан Маклауд, не иначе! Телесная память Глинского творила чудеса.
Стряхнув кровь с лезвия, я огляделся. Кривоносого и Бибу прижали к мостику, а Архип, отбивающийся от троих, одной ногой спустился в трюм. Дерьмо дело.
Вскочив на бочку, я перепрыгнул прущего на меня пирата. Вскарабкался на ящики и дотянулся до верёвки, которая уходила к парусам. Ухватился левой, правой рубанул по мачте. Сработало. Меня выбросило в небо, как в самых крутых фильмах. Будь я таким же ловким, ни в жизнь не свалился бы с чёртового карниза. Противовес вынес меня к горизонтальной балке. Высоко! Под ногами звенят мечи, орут бандиты, а я шатаюсь вместе с кораблём и размахиваю руками, чтобы не грохнуться.
Вот ты где, говнина! Набираюсь скорость и толкаюсь. Пролетаю добрых четыре метра и врезаюсь в парус пиратского судна. Ткань мнётся, я замедляюсь и соскальзываю прямо на палубу врагов.
Командир пиратов остался на своём корабле. Здоровяк в треуголке. Я вынырнул у него из-за спины и чуть слюной не подавился:
— Оскал?!
Передо мной стоял тот самый наёмник из бара рыбаков.
— Глинский?! — Оскал скривился.
Несколько секунд мы стояли и слушали звон на соседнем корабле. Что делать в такой ситуации? Вроде же знакомы. Вскоре пришло осознание — Оскалу нельзя, чтобы о нём узнали. Он ведь, грешник. Своих же мужиков кошмарил. Сидел с ними в одном баре, разговорчики подслушивал, а ночью, предатель, выходил на охоту.
Оскал вытащил меч и пошёл на меня. Выводы подтвердились. Перемирия не будет.
Мой меч трясся под мощными ударами. В стороны летели искры, а в воздухе свистела сталь. И чем дальше, тем ближе свистела. Как бы намекая, что скоро доберётся до меня. Я мне ведь погибать нельзя. Такой трюк замутил! Нужно же успеть рассказать!
Оскал, матёрый фехтовальщик, прибил меня к борту. Про контратаку я даже и не думал. На полсекунды зазеваешься и без башки останешься.
Он ударил саблей сверху, я споткнулся и завалил корпус. Ну всё… Выбрасываю левую руку. Вот она! Совсем рядом и беззащитная! Оскал ведётся, рубит. Вот только вместо фонтана кровищи разбрасывает в сторону дым, а я ловлю засранца в конечной точке. Опускаю меч с прыжком, и толстая рука Оскала падает на палубу.
Он верещит и хватается за локоть, а я, опьянённый всей происходящей херотой, вдалбливаю ему рукояткой меча в нос. Теперь кровище капает и с морды. Подсекаю по ногам, Оскал валится на спину, прижимаю мечом горло:
— Отзывай своих!
  
Глава 15. Сходка
 
На поляне рядом с башней копошились работяги. Шесть человек. Архип сказал, что лучше, чем эти, в городе не найти. Рельеф подровняли ещё на прошлой неделе и два дня как закладывали фундамент. Я сидел на стуле и курил, глядя, как мужики работают. Процесс, конечно, сложный. Вместо клея — глина с примесями, вместо пеноблоков — камни и кирпичи.
Местный архитектор Извольский составил проект. Я замахнулся на грандиозную виллу с витражными окнами, балконами и всё такое, но этот гад поумерил мой пыл. Он, видите ли, рассчитывал силы, прочности, возможности материалов. Ну, короче, не все мои фантазии суждено было исполнить с теми технологиями, что у них имелись. Тем не менее пожертвовали мы не многим.
 
