Николай I Освободитель // Книга 9 (СИ)

А потом все окончательно рухнуло этим летом. Начались протесты черни, их как-то связали с земствами и начали чистить местные советы от неблагонадежных элементов. Тут естественно всплыла и история его заговорщика-отца и высказанные когда-то давно антимонархические мысли по поводу стиля правления нынешнего императора. Короче говоря, земской совет Тамбовской губернии нужным числом голосов лишил князя мандата, назначив в его округе перевыборы и теперь ему не оставалось ничего иного кроме как «взять свое» силой оружия и махнуть заграницу, доживать последние годы где-нибудь во Франции. А лучше в США, там уж точно архаровцы Николая его не достанут, придется, конечно, смириться с тем, что за океаном его княжеский статус ничего не значит, но зато у него будут деньги, а они всегда облегчают жизнь.
— Ну вот так бы сразу. И зачем было строить из себя стойкого оловянного солдатика? — На другом конце зала меж тем пара «крепких аргументов» вынудила толстомясого приказчика все-таки расстаться с ключами от сейфа, в котором как раз находилась большая сумма наличности, привезенная для выплаты зарплат многочисленной армии губернских чиновников.
По данным Волка в сейфе должно было быть около полутора миллионов — по двести пятьдесят тысяч на брата, включая ожидающего на улице извозчика и наводчика в штате финансового учреждения, который и подсказал самый «выгодный» для ограбления момент — рублей. Чегодаев даже мысленно называл подельников придуманными под это дело кличками, которые должны были уберечь грабителей от разоблачения в дальнейшем. Они вообще подошли к «акции» максимально аккуратно — скрытые специальными масками лица, «левое» оружие, доставшееся окольными путями и неспособное указать на владельцев, экипаж угнанный заранее. Теоретически вообще ничего не могло указать на бандитов.
И наверное, все прошло бы полностью успешно если бы не одна маленькая деталь, о которой бандиты не знали. Всего месяцем ранее без широкой огласки в отделениях ПРБ начали ставить простейшую электрическую сигнализацию в виде тревожной кнопки. Едва только грабители воровались внутрь банка, приказчик нажал на скрытую от досужих глаз кнопку, а где-то в отделении полиции на специальном щите загорелась лампочка, сигнализируя о том, что на охраняемом объекте происходит что-то нехорошее. Простая, можно даже сказать примитивная, система, что, однако, совсем не снижает ее действенности.
А вот человеческий фактор — снижает. Вместо того, чтобы сразу поднять все полицейскую управу, сообщить в жандармское отделение и потребовать прислать подкрепление, как того требовала инструкция, дежурный полицейский чин просто направил сержанта с напарником, чтобы тот посмотрел на месте. Впрочем, это тоже можно понять, Тамбов был мирным и спокойным провинциальным городом, серьезных банд тут не имелось, большая часть уголовных правонарушений относились либо к пьяным дракам, либо к мелким кражам, мысль о реальности какого-то полноценного вооруженного налета дежурному просто не пришла. Тем более, что за последние пару недель уже имели место несколько случайных нажатий и одно срабатывание, связанное с технической неполадкой.
— Легавый! Атас, — процесс пакования наличности в заблаговременно принесенные сумки был прерван самым бесцеремонным образом. Один из налетчиков — Лис — тот, который успокоил ретивого чиновника, первым заметил пытающегося что-то разглядеть внутри сквозь занавешенное и забранное решеткой окно полицейского. Снаружи было светло — внутри полумрак, поэтому сержант, чтобы понять, что происходит в отделении ПРБ, вынужден был буквально прильнуть лицом к стеклу и стал отлично виден грабителям. Ничего умнее, чем просто пальнуть сквозь стекло, Лис не придумал. Да просто сдали нервы, если говорить честно.
— Бабах! — Звон разбитого стекла, темная фигура по ту сторону окна медленно оседает на тротуар.
— Твою мать! Я тебе этот барабанник в задницу засуну, — теперь уже не выдерживают нервы у князя. Нет, попадаться в руки служителям закона он в любом случае не собирался, но вот понимание того, что теперь полиция будет искать их с удвоенной и утроенной активностью, Чегодаев имел полное. — Ты что натворил, дятел⁈
  
— Это ж легавый был, что мне нужно было ждать, пока он нас заметит и поднимет тревогу? — Попытался оправдаться Лис, но судя по отсутствию уверенности в голосе даже он сам понимал, что спорол глупость.
