Саймон говорит (СИ)
Заплатив положенные 10 копеек в кассе за «взрослый» билет, он прошел вглубь, с большим интересом оглядываясь вокруг. Первый зал встречал посетителей экспозицией, посвященной зарождению и развитию жизни от амебы до динозавров. Большая часть зала была оформлена с помощью экранов и голограмм, однако попадались и экспонаты в виде костей. Главной же достопримечательностью служила большая аниматронная фигура тираннозавра в полную (как утверждалось на табличке) величину. Тираннозавр негромко рычал и делал вид, что вот-вот броситься на назойливых людишек, чем приводил в неописуемый восторг стайку детишек лет семи, столпившихся вокруг экспоната. Стоявшая рядом учительница периодически призывала детей к порядку, а экскурсовод, снисходительно улыбаясь, продолжала рассказывать о повадках страшного хищника.
Улыбнувшись детям (и вызвав этим какое-то оживленное обсуждение среди детворы), Саймон проследовал дальше и как-то незаметно для себя — пропал, полностью погрузившись в историю. Переходя от экспозиции к экспозиции, он с интересом разглядывал ролики, изучал голограммы и разглядывал картины, начисто потеряв счет времени. В себя его привел чуть ироничный голос:
— Здравствуйте, молодой человек. Я вижу, вам у нас понравилось?
Обернувшись, мут увидел пожилого седовласого мужчину небольшого роста, с аккуратной такой же седой бородкой. Вид у него был самый что ни на есть интеллигентно-профессорский, что подчеркивали небольшие круглые очки и твидовый пиджак со вставками на локтях.
— Впечатляет! — Честно признался Грэй. — Очень интересно. Только даже на мой непрофессиональный взгляд, много ошибок.
— Да что вы говорите? — мужчина иронично вскинул бровь. — Это каких же?
— Ну, вот в зале, посвященному Древнему миру у вас одна из голограмм показывает Клеопатру в окружении личной стражи. При этом стража вооружена мечами хопеш4 и не носит доспехов. Я, конечно, не специалист, но к этому времени Египет был давно завоёван греками и вооружение существенно изменилось. Или вот средние века. На стенде, посвященном Японии в тексте сказано, что феодалы дайме5 в качестве военной силы опирались на самураев и ронинов, которые были самураями-наёмниками. Это категорически неверно! Стать ронином для самурая — уже позор! Конечно, всё было не так однозначно, но писать о ронинах, как о наемной военной силе, на которую опирались сёгуны6 и дайме — полный бред. Или вот!
Мутант ткнул пальцем в голограмму, на которой танки с немецкими крестами на борту шли в атаку на танки с красными звёздами.
— Написано: «Атака немецко-фашистских войск на СССР 22 июня 1941 года». А мы видим «Пантеры» и «Тигры», которых на тот день и в помине не было.
— Да? — мужчина заинтересованно уставился на голограмму. — Спасибо большое, будем исправлять. Трудно, знаете ли, работать. Большая часть информации приходит из остатков цифровых архивов. Довольно сложно разобраться, где исторический труд, а где художественная книга или просто запись из социальной сети. Да и дизайнеры порой увлекаются, знаете ли. К примеру, рисовали первую высадку человека на Луну — изобразили Нила Армстронга в силовой броне «Витязь»! Пришлось ругаться, требовать, чтобы перерисовали. Но вы меня заинтриговали, молодой человек! Такие познания! Позвольте угадаю…
Профессор на секунду задумался и продолжил:
— Общие знания по истории с упором на военное искусство, выправка и довольно культурная речь. Наверняка какой-то военный ВУЗ. Вольные города отметаем. В Карлсбурге вас бы просто не приняли — у них жёсткий ценз. Белград тоже не подходит — ни разу не перекрестились, не упомянули Господа. Сталинград? — мужчина с сомнением покачал головой. — Вряд ли. Остаются государственные учреждения. Киборгов отметаем сразу — нет ни одного протеза или импланта. Теократия… Может быть, но вряд ли. Они хоть и твердят о равноправии, но на руководящие посты обычно выдвигают либо потомственных друидов, либо тех, кто до рождения был подвергнут генетической коррекции. Остаётся Республика. На пилота вы не слишком похожи, на водителя танка — тоже. «Кутузовка»?
