Идеальная жена боевого мага

– Ах, леди интересуется аркой, – наконец сообразила одна из торговок.
– Ну а как иначе? – улыбнулась я.
Народ отреагировал спокойно, мой интерес был понятен. Но многие посмотрели с грустью, а старший стражник даже сказал:
– Если думаете про ремонт, то зря. С этой аркой всё хорошо, проблема-то не в ней. Повреждена главная – та, что в замке.
Про это мне тоже было известно, и я кивнула.
Вот только…
– Если с аркой всё в порядке, то почему вы позволяете торговцам портить камень? – придвинувшись к нему почти вплотную, тихо вопросила я.
Стражник застыл, глянул недоумённо. А я поморщилась, понимая, что не с того начинаю своё временное правление. Впрочем, я тут ненадолго, так чего переживать?
– Вы могли бы убрать? – Я указала на несколько висевших передо мной рубах.
Рубахи тут же сняли, и я увидела вбитые в сложный магический механизм гвозди. Я не артефактор, но пришлось сделать очень глубокий вдох, чтобы не сказать всё, что думаю по этому поводу. У меня аж язык зачесался!
И зачесался ещё сильнее, когда увидела «клеймо».
Артефакторика – сложное и очень престижное занятие. Последние три века она пребывала в большом упадке, и мало кто помнил имена мастеров древности, но не узнать это клеймо я не могла.
В сложном сплетении желобков виделся круг с родовой символикой моего отца. Смутные предчувствия, которые возникли в момент обнаружения арки, оправдались. Это было странно! Вот просто странно. Настолько, что я хмыкнула, а стражник спросил почти шёпотом:
– Прикажете убрать торговцев?
Я подумала, и…
– Нет.
Герцогиня я всё-таки номинальная, и не имею ни малейшего желания портить отношения с народом. Я лучше капну на мозг Грею – пусть эту проблему решает он. А я буду улыбаться, шутить и с большим удовольствием тратить деньги.
О! Кстати!
– Вон та рубаха сколько стоит? – Резко сменила тему я.
Торговка, на чей товар указала, встрепенулась. Женщина попыталась отдать рубаху даром, но я предпочла заплатить. И опять не могла не фыркать – рубаха была мужской, под размер Грея. Дожили! Я, Ариадна Тарс-Марай, покупаю мерзкому Морвелю рубашки! Куда катится мир?
Я потратила всё. Абсолютно. До последней монетки!
Накупила такого, что не пригодится ну вообще никогда!
Зато народ смотрел с обожанием, желал мне счастья, здоровья и всего самого наилучшего. Стражники превратились в носильщиков, служанки были нагружены свёртками по самую макушку – именно в таком состоянии наша процессия направилась обратно к карете. В небе светило солнце, лёгкий ветерок доносил приятные ароматы раннего лета, и ничто не предвещало беды.
А потом раздался крик.
Даже не крик, а ор, на который оглянулись абсолютно все. Когда зеваки начали разбегаться, мы были примерно на середине площади, у самого фонтана. Я не ожидала и впала в ступор, а стражники побросали свёртки и, выхватив из ножен мечи, встали живым щитом.
Служанки завизжали, а я, наконец, различила в диком оре нечто внятное:
– Сайгирс! Сайгирс! Спасайтесь!
Я выглянула из своего укрытия, чтобы увидеть серебристый смерч, который нёсся прямо на нас. Мощный, непонятный, ростом чуть ниже меня…
– Госпожа, за спину! – грозно прорычал кто-то из стражников, и я почти подчинилась.
Почти, потому что, оказавшись на площади, смерч вдруг замедлился. Свечение потускнело, а непонятный «сайгирс» словно споткнулся. Люди, которые бежали следом за ним, наоборот ускорились. В их руках были длинные палки с чем-то острым на концах.
Сайгирс пробежал ещё немного и рухнул на брусчатку. Сопровождавшие меня стражники немного расслабились, а я призвала ледяную цепь и приказала:
– Всем стоять!
Получилось не просто громко – оглушительно!
Миг, и все замерли. Даже мордовороты с заострёнными палками остановились, шокировано глядя на проявление боевой магии. Ещё секунда, и до меня долетели удивлённые шепотки:
– Магичка? Она боевая магичка?
Видимо об этом аспекте подданные Грея Морвеля ещё не знали. Ну что ж, теперь будут знать.