— Хватаем мешки и валим быстрее! — Осуществить задуманный анабазис налетчикам, однако не удалось. Подстреленный сержант вышел на проверку сигнала из банка не один, а с напарником и едва дверь банка открылась, как прямо в проход начали лететь одна за другой пули, выпущенные из служебного «Барса». Первая же пуля попала шедшему впереди Лису в грудь, отбросив его назад на следующего вторым князя. Они вместе повалились на пол, кто-то успел толкнуть дверь, отрезая помещение банка от улицы и тем самым прекращая свинцовый ливень.
— Лис ранен!
— Хватай его, — раненного подхватили под руки и поволокли обратно в главный зал, впрочем, судя по выступившей на его губах кровавой пене, спасать грабителя было уже поздно. — Что делать будем?
На лицах бандитов — пусть даже за масками были видны только глаза, но даже они отражали полный спектр обуревающих их эмоций — проявилась полна растерянность. Весь план предполагал один стремительный наскок, а вступать в полноценные боевые действия никто реально не собирался.
— Поднимай людей, пустим их вперед в виде живого щита, а сами под прикрытием прорвемся к повозке и свалим пока жандармы не набежали.
Сказано-сделано. Бандиты, бросив уже бездыханное тело подельника, вновь подхватили сумки с деньгами и принялись пинками поднимать ставших резко небесполезными посетителей банка. Импровизированный хашар от своей роли оказался не в восторге, но, когда в спину упирается пистолет, а на полу уже валяется один труп, большого желания высказывать свое недовольство бандитам как-то особо не находится. Просто берешь и делаешь то, что от тебя требуют, надеясь на благополучный исход.
Дальше все происходило очень быстро. Вновь открылась дверь банка и оттуда начали выбегать люди. Визжа, крича и матерясь, порская сразу в разные стороны, чтобы уйти с потенциальной линии огня. За ними ломанулись и бандиты, таща на себе награбленное.
— Бах! Бах! Бах! — С разных сторон начали палить бандиты и полицейские. К одинокому бойцу уже подтянулась пара соседних квартальных надзирателей, еще один рванул за подмогой, впрочем, новости и так распространялись со скоростью молнии, и в губернском жандармском управлении уже поднимали силы в том числе и специальный отряд, подготовленный для боя в городской застройке, созданием которых озаботились еще лет пятнадцать назад. Впрочем, к месту действия они все равно не успевали, так что в расчёт их брать смысла нет.
Зато есть смысл брать в расчёт пятого подельника налетчиков, который стоял около запряженной двойкой лошадей пролетки и представлял собой своеобразную «группу эвакуации». Он тоже был вооружен и в момент, когда бандиты пошли на прорыв, открыл стрельбу полицейским во фланг, мгновенно ставя их в невыгодное положение. Один служитель закона упал, схватившись за грудь, другой, — забыв обо всем, бросился внутрь расположенной в соседнем здании скобяной лавки в поисках укрытия, и только последний полицейский, достаточно хладнокровно упав на брусчатку, чтобы сократить свой профиль, выпустил все пять оставшихся в барабане патронов и только после этого тоже предпринял ретираду.
Стрельба в итоге обошлась бандитам в еще одного раненного. Им оказался Заяц, поймавший пулю в живот и теперь отчаянно матерящийся, проклиная всех полицейских мира. Его кулем закинули в повозку и та, не теряя времени рванула прочь в сторону реки Цны, туда, где располагался Казанский монастырь, и где проще было затеряться. Тем более стоило ускориться, что из-а поворота Красной улицы на проспект выскочили несколько всадников которые явно относились к какому-то силовому ведомству.
— Гони! Гони быстрее! — Медведь трясущимися от возбуждения руками принялся перезаряжать свой барабанник, но в подскакивающей на булыжниках повозке сделать это было максимально затруднительно. Только князь достаточно хладнокровно достал из кармана запасной барабан, который носил с собой еще по армейской привычке, и быстро сунул его на штатное место, не заморачиваясь с перезарядкой камор по-отдельности. Да на новейших «Барсуках», использующих патроны с цельными латунными гильзами, делать это было проще, но совершенно точно не в такой момент.