В остальном дом должен был вырасти офигенным. Просторный, с множеством комнат, ваннами, саунами и далее по списку. А ещё дом будет одноэтажным, а то таскаться по этой башне с этажа на этаж порядком затрахало. Дементий следил за тем, чтобы на стройку вовремя подвозили камни и другие материалы. Архип уехал по делам.
Бобу и Грифеля мы похоронили на кладбище за городскими воротами. Прошло две недели, а Биба всё никак не отошёл от гибели друга. Плотно сидел на стакане. Я и сам со стаканом был дружен, но это другое дело. Если мне нужно было сделать что-то важное, например, решить дела по стройке или озаботиться поставками вина, то я встану и сделаю. Биба же напивался как свинья и ползал по улице, пуская слюни. Я намекнул Архипу, что нужно подыскивать замену.
С Ростопчиной всё получилось шито-крыто. Торговое судно, которое она нам выделила, мы немного подпалили, но это ерунда. Главное — пиратов на кук посадили и навели порядок в море.
Когда мы прибыли в доки и привезли пленных, тётка долго ходила с задранным носом и изображала крутую. Но потом всё-таки растаяла. Кинулась меня благодарить, чаем угощать. Ну, короче, будь она в моём вкусе, то… Нет, не в моём.
От чая я любезно отказался, а вот поговорить было о чём. Ростопчина посчитала, что убытки от пиратов покроют затраты на премирование. Пообещала отблагодарить рыбаков из моего района. Здорово, но у меня план был поинтереснее. Зря я, что ли, жопой своей рисковал?
Договорились так: если рыбаки хорошо работают, то она платит им премию. Но не отдаёт деньги на руки, а передаёт мне, и эту надбавку регулирую я. Очень удачно получилось. Прямой инструмент для управления народом, плюс дополнительный заработок. Рыбаков много, а потому и лишних деньжат оставалось немало. Нет, я не жлоб! Просто дом нужно было строить. Он же денег сосёт — ого-го! В башне жить больше не вариант. Птичка выросла из старого гнезда. Расправила крылья.
Да и не только по стройке расходы появились. Ещё шестеро ртов прибавилось. Оскала, предателя херова, я Ростопчиной отдал. Даже и не знаю, что она с ним сделала. Живой ли? А вот кодлу его, я себе подобрал. Сражались друг против друга, поубивали друзей, но ведь и те и другие — наёмники. Не за идею саблями машем, а за бабки.
Оставшись без босса, те растерялись. Чего делать? Рыбаками идти? Не возьмут. И тут я. Стройсь! Смирно! По порядку рассчитайсь! Налево! За мной, шагом марш!
Очень удачная инвестиция. Платил им на порядок меньше, чем своим. Зато армия разрослась до десяти человек, включая меня. Себя бы я, кстати, с удовольствием исключил из отряда. Не очень-то по статусу положено. Хотя получается. Отправь я этих оболтусов одних в море. И что? Увёл бы Оскал торговый корабль, а людишек моих — за борт. Так что, пока армией из пятидесяти голов не обзаведусь, придётся самому участвовать. К тому же деньги. Чем больше их становится, тем больше расходы. То, что раньше за неделю с Румянцевым просаживал, теперь отдаю нахлебникам. Если бы не рыбацкие бабки — всё. Раздели бы до трусов. Пока живём.
С Мясником тоже дела наладились. Вопрос не решился, но остыл. Выборы никакие мы не проводили. Архип с мужиками сгоняли к нему на стрелку и все популярно объяснили. Мясниковских оказалось почти в два раза больше, чем наших, но те с ножами и топорами, а мои — с мушкетами. Мясник посчитал, что силы примерно равны. Договорились, что всё остаётся как есть, но Мясник сделал уступку. Армия моих подзаборных алкашей теперь могла ходить по его кварталам. В конце концов, мне одному оно надо? О его же безопасности беспокоюсь.
В группу на территории Мясника поставили лучшие кадры. Считай, идеальных людей. Безупречных в мире пьянства и попрошайничества. Эти были с зубами, в ботинках и временами что-то помнили. Короче, настоящие изумруды, среди своих коллег. Высший эшелон.