Реши это (ЛП)

Исходя из этого, я перестраивал его окружение в соответствии с его потребностями, поэтому я обратил внимание на расписание, потому что ко мне пришли люди на собеседование на должность садовника, а его новый личный тренер должен был прибыть в любой момент. Познакомившись с садовником, мистером Кимом, я сразу же предложил ему эту должность, но он сказал, что мне придется платить ему непомерную зарплату за то, что он проработает всего пару месяцев, а дальше будет просто поддерживать его в рабочем состоянии. Я оценил его откровенность, когда он рассказал о дренажной системе, которую нужно было установить и о которой его никто не слушал.
– Дайте мне знать, что нужно сделать.
Он попросил меня пройтись с ним, объясняя, где будет проложена новая подземная система полива и дренажа, а затем показал мне разрушающуюся стену, которая вела вниз, к основанию участка. Ее нужно было перестроить, иначе все в конце концов рухнет и рассыплется. В понедельник я проведу собеседование с подрядчиками.
Через пятнадцать минут или около того Ник вернулся, проходя мимо кухни, и Марисоль протянула ему большой стакан с соломинкой. Он остановился, чтобы взять его у нее.
– Прости, что это?
– Это твой смузи, – объяснила она. – Я подумала, что раз уж ты гуляешь, то можешь не беспокоиться, что он прольется.
Он выглядел озадаченным, даже когда на нем были мои солнечные очки.
– Я добавила туда немного протеинового порошка и женьшеня, – продолжила она. – Нам нужно укрепить твой иммунитет и очистить организм, но это займет немного времени, поскольку ты недостаточно здоров для очищения. Сначала я прослежу за тем, чтобы наладить твое питание. Для начала три квадратика.
– Спасибо, – сказал он с недоумением, после чего повернулся и пошел по коридору в сторону своей спальни.
По пути было несколько гостевых комнат, и я догадался, что он проверяет их, чтобы узнать, кто в них еще живет. Я услышал, как Брент объяснил, что он переезжает, и в его старой комнате, которая скоро станет домашним спортзалом, будет новый резиновый пол. Там уже работали рабочие, а беговую дорожку, силовой тренажер и наклонную скамью доставят в понедельник.
Я вышел на улицу, проверил, как работают новые датчики движения, установленные по периметру участка, и снова встретился с мистером Кимом, чтобы сказать ему, что из предложенных им вариантов я хочу посадить итальянский кипарис там, где раньше была кабина, и распорядился перенести кабину на противоположную сторону площадки у бассейна, чтобы перестроить ее в два раза меньше прежнего размера. Деревья на ее месте более органично разграничат пространство, а также позволят лучше видеть. Он согласился со мной, что итальянский кипарис - лучший выбор, хотя и самый дорогой на данный момент, но в долгосрочной перспективе он будет иметь большую ценность для участка.
Вернувшись к саду кактусов, я увидел Ника, стоящего на пороге между домом и патио.
– Что, черт возьми, происходит? – закричал он на меня, а потом захныкал, потому что ибупрофен еще не подействовал, а на самом деле, я думаю, он бы умолял поставить ему капельницу с демеролом, так сильно у него болела голова, если бы он все еще был в больнице. Здесь, дома, ему не повезло, бедный ублюдок. – И кто ты, блядь, такой?
Я поднялся по лестнице, разделявшей нас, и остановился в двух шагах от него.
– Ты слушал, когда мы были на кухне, мистер Мэдисон?
– Да, я знаю твое имя, я просто... – ему было больно, и в свою защиту он мог сказать, что только что очнулся от того, что должно было быть похоже на кому. – Я...
– Может, тебе лучше отдохнуть? Я не думаю, что ты...
– Ник, хорошо? Просто, блядь, называй меня Ник.
– Ник, – мягко повторил я, начав с самого начала, просто чтобы подстраховаться. – Я Локрин Барнс, а ты можешь звать меня Лок. Мы познакомились в четверг, а потом снова встретились на кухне.
– Я потерял сознание, верно? Я имею в виду четверг.
– Да, отключился.
– Я все время отключаюсь, – надменно сказал он, как будто это хорошо. – Это не вечеринка, если ты не напился.
  
Я хмыкнул.