Саймон замер, судорожно обдумывая варианты.
— А почему киборгов отметаем? Может у меня только внутренние импланты? — наконец выдавил он из себя.
— Ой, помилуйте! — Профессор улыбнулся и махнул рукой. — Во-первых, как вы могли заметить, у нас в городе полным-полно киборгов. Поверьте, никто из них не увлекается исключительно внутренними имплантатами. Более того, обычно все будущие железячники начинают свой апгрейд с рук или ног. А во-вторых, офицерское звание подразумевает ранг, как минимум, эксперта первого класса. А я еще ни разу не встречал эксперта, по которому однозначно нельзя определить расовую принадлежность. Разве что шпион какой-нибудь, но для шпиона, уж простите, у вас внешность не та — слишком запоминающаяся. Ох, еще раз простите, где мои манеры? Позвольте представиться, Андрей Павлович Бурунов, директор этого замечательного музея.
— Семён Ясонович Серов, — представился мут, пожимая директору руку. — Никакой не офицер, просто большой любитель почитать.
— Конечно, конечно, — опять улыбнулся Андрей Павлович. — В деревенской, я так понимаю, библиотеке. Не подскажете, в какой?
— В нашей, перловской, знамо дело!
— А-а-а-а, Перловка! Знаю-знаю. Ваш учитель каждый год к нам на экскурсию детей привозит. Не помню точно, как его зовут — Иван… Иван… Петрович, кажется?
— Иван Фёдорович, — поправил с Саймон, улыбнувшись столь нехитрой проверке.
— Точно, Иван Фёдорович! Простите уж старика, с памятью совсем плохо. В любом случае, спасибо вам за интересный разговор и конструктивную критику — обещаю исправиться. Наслаждайтесь музеем, а я откланиваюсь — дела, знаете ли.
— Андрей Павлович! Подождите секундочку! У меня вопрос как раз по вашей части. Вы не подскажите, нет ли в городе коллекционера, готового приобрести старую раритетную книгу?
— Молодой человек! — доброжелательность директора музея словно сдуло ветром. — Я крайне не люблю, когда кто-то пытается торговать историей. И уж тем более мне неприятны люди, торгующие книгами, которые им не принадлежат.
— Вы неправильно меня поняли, Андрей Павлович! Эта книга вовсе не из деревенской библиотеки, и, боюсь, ей совершенно нечего там делать. — Торопливо проговорил мут, доставая из сидора один из боксов.
При виде упакованной в пластик книги настроение пожилого мужчины снова резко изменилось. Суетливым движением поправив очки, он подрагивающими от нетерпения руками взял коробочку и принялся с благоговением её рассматривать.
— Это же… Это…
— Прижизненное издание на английском языке. Возможно даже — первое. Этикетка повреждена, сложно понять.
— Где же вы её достали?
— В заброшенной лаборатории к северу от Перловки. Там завелась тварь-людоед, так что сейчас наш староста просит киборгов на СТО разобраться с этой проблемой. Возможно, если найдется еще что-то интересное, они поделятся с музеем.
Некоторое время директор музея с трепетом изучал книгу, после чего со вздохом вернул её владельцу.
— Вы правы, Семён. Этой книге нечего делать в обычной деревенской библиотеке. Хотел бы я как-то вас упросить пожертвовать её музею, но подозреваю, у меня не получиться. Но помочь с продажей, к сожалению, вряд ли смогу. Нет у нас таких людей, способных оценить эту книгу и при этом выложить соответствующую сумму. Разве что… — Андрей Павлович ненадолго замер, что-то прикидывая. — Попробуйте обратиться к госпоже мэру. Она вроде интересуется старинными вещами, и уж что-что, а деньги у неё точно есть! Правда, если хотите успеть к ней сегодня, я рекомендую поспешить — рабочий день скоро закончиться.
— Спасибо вам большое, Андрей Павлович. Вы очень помогли. Понимаю, что это не раритетная книга, но позвольте в дар музею презентовать…
Пошарив в сидоре, Грэй достал оттуда несколько предметов и передал их собеседнику. Директор с интересом повертел их в руках:
— Признаюсь, книга была бы намного лучше, но это тоже весьма любопытный экземпляр. Я правильно понимаю, это персональный помощник с гарнитурой и очками?