Я вышла из-за спин стражников и тут же услышала:
  
– Госпожа, стойте! Не надо.
Я хмуро посмотрела на старшего, а тот, разгадав мои намерения, сильно побледнел.
– Госпожа, это сайгирс, – попробовал вразумить он. – Опаснейшая тварь. Не подходите. Сейчас её заберут.
Кто заберёт? Те мордовороты с палками?
Кстати, а ведь знакомое название. Это же одна из тварей Мёртвой пустоши? Но как она здесь оказалась?
Раньше, чем стражник очнулся и, не побоявшись даже активированной ледяной цепи, попробовал меня схватить, я ринулась к монстру. Зверь напоминал крупную грязно-серую собаку. Глаза светились раскалёнными углями, а из приоткрытой пасти вырывалось огненное свечение и сочилась кровь.
Зубища были такими, что всё внутри похолодело, но…
– Ваша светлость! Леди Ариадна! – воскликнул старший.
– Спокойно, – ответила ледяным тоном.
Я-то конечно леди, но, как тут правильно шептались, ещё и магичка. А мы, маги, все немного того.
– Ваша светлость, – в голосе стражника прозвучали нотки паники, но вразумлять было бесполезно. Я приблизилась к распластанному на камнях сайгирсу почти вплотную, и монстр зарычал.
Зверь был измождён настолько, что больно смотреть. Поколебавшись, я убрала цепь, а кто-то не выдержал и крикнул:
– Ваша светлость, не надо! Эта тварь только кажется несчастной!
Я кивнула, давая понять, что услышала. Вот только… нет. Как хотите, но здесь и сейчас на камнях лежал не убийца, а раненое, загнанное существо.
Шерсть грязная, с многочисленными колтунами. На боках проплешины, тело тщедушное – этакий мешок костей. А ещё живот неестественно большой. Я не помнила, как выглядят эти твари на гравюрах в учебниках, но ничего настолько замученного там точно не было.
– Ваша светлость. – Трое мужчин из числа тех, что гнались за сайгирсом, тоже решились приблизиться. – Давайте вы…
Я подняла взгляд, и говоривший осёкся. Вид у этой троицы был очень сомнительный – такой, что упаси светлые силы встретить где-нибудь в тёмной подворотне.
– Леди Ариадна. – А это уже стражники подоспели. – Леди…
Зверь опять зарычал.
И столько отчаяния было в этом тихом, исторгнутом из последних сил рыке, что сердце сжалось. Я всё понимаю. Вообще всё. И про опасности, и про безрассудство. Но!
– Этот сайгирс поедет со мной.
Я обращалась к преследовавшим монстра мужчинам, но не те поняли.
– Я его забираю, – повторила ещё строже.
– Это не «он», – нервно сглотнув, ответил самый смелый. – Это «она».
И после паузы:
– Это сука, ваша светлость. Но не надо, она бешеная! Герцог нам головы поотрывает, когда эта тварь вас сожрёт.
Старший из стражников тоже что-то сказал, а я не слушала.
Я ведь добрая. Очень. Но прямо сейчас во мне самой просыпался зверь.
Монстр говорите? А у вас глаза есть? Зверь умирает! И кто тут монстр ещё неизвестно. Кто из вас опаснее? Зверюга из Мёртвой пустоши или те, кто довёл её до такого состояния?
Да что тут вообще произошло?
– Я его забираю, – повторила я.
Спор даже не закончился, а оборвался. Зато зазвучали другие возражения – мол, и как же мы его доставим? К твари нельзя прикасаться, потому что сразу откусит руку или что-то ещё. Стражники принялись уверять, что отвести в карете не получится, и прочие нелепые оговорки. Я опять-таки не слушала. Вместо этого обратилась к зверюге, которая уже практически потеряла сознание.
Присев, я спросила:
– Потерпишь мою магию? Немного?
Только прочитать ответ в гаснущих огненных глазах я не смогла.
Пришлось действовать на свой страх и риск. Повернувшись к стражникам, я распорядилась:
– Служанки пусть возвращаются в замок сами, а вы – откройте дверь кареты.
– Ваша свет… – Старший запнулся. Обречённо покачал головой.
Кто-то из мордоворотов бубнил о том, что нельзя прикасаться к твари магией, что лучше уж руками, только я слушать по-прежнему не желала. Простейший жест из числа бытовых навыков, и сайгирс взлетел в воздух как пух.