– Сильно осуждаешь?
– Это потому, что я уже взрослый, – заверил я его.
– Просто... кто ты?
– Ты не спишь?
– Нет-нет, я не имею в виду твое имя, я понял, но почему ты здесь?
– Я здесь, чтобы управлять твоей жизнью, пока мистер Кокс не убедится, что ты можешь управлять ею самостоятельно.
– Он не может просто...
– Ты когда-нибудь слышал об опеке, Ник?
– Да, это для стариков, которых могут лишить пенсии, и для взрослых, которые стали инвалидами или... черт возьми, какое это имеет отношение ко мне?
– А еще для таких людей, как ты, с кучей денег, которые вышли из-под контроля и нуждаются в том, чтобы кто-то другой держал бразды правления твоими финансами и принимал за тебя жизненные решения, пока ты не соберешь свое дерьмо в кучу.
– Это не может...
– Мистер Кокс считает, что ты стоишь на краю пропасти, - объяснил я ему.
– Что ж, пошел ты и пошел он! – прорычал он и чуть не упал вперед.
Я поймал его, положил руки на его бицепсы и шагнул к нему, обхватив его руками, как сделал бы, если бы ему было шесть, а не двадцать шесть.
– Все в порядке, – успокаивал я его, нежно массируя затылок. – Я знаю, ты злишься, и я знаю, что тебе кажется, будто с тобой обращаются как с ребенком, но я обещаю тебе, что это временно. Все, что тебе нужно, - это высохнуть, почувствовать себя лучше, больше похожим на себя, и, надеюсь, ты сможешь закончить свой альбом и вернуть все на круги своя.
Он не отстранился, что было удивительно, а повернул голову так, что его лицо оказалось прижатым к ложбинке между моим плечом и шеей.
– Я здесь, чтобы помочь тебе, укрыть тебя, обеспечить твою безопасность и построить тебя заново. Я не буду действовать за твоей спиной или говорить с мистером Коксом о том, что мы не обсудим заранее. Я никогда не буду устраивать засаду.
– Но я же пленник, – пробормотал он, обхватив меня за талию, и я почувствовал, как стакан с его коктейлем уперся мне в спину.
– Нет, – заверил я его. – Мы можем делать все, что ты захочешь. Ты просто должен взять меня с собой и понять, что пришло время сделать другой выбор.
Он стоял, дыша, опираясь, и, хотя я знал, что это всего лишь затишье перед бурей, я обнаружил, что его желание быть рядом уменьшило мое раздражение и пробудило все защитные инстинкты, которые у меня были.
****
В тот вечер он устал, но никак не мог уснуть, и я поставил его перед выбором: «Властелин колец», фильмы Marvel или «Звездные войны».
– Что?
Я стоял рядом с диваном, скрестив руки, и ждал его.
– О, эм, – сказал он, пожимая плечами. – Наверное, «Властелин колец», поскольку я его никогда не видел.
Я сразу же нахмурился.
Он хихикнул.
– Не смотри на меня так. Мне было пять или около того, когда вышел первый фильм.
Я вдруг почувствовал себя древним.
– Ладно, – проворчал я. – Ты хочешь попкорн или сэндвич? Скажи мне.
Он покачал головой.
– Не помню, когда в последний раз у меня было так много домашней еды, – сказал он мне, улыбаясь. – Попкорн звучит неплохо, но я бы не отказался от пепси.
– Я вижу в твоем будущем чай со льдом или воду, – его хныканье заставило меня невольно улыбнуться. – Как насчет «Арнольд Палмер» [3]?
– Не может быть, чтобы в этом холодильнике был настоящий сладкий чай, – заверил он меня.
– Есть. Марисоль сделала немного.
– Сомнительно, что это настоящий южный сладкий чай, – объявил он, и это прозвучало очень сопливо.
– Не знаю. Я не пью чай, но ты хочешь попробовать, малыш?
– Не малыш, – поправил он меня, как делал это весь день. – Ты не намного старше меня.
– Девять лет - это много, – напомнил я ему, когда мой телефон пискнул, и я ответил на звонок. – Да?
– Лок, тут у ворот женщина, которая говорит, что она девушка Ника.
Я хмыкнул.
– Как ее зовут?
– Талия.